Требухашка
Шрифт:
— А то что будет? — блондинчик трясет Витьку и чешет ему затылок, взъерошив волосы. Тот мычит, пытается что-то сказать, но ведь я уже говорил — когда он нервничает, то очень сильно заикается. — И меня чпокнешь?
Чувствую, как пар идет из ушей. Неконтролируемая ненависть. Тренер учил — разум должен быть холодным, никогда не бей в полную силу если всё-таки влезешь в драку, иначе убьешь случайно и тюрьма. Да, был я когда-то подающим надежды боксером, но надоело по лицу получать. Бросил.
— У них даже телефончики с котиками, пидоры.
Мелкий достает смартфон и видно, что по чехлу лезет
— Спроси его, какой пин-код? — смеется мелкий, — посмотрим, что у них тут за гей-видео.
— Любишь такое? — говорю и разжимаю кулаки.
— Ну ты же любишь записывать, — ухмыляется противник и получает ладонью по щеке.
Говорят, что удары ладонями не оставляют синяков и меньше травмируют, не знаю не проверял — не люблю драться, но яркие следы на морде оставляют точно. Мелкий кренится налево как подбитый самолет. Щека горит как небо на закате, да и он сам закатывается неумолимо. Добавляю еще удары слева и справа, толкаю его обеими руками в грудь и любитель гей порно печально падает на спину. Успеваю выхватить телефон из его уставшей сражаться с инвалидами руки и кладу на полку рядом с собой. Витька жадно следит за смартфоном забыв о том, что нужно вырываться.
Оглядываюсь по сторонам, никого не видно — мы в слепой зоне и пока накачанный «Малфой» не опомнился, разворачиваюсь к нему. Здоровый черт и тут ввязываться в долгий бой нельзя. Сейчас главное внезапность и ярость, чтобы напугать. Кричать тоже нельзя, иначе сбежится охрана, поэтому бью левый боковой. Вес тела перераспределил на правую ногу, носок левой ноги скручиваю внутрь, при этом поворачиваю вправо. Резкий удар ладонью и противник отпускает пацана. Продолжаю наступать и наносить удары по щекам, по шее, по лбу и все исключительно ладонями. Хлопки звучат как выстрелы. Хорошо бы влепить по яйцам, но тогда у здоровяка не будет шанса убежать. Мелкий уже встал, взгромоздился на машинку и поехал, оглядываясь через плечо. Или он убежал позже? Все как в тумане, не помню толком.
Телефон остается на полке, а мы с Малфоем продвигаемся шаг за шагом вперед, к его машинке. Он блокирует удары, но хлопки громыхают на весь склад. Я уже собираюсь добить его прямым в челюсть, когда он сдается: разворачивается и трусливо бежит. Вскакивает на свой аппарат и жмет на газ. Проносится мимо не оглядываясь, если честно я подумал, что будет таранить, но силы духа у него не хватило.
— С-с-с-сп-с-с — пытается поблагодарить Витька, но я поднимаю руку и кричу на него:
— Тихо!
Он замолкает и вдруг начинает плакать. Прислушиваюсь.
— Что это за шум? Ты слышишь мяуканье?
3.
Звуки доносились сверху. Витька начал мычать и я зажал ему ладонью рот. Прислушался, вглядываясь в темноту наверху. Там на уровне третьей-четвертой полки все густо-пусто заставлено мешками и видно плохо, но движение точно было.
— Это он, — говорю я и убираю ладонь, — только не кричи от радости. Наш билет на выход мяукает на третьем уровне.
Больше это было похоже на шипенье, чем на мяуканье, но какая разница. Главное, что я увидел мелькнувшую четвероногую тень. Это точно не случайный голубь залетел, курлыканье этих гадов я всегда узнаю — достаточно терроризировали мой балкон в свое время.
—
— П-п-п понятно. М-м-м- может н-н-не надо?
Вздыхаю и смотрю вверх, прицениваясь. Витька ждет ответа, смотрит преданными глазками верного пса.
— Надо, — говорю, — Федя. Ты жрать хочешь? Спать хочешь? Вот и я хочу. Поэтому нужно рискнуть.
— К-к-кис, — неожиданно начинает Витька.- Кис-кис-кис-кис.
Он даже перестает заикаться, а у меня появляется надежда. Ну а вдруг? Это ведь магическое звукосочетание для кошака. Вдруг он услышит и слезет сюда, к нам. Мне, если честно, страшновато опять карабкаться наверх. Высоты не боюсь, но инстинкт самосохранения никуда не делся.
Я прислушиваюсь к звукам: тишина. Кот как будто замер, выжидая. А может попал под гипноз кис-киса? Через секунду вниз летит маленький пакетик фасованного корма и как бомбочка взрывается у наших ног. Кругляшки корма рассыпаются градинами по полу. Витя замолкает.
— Не сработало, — говорю я и разминаюсь, — хитрая тварь. Главное, внизу не упусти. Постараюсь его сбросить, у кошек все равно девять жизней, а то пока я слезу, он меня исцарапает всего до сухожилий. Кажется мне, там демон из ада, а не домашний мурлыка.
Как же я был прав.
Страх смерти или страх опозориться? Вечный мой вызов. Мое проклятие, можно сказать. Помню гостил я у бабушки в селе, лет восемь мне было. А у нас перед домом огромное дерево росло. Я любил залезть (невысоко) и сидеть там среди веток, книжки почитывать. Спокойно, ветер обдувает ласково, никто не трогает и улицу видно, как на ладони.
Только пацаны местные появляются, я уже к ним бегу. Хотя обычно они подходили и снизу вверх смотрели и звали, чтобы слезал быстрее — неотложные дела есть.
А одним ясным солнечным днем явился Толик — местный парень, не из нашей компании, старше лет на пять. Для нас это почти мужик. Стоял он и на меня смотрел, а потом назвал «сцыклом». Да, грубоватый парень. Он сказал, что я могу только красоваться перед пацанами, а сам засел на уровне забора — на самой толстой ветке и выше подняться мне слабо. Местные пацаны на такие высоты лазят, что городским и не снится.
Теперь я понимаю, что он меня подначивал и дело было вовсе не в трусости. Просто не любил он не местных, глаженых, ухоженных мальчиков, так как сам был обычным грубым сельским пацаном. На понт он меня брал из подлости, а я позволил себя обмануть из гордости.
Полез я наверх довольно бодро, под одобрительные возгласы друзей и подначивания Толика. Поначалу всё шло хорошо: ветки крепкие, листва скрывает высоту, ветер обдувает со всех сторон. Потом началось: ветки все тоньше и уже, опираться о них не страшно, но нога соскользнуть может легко. Оглянувшись я заметил, насколько маленькими стали фигурки друзей. Посмотрел вниз и чуть руки не отпустил, такая притягательная была бездна. Ласковый и добрый ветерок превратился в злобные холодные плети, которые хлестали по телу, а ствол дерева шатался так, что казалось сейчас сбросит перепуганного мальчика вниз.