Третий Георг
Шрифт:
– Но ты был женат на ней.
– Это был не настоящий брак.
– Почему? Объясни мне.
– Потому что она оставалась в тот момент замужем.
– Но она считала свой первый брак незаконным.
– Видишь ли, ее первый брак был заключен на Мерридж-Милл, которую объявили вне закона…
– Ну, и…
– Это заведение было объявлено незаконным позже, но в момент ее первого вступления в брак закон еще не вступил в силу. Это случилось несколькими месяцами спустя. Вот почему, она считала, что ее первый брак незаконен.
– Все это очень пугает меня.
– А ты не вспоминай
– Но что, если ваш брак был настоящим? Тогда я – не жена тебе. А как же твои сыновья?.. Что будет с ними? Что, если кто-нибудь заявит, что Георг принц Уэльский незаконнорожденный?
– Остановись! – крикнул король. – Я начинаю сходить с ума.
Похоже, что так оно и было. Врачи встревожились. На груди у Георга вновь появилась сыпь, его лихорадило. Ему очистили желудок, и это немного облегчило состояние больного.
Шарлотта ходила с ввалившимися глазами. При дворе говорили, что королева беспокоится о странной болезни короля.
А Шарлотта раздумывала над тем, как выйти из создавшегося положения. Если они не были по-настоящему женаты до сих пор, то им следует обвенчаться вновь. Но как, каким образом? Стоит заявить о том, что королевская чета собирается вступить в брак, как сразу же пойдут слухи и разразится скандал. Те, кто подозревал об истории с Ханной, начнут говорит о ней как о действительном факте. А этого нельзя допустить.
Если король не в состоянии понять этого, то Шарлотта совершенно отчетливо представляла себе все последствия случившегося.
Имя Ханны ни при каких обстоятельствах не должно упоминаться при дворе, ее дети никогда не должны узнать, кто их настоящий отец. Судьба несправедливо обошлась не только с Ханной и ее детьми, но с королевой и ее сыновьями. И лучшее, что теперь может быть для Шарлотты – это молчание.
Она должна поговорить с Георгом. Нужно найти выход из этого затруднительного положения, если не ради себя, то ради своих мальчиков и третьего ребенка, который родится в этом году.
Когда они остались одни в своей спальне, Шарлотта сказала ему:
– Нам необходимо что-то предпринять. Ведь мы должны подумать о наших детях.
Георг безмолвствовал, черты его лица сложились в унылую, меланхолическую гримасу.
– Кто совершал церемонию, когда ты венчался с Ханной Лайтфут?
– Доктор Уилмот, – ответил он.
– Доктор Уилмот? – Имя было ей знакомо. Он некогда состоял одним из придворных капелланов. Нужно разузнать побольше об этом человеке.
И вдруг неожиданно ей пришла в голову дерзкая мысль: что если устроить праздник… придворный праздник, в программе которого предусмотреть небольшую сценку в маскарадных костюмах о том, как двое людей женятся. Это походило бы на шуточную брачную церемонию, но они могли бы произнести именно те слова, которые произносятся при настоящем венчании. Все действия, важные для заключения брака, были бы выполнены. А главными исполнителями ролей стали бы король и королева.
Это было просто фантастикой; но ведь и сама эта история была почти фантастичной.
Маскарадные сценки… Но ни она, ни король никогда этим не интересовались. Может быть совершить тайное венчание
Идея стала казаться не такой уж несбыточной. Пожалуй, это – единственный путь, решила она.
Роль священника должен исполнить доктор Уилмот. Кому еще она могла доверить? Он знал о том браке, поэтому никого больше не пришлось бы посвящать в эту тайну. И тогда она действительно будет уверена, что вышла замуж за короля. Уж лучше поздно, чем никогда. И если Георг и Фред незаконнорожденные, то о ребенке, которого она ждет, нельзя будет такого сказать.
«Праздник! Придворный маскарад!» – эти слова шептали с удивлением. «Королева, наконец-то, развеселилась. Кто этому поверит? Ведь она вот-вот должна родить!»
Королева объявила, что они с королем сочиняют пьеску, в которой оба будут играть главные роли. Пьеска эта на тему прославления брака.
– Ну, это уже немножко больше похоже на них, – ухмыльнулась Элизабет Чадлей и перемигнулась с маркизой. – Ручаюсь, там будут молитвы и хвалебные песнопения. А затем всем нам придется заявить, что мы готовы последовать хорошему примеру супружеского счастья, который подают Их Величества.
Но тем не менее все согласились, что лучше хоть какой-то праздник, чем вообще никакого. В последнее время король не выходил из своих апартаментов и даже редко видел своих министров. Подчиненные находили Георга каким-то отрешенным, а его поведение несколько необычным.
Когда лорд Бьют приехал тайком, в закрытой карете, к вдовствующей принцессе, она призналась, что ее очень беспокоит Георг. Она уверена, что этот абсурдный праздник – идея Шарлотты, и следует с еще большей бдительностью следить за ней.
– Она беременна, – напомнил Бьют принцессе, – а женщинам в таком положении часто приходят в голову нелепые фантазии.
Принцесса фыркнула.
– Нельзя спускать с нее глаз, иначе мадам Шарлотта может отбиться от рук.
В праздничный вечер состоялся банкет, а группа придворных, одетых в наряды женихов и невест, исполнила перед собравшимися танец. Кульминацией вечера стал момент, когда над королем и королевой, стоявшими на возвышении отдельно от остальных участников представления, по всем правилам совершили обряд венчания, который выполнил один из участников праздника в одежде священника.
Многим показалось неуместным то, что на маскарадном спектакле были произнесены слова полагающиеся при настоящем венчании.
– Бедный король, – говорили люди, – у него совсем отсутствует чувство юмора, если он считает, что таким образом можно развеселить гостей. Ну, а Шарлотта… Она тоже ему под стать. Скучная пара.
Король и королева сели отдельно от своих гостей, сохраняя слишком серьезный и торжественный вид.
– Теперь если бы нам еще показали старый обряд укладывания молодоженов в постель, всем бы стало гораздо веселее, – ехидно заметила Элизабет Чадлей.