Треон
Шрифт:
– Для тебя ничего страшного не случилось. – Мирослава развернулась на стуле полу боком и посмотрела Михею в глаза.
– А ты подумал, как во всей этой ситуации выгляжу я? Как какая-то вертихвостка, которая столкнула лбами двух парней. А я ведь даже не принимала его ухаживания. Я сразу сказала ему, что мне нравится другой. Почему ты не спросил у меня? Для чего нужно было устраивать весь этот цирк? Ты мне, правда, нравился, а теперь… – Ее глаза увлажнились. Михей подошел к ней, припал на колено.
– Так ничего же не случилось, – сказал он.
– Уверен, никто о тебе так не думает. Да и какая разница, пусть
– Нет. – Она отрицательно помотала головой.
– Я так решила. Я здесь для того, чтобы работать, и ничто не должно мешать мне.
– Мирослава, не руби сплеча. Дай нам с тобой еще один шанс.
– Я не хочу никаких вторых шансов. Михей, если я и правда для тебя что-то значу, оставь меня в покое. Я тебя очень прошу, уходи.
– Я уйду. – Сказал он тихо и встал. – Если ты действительно этого хочешь, я уйду.
Он посмотрел на нее в последний раз - эти черные волосы до лопаток, эти хищные карие глаза, эта маленькая, едва заметная морщинка над переносицей, и эти губы, нежные и манящие. Что-то екнуло у него в душе. Ему захотелось схватить Мирославу, обнять, закружить, зацеловать. Но он сдержал порыв. Вместо этого он встал, подошел к двери и, не оглядываясь, прошептал: «Прощай».
Глава 9
Через несколько дней городок взволнованно засуетился. Гаг Лэнсли сообщил, что к ним в гости едут треонцы. Он сказал, что Владыка Пустоши уже давно просил устроить для него экскурсию, и вот, наконец, Земля дала разрешение.
Владыка появился после полудня. Приехал он, разумеется, не один, а со своей свитой, которую составляли в основном высокопоставленные государственные деятели, министры и советники. Но было и несколько высокородных гостей, не имевших отношения к госслужбе, но достаточно уважаемых и влиятельных, чтобы сопровождать владыку на светских мероприятиях. Каждый треонец, как и полагается любому благородному райлу, имел при себе меч или другое холодное оружие.
Лэнсли предложил начать экскурсию с жилого городка, а затем, двигаясь по кругу, через всю базу добраться до наиболее интересного для треонцев объекта – космодрома. Райлы задавали множество вопросов об устройстве тех или иных вещей, о принципах работы техники, о технологиях и материалах. На большинство из них Лэнсли едва ли мог ответить. Чаще всего он отвечал расплывчато, в самых общих чертах, или и вовсе говорил что-то вроде «я не могу предоставить такой информации» или «об этом лучше спросить наших инженеров». Пока советники и министры забрасывали Гага вопросами, благородные князья и графы все время норовили разойтись по территории, забраться, куда не следует, чтобы рассмотреть все получше или потрогать все своими руками. Помощникам Лэнсли то и дело приходилось просить их вернуться к группе. Те возвращались, но стоило помощникам ненадолго отвлечься, как все повторялось.
Михей тем временем ждал на космодроме. Гаг сказал, что хочет устроить маленькую демонстрацию, и показать, как работают гравигенные генераторы. Михей был не в восторге от этой идеи. Меньше всего он сейчас хотел развлекать треонских политиков. Ему было стыдно за себя, ведь он понимал, что треонцы приложили куда больше усилий, устраивая то представление в столице. Он стыдился, но ничего не мог с собой поделать. Тем более он злился,
– Так что смотри, не взболтни лишнего, - сказал он Михею. – Они могут задавать провокационные вопросы, поэтому думай, что говоришь. А вообще, лучше не задерживайся надолго. Придумай какой-нибудь повод и уходи.
Михей слегка нервничал, подергивал ногами, закусывал губу. «Поскорее бы уже все закончилось», - думал он, стоял у большого панорамного окна центра управления, наблюдая за перемещениями треонцев. Наконец, они направились в сторону космодрома. Михей вышел им навстречу.
По дороге до стартового комплекса Лэнсли рассказывал райлам о характеристиках и возможностях космодрома. Треонцы внимательно слушали, задавали вопросы, о чем-то перешептывались.
– Ну а здесь находится сердце всего космодрома. – Сказал он остановившись.– Это прибор, который позволяет нашим кораблям отрываться от поверхности планеты и взмывать в небеса. Но лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
– Ребята, - обратился он к техникам. – Давайте сюда груз.
Роль космического аппарата досталась небольшому погрузчику. Техники отогнали его в центр площадки и оставили там. Лэнсли отвел треонцев на безопасное расстояние. Операторы начали подготовку к запуску. В общем-то, никакой особой подготовки не требовалось – они ведь не собирались выводить погрузчик на орбиту. Им было достаточно поднять его на несколько метров, задержать в воздухе на минуту, а затем плавно опустить на землю. Так, что все приготовления делались для пущей важности
Треонцы с недоверием смотрели на погрузчик. Им было трудно поверить в то, что какая-то машина, совершенно не предназначенная для полетов, не имеющая для этого никаких средств, может вдруг подняться в воздух. Поэтому они ахнули, когда это случилось. Погрузчик медленно оторвался от земли и стал плавно двигаться вверх. На высоте в десять-пятнадцать метров он остановился и завис. И Владыка Пустоши, и вся его свита смотрели на него, затаив дыхание. Затем машина поднялась еще выше и зависла уже на высоте пятьдесят метров.
– Гаг, это что, какой-то фокус? – Спросил Владыка Пустоши. – Вы хотите меня разыграть, да?
– Поверьте, Владыка, все, что вы видите чистая правда, и является плодом научного гения наших физиков и инженеров.
– Но как такое возможно? Прошу вас, Гаг, расскажите мне!
Лэнсли подозвал к себе Алмаева, и, положив руку ему на плечо, сказал:
– Это наш специалист, Михей. Он объяснит вам, как это работает. – Он слегка наклонился к нему и шепнул на ухо. – Давай, не подведи.