Тренер

Девни Перри

Щелкнул засов.

Но на пороге стоял не Форд.

Это была Сиенна.

Она все еще была в Мишне? Фу.

— Что ты здесь делаешь? — Она выгнула бровь, скрестив руки на груди.

Когда-то давным-давно этот ее взгляд был пугающим. Злобным.

Теперь я нахожу его просто жалким. Слабым.

Поэтому я одарила ее слащавой улыбкой.

— Форд уже дома?

— Нет.

Я собиралась вернуться к своей машине и подождать его там, но остановила себя. Почему она должна оставаться внутри?

Прежде чем она смогла помешать мне, я протиснулась мимо нее в открытую дверь.

Она усмехнулась.

— Извини. Что, по-твоему, ты делаешь? Ты не можешь так запросто войти сюда.

— О, приди в себя, Сиенна. — Я закатила глаза и расстегнула молнию на пальто, вешая его на крючок в прихожей. — Я в жизни Форда. Я никуда не уйду. Так или иначе, нам с тобой придется придумать, как сосуществовать. — Что будет намного проще, когда она будет жить в Сиэтле. Когда она уезжает?

Сиенна фыркнула, глядя на ближайшую стену.

Что? Ничего? Я проглотила реплику, потому что не хотела создавать проблем. Кроме того, впервые в своей жизни я знала, что, если дело дойдет до ссоры с Сиенной, я выиграю.

Я выиграла Форда, вне всяких сомнений.

Я уже победила.

Я завоевала его десять лет назад.

Сняв туфли, я оставила ее в прихожей, пройдя через дом в гостиную. Странно, что я была здесь так много раз и ни разу по-настоящему не сидела на диване.

Сев, я провела рукой по маслянистой коже. Затем расслабилась, вдыхая аромат дома Форда. Запах, по которому я скучала весь этот месяц.

Сиенна, все еще скрестив руки, села на стул рядом с диваном.

— Ты всегда хотела его.

— Ага. — Это было не то, на что она рассчитывала. Я вытащила свой телефон из кармана, разблокировав экран одним движением. — Я останусь здесь на ночь, если ты хочешь уйти.

Сиенна открыла рот, но прежде чем она успела заговорить, открылась дверь.

Я дернулась, поднимаясь с дивана, когда в нашу сторону донеслись шаги.

Форд прошел через кухню, бросив спортивную сумку на кухонный стол. Должно быть, он заехал в гараж, пока я говорила с Сиенной, поэтому мы его не слышали. Его лицо было непроницаемым, челюсть — гранитной, когда он направился в гостиную.

Он выглядел разозленным, как в тренажерном зале в четверг.

Ладно, может, мне следовало сначала позвонить. Но если ссора, даже в присутствии Сиенны, была тем, что требовалось, чтобы нам снова быть вместе, так тому и быть.

Я расправила плечи и не сводила с него пристального взгляда, когда он обогнул край дивана.

— Привет, я…

Форд протянул руку, обхватив мою, и одним рывком притянул меня к своей груди.

— Привет, детка.

Воздух вырвался из моих легких. Я обмякла в его объятиях, мои руки скользнули по его узкой талии, когда он крепко обнял меня. Затем я уткнулась носом в его рубашку, глубоко вдыхая его запах. Пока каждая молекула кислорода в моих легких не была покрыта Фордом.

— Мне жаль, что вы проиграли.

Он

прижал меня крепче.

— Теперь все хорошо.

Глава 32

Форд

— Черт, как же я по тебе скучал, — пробормотал я, уткнувшись в волосы Милли.

Она вцепилась в мою талию, уткнувшись лицом так глубоко в мою рубашку, что я едва мог разобрать слова, когда она прошептала:

— Я тоже.

Сиенна прочистила горло.

Но я не отпустил Милли. Никогда больше. Этот чертов перерыв закончился прямо сейчас.

— Как там Джоуи? — спросил я Сиенну, не потрудившись взглянуть на нее, пока говорил.

— Хорошо.

— Отлично. Спокойной ночи.

Плечи Милли затряслись от беззвучного смеха.

— Отлично, Форд. — Сиенна встала, вероятно, бросив на меня сердитый взгляд, но вышла из комнаты, направляясь к гаражу, где припарковала свою машину. Ее чемодан ждал у двери.

Вчера она попросила меня остаться с Джоуи на ночь, пока я буду на игре в эти выходные. Единственная причина, по которой я согласился, заключалась в том, что утром она уезжала в Сиэтл, так что эта ночевка была прощальной.

Съемки реалити-шоу Сиенны возобновятся на следующей неделе, и, что бы ни происходило с Джорданом, должно быть, все разрешилось само собой, потому что на прошлой неделе я подслушал, как она разговаривала с ним по телефону о скором возвращении домой.

Больше не было ни слова об изменении условий опеки над Джоуи. Либо Сиенна поняла, что у Джоуи все хорошо в Монтане, либо это была пустая угроза, чтобы разозлить меня. Зная свою бывшую жену, я был уверен — второе.

Сиенна собиралась вернуться в город и начать наслаждаться моментом своей славы. И всякий раз, когда «американские горки», которыми была ее жизнь, достигали кульминации, она вспоминала, что у нее есть дочь. Не важно. Она была не той женщиной, о которой я хотел думать сегодня вечером.

Я сосредоточился на женщине в своих объятиях, ослабив хватку, чтобы запустить пальцы в ее волосы.

— Привет, — прошептала она. Золотистые искорки в ее карих глазах сияли, как полуночные звезды. — Перерыв закончился.

— Как раз вовремя, черт возьми.

— Не самая лучшая моя идея.

— Нет. — Я усмехнулся. — В моей постели, Миллс. Отныне и навсегда ты будешь в моей постели. Если нам нужно будет какое-то время друг от друга, хорошо. Мы переживем это. Но я больше не собираюсь делать это порознь. Мы вместе. Ясно?

Уголок ее рта приподнялся.

— Ясно.

Я принял решение сегодня, когда летел домой. Как только закончится этот сезон, я подам в отставку. Не то чтобы я нуждался в деньгах, не с теми миллионами, которые скопил за время работы в НФЛ. От этого будет трудно отказаться. Но я стану отцом-домоседом и буду уделять Джоуи все свое внимание. Может быть, узнаю, не нужна ли старшей школе помощь волонтеров в их команде.

Пока у меня была моя Милли, мне не нужен был футбол.

— Я люблю тебя.