Три дезертира
Шрифт:
Оливер Роане тяжело поднялся. Его опухшие глаза смотрели из-под толстой повязки; казалось, они ничего не видят. Видно было, что Роане еще не совсем пришел в себя. Он с трудом стоял на ногах и недоверчиво смотрел на пистолет, который Саттни сунул ему в руку.
Саттни повернул его так, что Челлиж оказался под прицелом.
— Там Челлиж. Наблюдай за ним!
Роане пробормотал что-то, что можно было принять одновременно за выражение согласия и несогласия. Но теперь он твердо стоял на ногах, направив оружие на Челлижа. Челлиж чувствовал себя не
Саттни постоял возле Роане пару минут. Увидев, что Роане понял, что от него хотят, он пересек централь управления и подошел к пульту гиперпередатчика.
Челлиж внезапно осознал, что тот намеревается делать. Он хотел сообщить арконидскому киберфлоту, находящемуся поблизости от Латин-Оор, о том, что он хотел бы, чтобы его подобрали, и что у него с собой есть очень важная информация. Челлиж вздрогнул от ужаса, хотя ему и раньше уже было известно, что Саттни решил предать Землю.
Но именно теперь начиналось это предательство.
Все, что происходило до сих пор, было второстепенным. Сейчас Саттни передаст арконидам сообщение о том, что он прибыл, чтобы сообщить им, где находится родина землян и где они могут найти ее самое уязвимое место.
Саттни включил передатчик. Он сделал это быстрым, целеустремленным движением руки, словно ему очень часто приходилось это делать. Когда прибор загудел, он остановился и посмотрел на Челлижа.
Челлиж не мог больше сдержать свой гнев.
— Вы, предатель всего и всех!.. — вскричал он. — Что вы делаете?
Саттни ничего не ответил. Он поспешно отвернулся, словно ему было больно смотреть на Челлижа. Зато Роане угрожающе сделал шаг вперед. Челлиж молчал, снова смотря на свои приборы.
«Иди же! — мысленно молил он. — Иди и застрели нас всех, прежде чем Саттни…»
Он оперся локтями о пульт и положил голову на руки. Закрыв глаза, он услышал щелчок переключателя, когда Саттни позади него включил микрофон. Зашелестел листок бумаги. Саттни написал на нем свое сообщение.
Потом Саттни откашлялся. Челлиж услышал, как он глубоко вдохнул воздух и начал:
— Всем арконидским кораблям! Говорит Уолтер Саттни, беглец с Земли, его арконидский язык был беден, но аркониды должны были понять его. — Я должен сделать сообщение. Важное сообщение, касающееся галактических координат планеты Земля. Вы должны поспешить, чтобы завладеть этой информацией. Мое сообщение также слышат и земные корабли, и они попытаются уничтожить меня, прежде чем я сообщу вам. Как только я совершу посадку дам вам пеленг. Повторяю: всем арконидским кораблям! Говорит Уолтер Саттни…
Он повторил это пять раз. Потом замолчал: он тяжело дышал, испытывая чудовищное напряжение.
Гюнтер Челлиж знал, о чем теперь думает Саттни. Он знал, что арконидские корабли находились сейчас на расстоянии шестнадцати световых лет от них. Шестнадцать световых лет были расстоянием, которое гиперимпульс преодолевал
Все было в порядке — если только земные корабли не находились на меньшем расстоянии от «Газели», чем арконидские. Уолтер Саттни рассчитывал на это, но у него не было никакой уверенности. Его расчеты основывались на том, что земные корабли находились на расстоянии по крайней мере ста световых лет. На расстоянии ста световых лет запеленговать такой слабый передатчик, как у «Газели», можно было лишь с большим трудом. Кроме того, точность пеленгации была не больше пяти или шести процентов от расстояния, а это означало пять или шесть световых лет. Земной наблюдатель, уловив гиперпередачу с расстояния ста световых лет, не мог сказать с уверенностью, находится ли этот передатчик в той или соседней системе.
На это Уолтер Саттни и рассчитывал. Земные корабли должны прибыть слишком поздно или все будет потеряно.
Он некоторое время рассматривал пол перед собой, словно ему было стыдно смотреть кому-либо в глаза. Потом он поднял голову и подошел к Роане. Он вздрогнул, когда Челлиж твердым голосом спросил:
— Почему вы это сделали, Саттни? Какая вам от этого польза?
Саттни остановился. Казалось, его удивил вопрос Челлижа.
— Какая польза? — напряженным голосом переспросил он. — Разумеется, никакой. Я действовал, не заботясь о выгоде. Вы же знаете, что я думаю о форме правления в Солнечной империи. Этот режим должен пасть, и если мы не можем устроить это собственными силами, тогда нам придется прибегнуть к чужой помощи.
— И вас не беспокоит, сколько человек, кроме вас, придерживаются этой точки зрения? Я имею в виду, вас не заботит, что вы почти единственный, кто верит в подобную чушь?
Саттни снисходительно улыбнулся.
— Конечно, нет. Если что-то является истинным и правильным, оно не нуждается в том, чтобы в него верили многие. Вспомните Галилея.
— Оставьте Галилея! — оборвал его Челлиж. — Это совсем другое. Вы не могли выдать Землю арконидам только потому, что вы не согласны с правлением Родана.
— Нет, я могу сделать это, — ответил Саттни.
Дискуссия, казалось, придала ему уверенность в себе. — Вы же видите, что я уже на пути к этому.
— Вы знаете, к чему это приведет? Аркониды нападут на Землю. Земля будет защищаться. Это будет война, какой до сих пор еще не знала Галактика. И безразлично, кто выйдет из нее победителем: ущерб будет слишком большим.
— Но на Земле снова воцарится свобода, — ответил Саттни, глаза его пылали.
Челлиж вздохнул.
— О вы, глупец с разжиженными мозгами! Вы же просто больны! Представьте себе, что будет, если аркониды захватят Землю, или вы предпочитаете быть подданным робота-регента?