Трещина
Шрифт:
Анджелика с сомнением кивнула, но всё же раскрыла книгу на следующей странице…
По полутёмным коридорам и неопрятным помещениям с низкими потолками, неторопливо шёл странно одетый человек. Его костюм был весь в пыли и местами разорван, но это совершенно не портило его настроения. Может быть, это происходило от того, что его оттопыренные карманы при каждом шаге издавали металлическое бряканье. Человек насвистывал, что-то весёлое, в одной руке он нёс масляный фонарь, а в другой длинную красивую шпагу, сверкающую и переливающуюся в неярком свете. Войдя через маленькую дверь в большое и
— Ну как ты? — Негромко спросил человек, обращаясь, по-видимому, к этой горе.
— Порядок! — Прогудел в ответ глубокий слегка протяжный бас.
Гора шевельнулась и подняла увенчанную громадными рогами голову.
— А как твои дела? — Спросила гора в свою очередь.
— Тоже ничего! — Ответил человек, похлопав себя по карманам, отозвавшимся мелодичным звоном. — Представление удалось на славу! Публика ревела и рыдала! Я даже расслышал отчётливое — «Не-ет!», когда ты так эффектно умер! Так что, и у тебя значит, нашлись в толпе поклонники! Точнее поклонницы, ведь голос был женский!
— Надо с ребятами поделиться, они сегодня классно сыграли! — Заметил Бык, совсем поднимаясь и выходя на освещённое пространство.
— Само собой! Само собой! А Изабелле куплю целую корзину моркови, она сегодня справилась лучше всех!
— Она там не очень сильно прибила Педро? Я, честно говоря, волновался…
— Всё в порядке! У Педро голова, как чугунная и такие трюки ему не впервой!
— Слушай, а зачем ты сюда эту железку опять притащил? — Бык мотнул головой в сторону шпаги. — Знаешь ведь, не люблю я этого!
— Ну, вот ещё! Попробуй оставить такую красавицу, тут же сопрут! А ещё, никто кроме нас с тобой не должен знать её секрета!
— Ой, боюсь, попадёмся мы рано или поздно! Ну, сколько можно меня перекрашивать? С каким быком ты будешь драться в следующий раз? С зелёным или с красным?
— С чёрным! Скажем, что это брат того, ну, который был сегодня.
— Может и поверят. А чего это ты всё в маске? Будь собой, ведь дверь заперта, а то вид у тебя в этом обличии больно уж неприятный!
— Ах, да! Совсем забыл! — Сказал человек и, взяв себя за нос, набрал ртом воздух и сильно дунул, плотно сжав при этом губы. Фигура его вдруг округлилась, и он стал ещё ниже ростом, зато нос смешно раздулся, глаза увеличились, стали похожи на блюдца, руки и ноги укоротились.
— Фииииииииииг! — Крикнула Анджелика и Фиг с Быком удивлённо уставились в потолок, но девушка уже закрыла книгу и, обращаясь к невидимому Библиотекарю, решительно заявила:
— Вот теперь мне точно надо туда! Нашлись! Оба нашлись и оба живы! Ах, они… жулики!
Последняя фраза, вопреки содержанию, была сказана с нежностью.
— Однако, принцесса… — Раздался голос Библиотекаря.
— Ну, теперь, что ещё? Какие сомнения?
— Я уже предупреждал вас, что не могу дать вам с собой «Путеводитель по Миру Трещин». Могу лишь предложить «формуляр возвращения». Но будьте с ним крайне осторожны, эта вещь существует лишь в одном экземпляре, и если вы её потеряете…
— Буду осторожна, — пообещала Анджелика, — давайте формуляр!
— Он в кармашке с внутренней стороны обложки. Запомните, что взяться за него надо всем одновременно и только
Уже взявшись за книгу, девушка вдруг снова положила её на стол и хлопнула себя ладонью по лбу.
— Ой, какая же я дура! Драся там, наверху сторожит и ничего не знает…
— Не беспокойтесь, принцесса, я позабочусь о вашем драконе! — Заверил её Библиотекарь, и в его тоне скользнула едва заметная усмешка.
Глава 2
Всё, как всегда или «опять влипла!»
Анджелика не обратила на эту бестактность никакого внимания и вновь раскрыла книгу на той же странице. (Я очень хочу туда попасть!), — Проговорила она мысленно и зажмурилась. Она ожидала, что всё случится, как в прошлый раз, но ровным счётом ничего похожего не происходило. Не было ни головокружения, ни ощущения полёта, только в лицо ей вдруг подуло свежим ветерком несущим запах… коровника? Городская была Анджелика или нет, но запах этот она угадала сразу, ведь так как коровник не пахнет больше ничего в мире!
Девушка открыла глаза и недоумённо огляделась. С таким же успехом она могла и дальше стоять с закрытыми глазами — тьма вокруг была кромешная. Но то, что она находится уже совсем в другом месте, было очевидно. Анджелика заставила себя успокоиться, хотя сердце норовило выпрыгнуть из горла, пошарила в кармане и вытащила оттуда зажигалку, которую нашла в коробе среди прочих подарков Козауры.
Зажигалка была из тех, в которые следовало заливать горючую смесь. Флакончик такой смеси без цвета и запаха нашёлся там же, и теперь лежал в недрах её сумки. Конечно, некурящая девушка пользоваться этим устройством не умела, и лишь после нескольких попыток вызвавших фонтаны искр, извлекла небольшой дрожащий огонёк, который тут же заколыхался так, что больше ослепил саму Анджелику, чем осветил пространство вокруг неё. Тем не менее, света от этого источника хватило, чтобы девушка поняла — она находится в просторном, но совершенно пустом помещении.
О том, что здесь присутствовал Бык, говорил характерный запах и толстая соломенная подстилка на полу, но самого Быка не было видно. В помещении были две двери. Одна большая, смахивала на ворота и была заложена изнутри здоровенной доской, другая маленькая, та, которую уже видела Анджелика на иллюстрации в «Путеводителе по Миру Трещин». Недолго поколебавшись, девушка выбрала маленькую дверь и очутилась в узком коридоре с низким потолком. Один конец коридора уходил в темноту, другой делал поворот направо, и за этим поворотом виднелся неровный мерцающий свет.
Анджелика решила пойти в этом направлении, и вскоре очутилась в ещё более просторном помещении, освещённом факелом закреплённом на столбе. Помещение смахивало на ангар или большой сарай, и скорее всего, было частью комплекса построек служащих для хозяйственных нужд. Посреди стояла небольшая тележка запряжённая осликом, а какой-то старик в грязноватой серой одежде, длинном фартуке, мятой дырявой шляпе и с трубкой в зубах, нагружал эту тележку унавоженной соломой, подцепляя её вилами с пола. Увидев Анджелику, старик выронил трубку и застыл с видом полнейшего недоумения.