Третий Георг
Шрифт:
– Да, у меня кружится голова. Я едва держусь на ногах. Она проводила его в спальню и уложила в постель, а сама присела рядом, взяв его за руку.
– Шарлотта, ты – хорошая жена… хорошая королева.
– Мне бы хотелось оправдать все твои ожидания, Георг.
– Все эти годы… Что думала Ханна?..
И он рассказал ей все, как было, правда, несколько бессвязно, но Шарлотта ясно представила себе, как он – молоденький юноша, тринадцати лет – идет через Сент-Джеймский рынок, замечает вдруг прекрасную юную квакершу, сидящую у окна лавки торговца льняной мануфактурой.
– Народ
– Я слушаю тебя, Георг.
– Она была самой красивой из тех, кого мне доводилось видеть.
Шарлотта поморщилась, словно от боли, но его горячие пальцы, сжимавшие ее руку, напомнили ей о том, что как бы она не была неприглядна, он нуждается в ней и доверяет ей настолько, что делится с ней своей тайной.
– Вот так мы встретились впервые. Все было устроено для нас. Я любил ее, и она родила мне детей.
– Детей, Георг?! А где они сейчас?
– Они в хороших руках. Я в этом уверен, но теперь я не вижу их. Они уже взрослеют. Это было бы небезопасно. Но я знаю, о них прекрасно заботятся.
Наступила тишина, и Шарлотта задумалась о своей маленькой детской, сравнивая ее с другой детской, в которой распоряжалась женщина «самая красивая из тех, кого ему доводилось видеть», женщина, которой было достаточно сидеть у окна лавки, чтобы он влюбился в нее и не побоялся никаких опасностей, лишь бы быть с нею. Наверное это было совсем непохоже на то, как он женился на невзрачной принцессе, которую кто-то выбрал ему.
Но все это в прошлом, и теперь он – король, у него есть королева и два сына, и вот-вот появится третий ребенок.
Она тактично напомнила ему об этом.
– Да, Шарлотта, все кончено, но эти мысли преследуют меня… я часто думаю о ней… Что же она, должно быть, думала обо мне все эти годы…если учесть, что… Но я сердцем чувствовал, что она не умерла.
Она снова выслушала отрывочную, почти фантастическую историю о том, как он пришел домой… в их дом в Излингтоне…и обнаружил, что ее там больше нет. И Ханна и дети исчезли. Ему поведали о том, что она внезапно умерла, и ее похоронили, а детей взяли на попечение.
– Мне показали ее могилу, Шарлотта. На камне начертано другое имя. Они обманули меня, сказав, что она мертва… но я сердцем чувствовал, что она жива. Нелепая история! Ее похоронили под другим именем якобы для того, чтобы избежать скандала, так было мне сказано. Я должен был все разузнать, но я не стал, Шарлотта… потому что в душе знал… я понял, что все это значило. Я – король, и вдруг осмелился жениться на племяннице торговца мануфактурой.
– Жениться?! – вскричала она.
– Да, – кивнул он, – над нами был совершен какой-то брачный обряд. В то время она уже была замужем за Айзеком Эксфордом, но уверила меня, что их брак недействителен. Эксфорд тоже так считал, так как вскоре женился вторично. Они никогда не вступали в супружеские отношения. Она сбежала сразу же после церемонии… сбежала ко мне.
– Женился!! –
– Это удовлетворило ее. Она считала, что может умереть. Только после того, как родится ребенок… последний… она боялась тяжести своего греха… Поэтому я женился на ней… и это сделало ее намного счастливее. Она уже больше не боялась умереть.
Он закрыл глаза; рассказ утомил его и морально, и физически.
Казалось, король уснул, а Шарлотта сидела у его постели, размышляя: «Значит Георг был женат! Они прошли через какой-то брачный обряд!»
Шарлотта не могла заснуть, думая о странном признании, услышанном от мужа. Когда она попыталась заговорить с ним об этом вновь, он холодно посмотрел на нее, словно не понимая, о чем она говорит. И тогда ей стало страшно. Не притворяется ли он, или действительно не помнит того, что сказал ей?
Георг вел себя как-то непривычно. Временами он казался смущенным. Он очень изменился за последние несколько недель. Может быть это связано с сообщением о смерти Ханны? Кто сказал ему об этом? Она представила себе, что Ханна сама написала ему письмо, умоляя позаботиться о детях, так как она умирает. Разве не так поступила бы любая мать?
А ведь Георг вступил с ней в какой-то брак. Следовательно, брачная церемония, совершенная над ними – над ней и Георгом, в Королевской часовне архиепископом Кентерберийским, была не первой, в которой участвовал Георг.
Шарлотта ощутила, как внутри шевельнулся ребенок и она едва не лишилась чувств, так как в этот момент ей в голову пришла страшная мысль. Если Георг был женат прежде, и тот брак законен, тогда его брак с Шарлоттой недействителен; а значит, маленький Георг и Фред – незаконнорожденные, как и ребенок, которого она носит сейчас под сердцем.
Шарлотта ухватилась руками за стол. Нет, подумала она, такого не может быть. Это не может быть правдой… только не с королевой Англии!
Но сомнения не покидали ее. Они преследовали ее каждую минуту. Ей казалось, что куда бы она не пошла, Ханна Лайтфут отовсюду посмеивается над ней. «Я была его настоящей женой. Дитя, которое растет где-то вдалеке от Лондона, будет настоящим королем Англии, а не твой маленький Георг, которого называют принцем Уэльским».
Это было невыносимо. Она не сможет никогда с этим примириться. Ее – Шарлотту, принцессу Мекленбургскую – привезли в Англию, чтобы сделать наложницей короля, а ее дети оказались ублюдками. О, нет! Это просто кошмарный сон. Но он же сам сказал ей о том браке!
Боже мой, подумала Шарлотта, теперь я никогда не буду чувствовать себя в безопасности. И мои дети не будут в безопасности. Пройдет несколько лет и перед правительством, перед архиепископом предстанет некий молодой человек и заявит: «Я – настоящий король Англии». Появятся на свет документы, подтверждающие его право.
Она должна все выяснить. Шарлотта попыталась поговорить с Георгом.
– Ты обязан сказать мне правду. Мы не можем оставить это дело в покое.
– Но ведь Ханна умерла, – ответил он. – Теперь у меня есть доказательства. Теперь она действительно мертва.