Траун
Шрифт:
— Вы обращались к Верховному командованию?
— У Верховного командования и без меня забот хватает. — «В голосе нетерпеливость и высокомерие». — И что ни день, появляются новые. Я беседовала на этот счет с гранд-моффом Таркином, и он тоже не в восторге от ситуации. Особенно его беспокоит то, что местные мятежники разносят свою смуту по всему региону. Он недвусмысленно дал понять, что я должна придумать, как положить этому конец.
— Вы придумали?
— Да. Я призову на помощь вас.
— А в чем
— Одну я уже назвала, — напомнила Прайс. — Если вы считаете, что моего наставничества в мире политики недостаточно, тогда присоедините к этому почет за одну-другую победу над мятежниками на Лотале. Вы же знаете, что Корусант по-настоящему ценит только результаты. — «Наклоняет голову к плечу». — Мне шепнули, что командующему Седьмым флотом адмиралу Сартану скоро понадобится преемник. Победа на Бэтонне существенно повышает ваши шансы занять эту должность.
— Меня вполне устраивает девяносто шестое соединение.
— Аппетит приходит во время еды, — возразила Прайс. «Она умолкает, мимика и поза выдают внутреннюю борьбу». — Последний козырь, который вам не побить: Седьмой флот — мощная военная группировка, которую бросают в крупные сражения с могущественным и ожесточенным противником. Если вы не будете им командовать, во главе поставят кого-то другого. Как вы думаете, кто еще в имперском флоте, кроме вас, печется о том, чтобы сократить потери в конфликтах?
— Приведенные вами аргументы заслуживают внимания, — признал Траун. — Я подумаю над вашим предложением.
— Уж будьте так любезны. — «Поза снова выражает полное самообладание. На лице молчаливое торжество». — Можете подумать, пока будете лететь на аудиенцию. Улыбайтесь и благодарите Императора за любые похвалы и побрякушки, которыми он вас удостоит. — «Едко улыбается». — Кто знает — вдруг он сделает вас гранд-адмиралом? В общем, это нужно просто пережить, а после мы встретимся с вами для настоящей работы.
— Да, вполне возможно, — кивнул Траун. — Прощайте, губернатор.
— Счастливого пути.
Через восемнадцать минут после ее ухода в конференц-зал явился Вэнто.
— Губернатор Прайс только что улетела, — доложил он, пристально вглядываясь в лицо Трауна. — Что она сказала?
— Предложила свои услуги в качестве советника в политических вопросах.
— Да, вам бы не помешал такой советник, — с сомнением протянул Вэнто. — Впрочем, не сказал бы, что она подходит на эту роль. Что она рассказала о событиях в «Лимане»?
— Она не призналась, что приложила руку к катастрофе, — сообщил Траун. — А я считаю, что она в какой-то степени к ней причастна.
— Но доказательств у вас нет?
— Ни единого.
— Так я и думал, — мрачно вздохнул Вэнто. — Учитывая доклад Юларена о разрушениях, скорее всего, мы ничего и не найдем. Значит, она выйдет сухой из воды.
— Может
— Будем надеяться. Итак, летим на Корусант?
— На Корусант.
— Я знаю, что вам не по душе принимать почести за произошедшее на планете, — заметил Вэнто. — Но все равно постарайтесь улыбаться и выражать благодарность. — Он нахмурился. — Чему вы усмехаетесь?
— Губернатор Прайс дала мне точно такой же совет.
— А, — пожал плечами Вэнто. — Ну, это его не обесценивает. С вашего позволения, я проверю перед вылетом последние сообщения с Бэтонна.
— Ступайте, — разрешил Траун. — И не забывайте, что все мы в равной мере внесли свой вклад в дело Империи. Полагаю, Император никого не обойдет наградой.
— Я бы так далеко не загадывал, ну да ладно. Мне нравится быть вашим адъютантом, адмирал. Я наконец-то нашел свое место в жизни.
— Может быть, — проронил Траун. — А может — и нет.
Тронный зал не изменился, зато чисс взглянул на него другими глазами. Его новый мундир отличался от формы, принятой на флоте, — он был ослепительно-белым, с золотыми наплечными позументами и серебряными нашивками на воротнике. Офицерская планка, которую Император сжимал своей шишковатой рукой, внушала неменьший трепет — двенадцать полос синего, красного и золотого цветов.
Таким Императора Траун еще не видел. «На лице написано удовлетворение с намеком на насмешливость и угрозу».
— Поздравляю, гранд-адмирал. — Палпатин протянул ему планку. — Сегодня для вас великий день. Сегодня великий день для всей Империи. — «Насмешка выступает на передний план». — Хотя многие не сочтут его таковым.
— Я приложу все усилия, чтобы развеять их беспокойство, — уверил правителя Траун. — Но сначала мне нужно развеять свои собственные опасения.
«Улыбка на лице Императора гаснет. Удовлетворение уступает место недовольству».
— Неужели, — проговорил он. — Что ж, гранд-адмирал, говорите, не стесняйтесь.
— Расскажите мне о «Звезде Смерти».
«Насмешка полностью исчезает, на смену ей приходит угроза».
— Когда и как вы узнали об этом проекте?
— Название я узнал из незашифрованных депеш, — ответил Траун, — а размеры и мощность вычислил по количеству затрачиваемых ресурсов. А теперь пришел к вам, чтобы выяснить ее предназначение.
«На лицо Императора снова наползает улыбка, в которой читается понимание и торжество».
— А-а,— протянул он, уронив руки. — Митт’рау’нуруодо, ваши мысли как на ладони. Вы боитесь, что, расправившись с мятежниками, я обращу свое непобедимое оружие против чиссов. Об этих опасениях вы говорили?