Третья правда
Шрифт:
— Наверное, так оно и было, — кивнул Джефф Саундерс. — Похоже, больше здесь делать нечего. Спасибо, мистер Волинский.
Управляющий гостиницы слегка поклонился и с облегченным вздохом вышел из номера.
— Шеф, — обратился Саундерс к начальнику полиции, когда они шли к лифтам, — можно заехать к вам в управление? Мне хотелось бы поговорить с вашими людьми о жертве. Кем был этот Стив Драгнер, чем занимался и все такое.
— Стивеном Драгнером он стал называться после того, как переехал в Соединенные Штаты. Его настоящие имя и фамилия — Степан Драгунский. Он эмигрировал в Штаты около пятнадцати лет назад.
— Драгунский? — Саундерс остановился, как вкопанный. — Откуда он приехал в Америку?
—
В полтретьего разочарованный Джефф Саундерс вышел из полицейского управления Майами на жгучее солнце, перешел на другую сторону улицы и вошел в маленький ресторан. Сел за столик, заказал сэндвич со стаканом пива и закрыл глаза.
Итак, что он узнал? Три часа назад Джефф, полный надежд, вошел в управление полиции. Он надеялся, что находится на правильном пути, который быстро приведет его к разгадке тайны. Драгунский, Слободин и Пономарев были русскими. «Это не может быть простым совпадением, — мысленно сказал он. — Ключ к разгадке должен находиться в их прошлом». Но после трех часов разговоров с полицейскими и изучения материалов по Драгнеру он ничего не добился. Ноль, абсолютный ноль! Из того, что ему рассказали в полиции, складывалась следующая картина. Драгунский сумел перебраться на Запад в самом конце войны. Тогда ему было тридцать восемь лет, и он был полон сил и энергии. Два года Драгунский провел в лагерях для перемещенных лиц в Италии и жил за счет контрабанды и черного рынка. К 1950 году он накопил достаточно денег и купил небольшое суденышко. Следующие пять лет Драгунский проплавал вдоль итальянских и французских берегов. Он подозревался в контрабанде, но полиции ни разу не удалось поймать его на месте преступления. В 1955-м при помощи родственников, которые уехали в Соединенные Штаты сразу после русской революции, он эмигрировал в Америку и открыл в Майами с одним итальянцем небольшую верфь. Они строили дорогие яхты и катера. Яхты шли нарасхват, и бизнес приносил большую прибыль. Итальянец умел обращаться с деньгами и обладал прекрасной интуицией, русский отлично знал море. Их фирма сделала себе имя не только во Флориде, но и за ее пределами. Они не гнались за количеством и основной упор делали на качество. У них была своя клиентура — новые и старые богачи, готовые заплатить хорошие деньги за качество. После смерти партнера в 1969 Драгнер решил уйти на пенсию. У него был приличный банковский счет и с умом купленные акции. Все пятнадцать лет Драгунский прожил один, и после его смерти не осталось наследников. До трагического вечера 14 августа Стивен Драгнер был примерным гражданином и не совершил ни одного правонарушения, если не считать пару штрафов за превышение скорости. Он не принадлежал ни к какой политической партии или организации. В Майами Драгнер пользовался всеобщей любовью и уважением.
Саундерс очень рассчитывал на досье ФБР, но там тоже не нашел ничего полезного. Стивен Драгнер не поддерживал никаких отношений ни с русскими, ни с американцами, которые могли бы работать на Россию, и не представлял для ФБР интереса.
— После отъезда на Запад в 1945 году Драгнер порвал все связи со своей родиной, — сообщил Саундерсу начальник майамского отделения ФБР.
Джефф оставил пятьдесят центов на чай официантке кубинке и отправился в дальний угол ресторана, где стояла телефонная будка. Позвонил в аэропорт Майами и заказал билет на рейс 512 «Истерн Флайт» в Вашингтон.
Равнодушный женский голос на другом конце провода принял заказ и предупредил:
— Пожалуйста, приезжайте к пяти часам, сэр. Не опаздывайте.
Джефф посмотрел на часы. До отправления
Стивен Драгнер жил в красивом одноэтажном коттедже, окруженном ухоженным садом с тропическими цветами и деревьями. У дома он увидел патрульную машину, на крыльце стояли двое полицейских. Дом Драгнера был опечатан, но начальник полиции обещал открыть его для Саундерса, если тот захочет побывать внутри.
Саундерс шел по тенистой стороне улицы и уже собирался перейти на другую сторону, когда неожиданно увидел перед собой маленькую пожилую женщину в белом платье. Она сердито посмотрела на полицейских и сказала:
— Всегда суют свои носы не в свое дело. Мало им того, что беднягу убили и закопали в землю. Никак не хотят оставить его в покое…
Джефф Саундерс не понял, с кем она говорит: сама с собой или с ним. У старушки было приятное лицо, в проницательных карих глазах застыла тревога.
— Вы знали мистера Драгнера? — спросил Саундерс и улыбнулся, надеясь разговорить ее. Он знал, какими подозрительными и пугливыми могут быть старые леди и боялся, что она откажется с ним разговаривать. Но эта женщина оказалась боевой.
— Знала ли я Стива Драгнера? Могу поспорить на что угодно, что я знала Стива! — Женщина воинственно положила руки на бедра, словно ожидала взрыва смеха от невидимой публики. — Наверное, вы приезжий, иначе не задали бы такой глупый вопрос. — Она помолчала несколько секунд, потом по-заговорщически улыбнулась. — Стив был одним из моих лучших друзей. Да, сэр, один из моих лучших друзей. И сейчас его нет в живых. Какой ужас!.. Знаете, что я думаю? — Она подошла к Саундерсу. — Я думаю, что его убили по ошибке. Да, сэр, по-моему, бедного Стива Драгнера убили по ошибке!
О Господи, только не это, мысленно застонал Джефф Саундерс! Неужели очередное убийство по ошибке?
— Держу пари, они хотели убить кого-нибудь из мафии, — продолжила пожилая леди. — Какого-нибудь контрабандиста, или не знаю… может, кого-то из синдиката. К нам приезжают погреть кости много богатых мерзавцев. В банке миллион долларов, а на совести десяток убийств. И полиция ничего не может сделать с такими типами, можете себе представить? Ладно, могли бы по крайней мере защищать порядочных людей, типа Стива. Вы здесь приезжий, а то бы знали, что в Майами живет полно мафиози. И можете мне поверить, это не мелкая сошка! — Она неожиданно замолчала и подозрительно спросила: — А кто вы такой? С какой стати я должна вам все это рассказывать?
Саундерс вежливо поклонился и представился:
— Меня зовут Джефф Саундерс, я работаю на правительство Соединенных Штатов. Я один из тех людей, которые пытаются раскрыть это возмутительное преступление.
— Вот именно! Возмутительное! — Она с новым интересом посмотрела на собеседника и спрятала несколько выбившихся прядей седых волос в узел на затылке. — Значит, вы детектив? Но я думала, что расследование уже закончено.
— Нет, не закончено. Убийцы не найдены, и расследование продолжается. Я специально приехал из Нью-Йорка, чтобы получше узнать мистера Драгнера. Пока я слышал о нем только хорошие отзывы. Никак не могу понять, кто мог захотеть убить такого хорошего человека?
Краешком глаза Джефф заметил, что старушка заглотнула наживку. Она улыбнулась и сказала:
— Я Дорис Каплан… Послушайте, на улице такая жара. Пойдемте ко мне. Я угощу вас стаканом отличного холодного пива. Я живу в соседнем доме. Мы со Стивом были соседями.
Дом Дорис Каплан не был похож на дома подавляющего большинства бедных стариков, доживающих свои дни под жарким флоридским солнцем. Ее дом был весь залит ярким солнечным светом и обставлен современной мебелью, на стенах сочные картины.