Травница
Шрифт:
Само собой вышло, что и Харишаф и Харш с Тшейром, дети Тшани, почти весь день стали проводить в лавке. Двенадцатилетняя Харишаф, стыдно признаться, стала моим первым преподавателем аквадийской грамоты. Девочка стеснялась едва ли не больше меня, когда ей приходилось объяснять мне азы местной письменности.
Аквадийский язык не так сложен, к счастью. Сорок три буквы и всего тридцать семь звуков. Все буквы вполне отличимы друг от друга, звуки для меня не проблема, с учетом того, что я уже говорю на этом языке. Понадобилось три дня на то, чтобы я полностью выучила местную буквицу, и мы перешли к сочетаниям букв и звуков. Писать я тоже училась, не жалея ни бумагу, ни специальные трубочки с чернилами,
Харишаф и Тшани рвались помогать мне и в изготовлении настоек, но тут я была непреклонна. Ведь в каждый состав я вливаю крохотную капельку своей силы, именно в этом, не только в сочетании трав заключается эффект от использования. После недавней встречи с отцом мне то и дело приходится сдерживаться, сила так и рвется, энергия бурлит во мне, стремясь выплеснуться наружу.
Еще одно дело, требующее скорейшего разрешения – договор с Барнасом. Договор о том, что я заберу из Аорши всех детей. Постараюсь подарить им шанс на другую жизнь.
– Этого нельзя делать без обсуждения с повелителем, Лисанна, - качал головой Рошар. – Такие вещи не могут пройти мимо него. Предлагаю поговорить с дядюшкой на празднике. В этот день он будет настроен благодушно, думаю, вместе мы сможем его убедить.
– Дядюшкой? – безмерно удивилась я. – Повелитель твой родственник?
– Все время забываю, какой ты несмышленыш, - ласково потрепал по волосам Рошар. – Не обижайся, это я любя, по-братски, - подмигнул он. – Да, диари Свейлон Тиари аль Шарис, наш светлейший повелитель – двоюродный брат льяры Стефани, моей матушки и… хотя нет, это уже не моя тайна.
– То есть ты двоюродный племянник правителя? – никак не могла уложить это в голове.
– Я так и сказал, - рассмеялся Рошар, видя мое замешательство.
– Но… почему тогда… - замолчала, подбирая слова.
– Спрашивай, - подбодрил Рошар.
– Прости, - качнула головой. – Только я не понимаю, почему твоя мама хотела, чтобы у нас с тобой… ну, ты понимаешь, что-то сложилось. Ведь как бы там ни было, она ничего обо мне не знает, о моем происхождении и вообще…
– Потому что она меня любит, Лисанна, - перебил Рошар.
– И желает мне счастья. Не понимаешь? Мама увидела, как я к тебе отношусь, этого ей оказалось достаточно, чтобы захотеть оставить тебя в семье.
Глава 2.
Глава 2.
Моя лавка стала пользоваться всё большей популярностью. Немалая в том заслуга принадлежала, конечно, Рошару и Тревору, которые, приезжая, оставляли свои экипажи прямо перед входом, демонстрируя всем желающим, что они доверяют моим лекарским талантам. Во всем этом, конечно, была и обратная сторона. Мне совсем не хотелось бы прослыть легкодоступной мией, к которой лотры наведываются за определенными услугами. Но в лавке все время находились Тшани с детьми, двери не закрывались, любой посетитель мог войти, когда ему вздумается и убедиться, что ничего предосудительного внутри не происходит.
С Рошаром день ото дня становилось все легче общаться, думаю, переступив черту, выяснив все прямо, я поступила верно. Четко обозначила свое отношение к лотру, отняла у него всякую надежду на романтические отношения между нами. Эта тактика сработала. Пару дней назад Рошар даже взял меня с собой на старинное капище, где покоится прах его отца.
– В этот день, Лисанна, - пояснил он по дороге, - я обычно езжу сюда один. Мама закрывается у себя в комнате и не выходит, она так и не приняла еще смерть папы. Несмотря на значительную разницу в возрасте, несмотря на то что
Мы как раз подъехали к внушительной территории, огороженной кованой оградой. Управлял экипажем сам Рошар. Он пристроил его в тени от раскидистого высокого дерева, подал мне руку, помогая спуститься и мы прошли за ограду.
В этом месте царила покойная тишина. Мы шли по ухоженным нешироким дорожкам мимо высоких каменных постаментов, мимо каменных строений с арочным входом, мимо заросших холмиков с табличками, надписи на которых стерлись от времени.
Пришлось отойти от входа на значительное расстояние, пока Рошар не повернул в сторону высокого каменного строения. У входа нас встречала статуя лотра, прижимающего раскрытую ладонь к груди.
– Это Фейрос, - пояснил Рошар, кланяясь статуе, похожим жестом прижимая раскрытую ладонь к груди. – Он провожает в царство духов. Он следит, чтобы они нашли свой последний путь.
Не смогла пройти мимо и не коснуться изображения одного из Всевышних, как его видят местные. Прикоснулась задумчиво к ладони, что он прижал к груди, положила свою поверх и прикрыла глаза, прислушиваясь. Что-то было в этом месте, в этом каменном изваянии, что-то… чего я пока не могу понять. Чувствую, осязаю, но понять не могу. Рошар негромко меня окликнул, снова подавая руку. Мы спускались по каменным ступеням в темноту склепа. Невольно вырвался небольшой энергетический шарик, который я зажала в ладони, освещая темное холодное помещение. Довольно широкое, мы с Рошаром стояли плечом к плечу, и я могла сделать не менее трех шагов в каждую сторону. У каждой стены просматривались углубления – ниши. В этих нишах и покоились широкие каменные ящики, не меньше десятка. Неужели это то, о чем я думаю? Поморщилась, представляя, что местных не предают огню или земле, а обрекают на вечность в каменном мешке.
Судя по всему, так и есть. А что же тогда за холмики там, наверху?
– Рошар, - откашлявшись, подыскивала слова. – Твои родные в этих каменных ящиках?
– Не все, - легко откликнулся лотр, проходя внутрь и вставая рядом с одной из ниш. – Здесь покоятся мои отец и дед. А также их отцы и деды. Мужчины рода аль Винсер.
– Но за что? – вырвалось, прежде чем успела прикусить язык.
Рошар тут же обернулся ко мне.
– Что значит «за что»? – лотр нахмурился. Он и правда не понимал.
– Прости. Только душа, запертая в каменном мешке, не сможет уйти на перерождение, - все же пояснила, стараясь, чтобы он понял.
– Жизнь одна, Лисанна, - хмыкнул Рошар. – Наш дух, покидая телесную оболочку, уходит тропой вечных. Нет никакого перерождения, нет другой жизни.
– Ты не прав, - покачала головой. – Тело нужно предать огню или земле, тогда душа высвободится, чтобы влиться в поток таких же душ. Со временем она сможет вновь влиться в поток живых, Всевышние направят эту душу, помогут ей найти новую оболочку.