Траст

Хочу поблагодарить три группы людей, без чьей помощи «Траст» не появился бы на свет, начиная с внесших вклад в создание сюжета. Тим Скрэнтон, с которым мы дружим уже тридцать лет, рассказал мне о птицефабрике в Джорджии. На этих страницах куры каким-то образом трансформировались в гипермаркет только для взрослых. Два отдельных эпизода, придавшие рельефности героям, я позаимствовал – один у Питера Малкина, а другой у Кэролайн Фитцгиббонс. Написать главы, действие которых начинается в Майами и мало-помалу добирается

до Теркса и Кайкоса, без помощи давней подруги Дороти Флэннери и ее брата Пола я бы просто не смог.

В процессе написания романа мне оказывали уйму технической помощи. Корт Делани и Дейв Маккейб – мои адвокаты, поднаторевшие в сфере трастов и недвижимого имущества. Берк Файлз, автор книги «Финансовая благонадежность» [1] , оказался неоценимым источником сведений о международных финансовых аферах. Да сверх того открыл мне важную дверь на Терксе и Кайкосе. Я беседовал с представителями ФБР, прочих сил правопорядка и фирм Уолл-стрит – все они предпочли остаться анонимными.

Далее, я должен поблагодарить свою неизменную литературную команду. Скотт Хоффман – мой агент и звезда «Folio Literary Management». Он помог мне отыскать Марка Рэтнера и Тесс Вудс, моих издателей из «Newman Communications». Пит Волвертон, мой редактор из «Thomas Dunne/Minotaur/St. Martin’s Press», сделал эту книгу лучше, в то же время сохраняя гибкость и поощряя меня следовать творческим инстинктам. Как и Энн Бенссон. А теперь давайте заглянем одним глазком в писательскую кухню.

По-моему, действует неписаное правило насчет праздничных приемов моего издателя. Что происходит на междусобойчике, там и остается. По крайней мере, так было прежде. Беседа с Энн на одном из таких приемов – и один из моих проектов по реконструкции дома, пошедший наперекосяк, – вдохновили главу 8. Увидев, что разыгралось в церкви, надеюсь, вы согласитесь, что творчество било ключом.

И наконец, я бы хотел выразить признательность нескольким союзникам (а их куда больше), помогающим разнести весть о моих книгах. Дьюи Шей был замечательным другом и источником мотивации. Спасибо также Джону Ледецки, Скотту Малкину, Марку Директору, Тони Маколиффу, Бруксу Ньюмарку, Крису Эклунду и Юджину Мэттьюсу, который, как и Дью, сопровождал меня на каждом шагу всю дорогу. Я благодарен Тэду Смиту и Кэролайн Фитцгиббонс, Джону и Сьюзи Эдельманам, Кэму Бернсу, Джеку Бургеру и Селене Вандерверф, Марлону Янгу, Джеймсу Моргану и Мэтту Арпано. Данный список неполон. Есть и много других, кого я обязан поблагодарить, и надеюсь сделать это лично.

Семья – все для меня. Спасибо вам: Том и Стив Грейвсы, Джо и Венди Воннегут, Крис Ноттингем и Хелен Воннегут, Микки Костелло и Джек (его мне так недостает), Уинн и КоКо, и Мэрион. Без Мэри я бы написать эту книгу не смог. Она помогала мне заполнить пробелы в правом полушарии моего мозга.

Два отречения от ответственности: в «Трасте» я создал общинный фонд, расположенный в Чарльстоне, Южная Каролина, названный Фондом Пальметто. Если такой существует на самом деле, никакой связи между ними нет. Мой является чистейшим вымыслом и не более.

Филиппины также играют свою роль в этом романе

и, как я подозреваю, в моих будущих произведениях. У меня идет речь о самых опасных элементах общества этой страны, но я надеюсь, что сумел избежать риска создать у читателя неправильное впечатление о ней. Я люблю Филиппины и заранее предвкушаю, как когда-нибудь вернусь туда. Эту страну должен посетить и полюбить каждый американец.

Надеюсь, «Траст» вам понравится.

В моем бизнесе в пятницу после обеда ничего хорошего не жди.

Я играю в эти игры уже десять лет. Уж я-то знаю, что незачем здесь болтаться перед самыми выходными. И тем не менее – до звонка к закрытию девять минут, вечер пятницы, а я, опутанный витым шнуром своей гарнитуры, никуда не иду. И уйду нескоро.

Поставив локти на колени и прижав ладони к наушникам, я скорчился на краешке вертящегося кресла, вперившись в пятно на ковровом покрытии. С этого расстояния я чувствовал слабый запах химикатов. Моющие средства отбелили синевато-стальные волокна, но с соевым соусом не справились. Вот и поди угадай. То и дело я поглядывал в сторону. Справа от меня ноги Клеопатры сошлись носок к носку с парой брюк в полосочку, и я гадал, кто пнет другого в голень первым. Когда у тебя голова под столом, как моя, велика вероятность, что кто-нибудь спросит, не случилось ли чего. Может даже вызвать «Скорую». Конечно, при условии, что занимаешься каким-нибудь приличным делом, вроде общественного питания или книгоиздания. Или живешь в приличном месте вроде Уичито, Сан-Диего, а то и Де-Мойн.

Но если ты фондовый брокер посреди Манхэттена, никто и не заметит, когда ты скорчишься под столом. Это наша мертвая зона, наше импровизированное убежище, когда говоришь по телефону, а ничего не слышно, потому что чурбан за три стола от тебя орет: «Я только что уложил слона!»

Кто-то при словах «Зов предков» тут же вспоминает роман Джека Лондона. Я же отождествляю это название с фондовыми брокерами. Мы грыземся и лаемся день напролет. Мы помечаем свои территории. Уж мне-то можете поверить. Мы пренебрегаем принципами поведения в стае больше, чем ездовым собакам Лондона суждено когда-либо узнать.

Меня зовут Гроув O’Рурк. Я работаю в компании «Сакс, Киддер и Карнеги» – сокращенно СКК. Мы инвестиционный банк «белого ботинка» [2] – место, куда элита наведывается за умными идеями и деликатными услугами. Извне мы представляемся сонмом светлых умов и пижонов.

А вот изнутри – дело другое. Мы могли бы быть «Голдман Сакс», «Морган Стэнли» или любой другой биржевой конторой. Интриги. Конкурирующие коалиции. В подонках нет ничего привлекательного. Междоусобицы во всех фирмах одинаковы.

Как и планировка офисов. Фондовые брокеры теснятся на пятачках. И неудивительно, учитывая ошеломительную стоимость офисных площадей на Манхэттене. В СКК нас 150 человек аккуратно высажено квадратно-гнездовым способом перед высокотехнологичными рабочими станциями.

Мы поднимаем отчаянный гвалт: покупаем, продаем и понуждаем клиентов наконец просраться или слезть с горшка. Докиньте сюда дюжину телевизоров, настроенных на CNBC или «Фокс Бизнес», и шум получится, терзающий слух похуже столового серебра в кухонном измельчителе отходов. Наша контора – сущий дурдом.