Третий Георг

Холт Виктория

– Ну, тогда мы еще немного задержимся в Германии. Шарлотта вздохнула, не зная, то ли ей радоваться, то ли печалиться. Были моменты, когда ей хотелось поскорее добраться до Англии и встретиться лицом к лицу со своим женихом, но в следующий момент она надеялась, что сможет отсрочить эту встречу.

На отдых им пришлось остановиться в небольшом замке, где они должны были провести ночь. Лорд Харкурт помог ей выйти из кареты, и сообщил, что сопровождающие из Англии уже ждут, чтобы поприветствовать ее.

Войдя в замок, она увидела необычайно величественных людей в парчовых

и бархатных одеяниях; они приблизились к ней, чтобы засвидетельствовать свое почтение королеве! Их королеве! Ей с трудом верилось, что та странная и довольно нелепая церемония сделала ее королевой.

– Ваше Величество, ваши новые фрейлины – маркиза Лорн и герцогиня Анкастер – ждут вас.

Шарлотта взглянула на них. Ей никогда прежде не приходилось видеть таких женщин. Они подобны богиням. Наверное, из-за своих богатых одеяний. Нет, не поэтому. У обеих гладкая кожа, изумительные глаза, пышные волосы, уложенные вокруг их головок безупречной формы; обе дамы грациозны и обаятельны. Шарлотта всегда знала, что она некрасива, но теперь почувствовала себя уродиной.

– К услугам Вашего Величества.

Шарлотта услышала свой голос, доверчиво спросивший по-французски, поскольку большинство этих англичан по-видимому предпочитали этот язык немецкому:

– Неужели в Англии все женщины так же красивы как вы?

Дамы улыбнулись в ответ:

– Ваше Величество весьма любезны.

Это не было ответом на вопрос, и пока ей представляли остальных, она едва замечала их, так как думала о том, как поступит король, когда увидит ее. Если он привык к женщинам, которые подобны этим – а она должна признать, что никогда в жизни не видела столь красивых женщин, да еще двоих сразу, – то что он подумает о своей невесте?

Вот теперь она по-настоящему испугалась.

– Ее Величество устала, – пришел ей на помощь добрый лорд Харкурт.

Шарлотта созналась, что действительно утомлена дорогой, и он предложил ей объявить о своем намерении удалиться для отдыха в приготовленные для нее апартаменты.

Там она принялась изучать себя в зеркало. Как безобразен ее рот… большущий, с тонкими губами! Она вспомнила прекрасно очерченные губы англичанок, слегка подкрашенные розовой помадой; она видела смех в их глазах, когда спросила, все ли англичанки так красивы. И они не ответили.

Вошла Швелленбург, и Шарлотта, поскольку ее застали за тем, что она разглядывает себя в зеркале, сказала:

– Эти англичанки так прекрасны. Я боюсь, что король разочаруется, увидев меня.

– Но он выбрал вас, Ваше Величество, – прозвучал ответ.

– Не видя меня.

– Обе эти дамы мне кажутся легкомысленными.

– Я думаю, что тому, кто так красив как они, можно простить все остальное.

– Помилуйте, Ваше Величество, но все это чепуха.

– О, Швелленбург, у меня недобрые предчувствия.

– Что я слышу, Ваше Величество! Ведь вы же королева!

– Недолговечная. А вдруг он решит, что я слишком безобразна, чтобы жениться на мне и отошлет меня назад?

– Он вряд ли сможет поступить подобным образом. Ваше Величество забывает, что он уже женат на вас по поручению.

Шарлотта

вздохнула. Не такого ответа ждала она. Ей хотелось услышать, что она зря считает себя такой невзрачной. Но Швелленбург не стала льстить, и ответила разумно правдиво. Шарлотта была дурнушкой и вполне вероятно, что если король ожидал увидеть красавицу, то он разочаруется. Но брачная церемония по поручению уже состоялась, и теперь ему придется принять свою невесту.

– Все так поспешно, – пожаловалась она. – Швелленбург, не кажется ли вам все это несколько загадочным?

Но Швелленбург не видела в этом ничего загадочного. Бракосочетание было совершено так же как и многие другие королевские бракосочетания. Если Шарлотта родит своему мужу детей, то, по мнению Швелленбург, все будут довольны, и не на что будет жаловаться.

Попросил аудиенции лорд Харкурт. Она с радостью приветствовала его, но он казался обеспокоенным.

– Я получил послание от Его Величества, – сообщил он. – Король приказал, чтобы мы без промедления проследовали в Каксхавен и там сели на корабль, направляющийся в Англию.

– Прямо сейчас? – спросила она.

– Мы переночуем здесь и отправимся завтра утром. Я вообще-то планировал переждать, пока изменится погода.

– Возможно, к утру она улучшится.

– Надеюсь на это, Ваше Величество. Но независимо от этого, я отдал приказ к отплытию.

Шарлотта кивнула в знак согласия: она не боялась моря. Слышался звон колоколов, сопровождаемый пушечными выстрелами.

– Жители Стейда желают оказать Вашему Величеству хороший прием, – сказал Харкурт.

– Разве я достойна всех этих почестей? – слегка нахмурившись, спросила она.

Лорд Харкурт поклонился и тихо проговорил:

– Ваше Величество – королева Англии.

В Каксхавене, куда прибыли королевские экипажи, завывал ветер и шел проливной дождь. Шарлотта заметила, что лорд Харкурт встревожен, как и обе прекрасные дамы, которые теперь ехали рядом с ней и грозились оттеснить Швелленбург от королевы. Шарлотта поняла, что они немного вредничают, выказывая презрение Швелленбург и Хаггердон как двум старомодным старухам; Шарлотта и сама признавала, что обе ее камеристки безвкусно одеты и не блещут красотой; но, по крайней мере, с ними она себя чувствовала непринужденно, несмотря на властную манеру поведения Швелленбург.

Все шло, как и было намечено. Им предстояло подняться на борт неуклюже раскачивающегося на волнах корабля, и все, за исключением Шарлотты, воспринимали это без радости. Шарлотта никогда не путешествовала на корабле и поэтому не представляла себе, что такое морская болезнь.

Она смирилась с мыслью, что даже если не понравится королю, ему все равно придется терпеть ее. Ведь она не стремилась к этому браку, хотя ее брат ждал его с нетерпением. Она выполнит свой долг, а если король не готов выполнить свой, то она попытается сделать вид, что ей это безразлично. В конце концов, может быть эти две англичанки и красавицы, но они не принцессы, поэтому, если ей не хватает привлекательности, она восполнит ее своим титулом… Хотя даже в этом она не была на высоте.