Три друга
Шрифт:
– Ты чей?
Ванятка стоял, упорно глядя на пол.
– Ну, что же ты не говоришь? Чей же ты?
– Мамкин, - угрюмо сказал Ванятка, все глядя на пол.
Ребятишки покатились от хохота и закричали:
– Заячий хозяин!
– Он Щербаков! Щербака рыжего сын.
Учитель
– Зачем же ты пришел?
– Букварь...
Все опять засмеялись.
– Сколько тебе лет?
– Об рождестве* девятый пойдет.
______________
* Об рождестве - то есть когда рождество наступит. Рождество - зимний религиозный праздник.
– Видишь, хлопец, ты еще мал, приходи на тот год.
– Я реветь буду, - все так же хмуро заявил Ванятка.
Учитель опять улыбнулся и ласково погладил по голове.
– Ну хорошо, оставайся пока, слушай, о чем тут говорят. Я сам поговорю с отцом.
Класс стал заниматься, а Ванятка, напрягая и морща лоб, слушал, ничего не понимая.
Урок подходил к концу. Вдруг все головы повернули к окну, и учитель остановился на полуслове: в омытом дождем стекле виднелись две морды, внимательно глядевшие в комнату, - одна косматая, другая с длинными ушами.
Ребятишки захохотали.
– Это что такое? - спросил учитель.
– Это Ванькин кобель да заяц.
– Одноглазый.
– На задних ногах стоит.
– Они у него выучены.
Учитель строго сказал:
– Это не годится. Нельзя так.
Ванятка горько разрыдался:
– Я их убью. Я их прогонял, они не слухают. Я их собаками зацукаю*...
______________
* Зацукаю - затравлю.
Учитель, успокаивая, опять ласково погладил по голове:
– Ну ничего, ничего, успокойся. Только не бери их
Потом позвал сторожа и что-то сказал ему. Сторож, стуча в сенях сапогами, хлопнул наружной дверью, и в стекле разом исчезли и косматая и ушастая морды.
Когда Ванятка ворочался, на косогоре его ждали и Забияка и Одноглазый, невыразимо грязные. Забияка, радостно визжа, прыгал и лизал лицо, а Одноглазый становился столбиком и барабанил по коленям. Ванятка ласкал обоих и, радостный и счастливый, держась руками за голенища, чтоб не вылезли ноги, добрался домой.
VI
Пришел март. Снега быстро таяли, шумели овраги, птицы летели с юга, и солнце безоблачно сияло.
Ванятка каждый день ходил в школу, но ни Забияка, ни Одноглазый его уже не провожали.
С зайцем стало делаться что-то странное. Стал он беспокоен, пуглив, поминутно навастривал уши, не давался в руки. И однажды исчез.
Долго ходил и искал его Ванятка - нигде не было.
Только когда однажды выбрался на гору, на талом снегу увидел обтаявшие заячьи следы: большими скачками, видно, уходил в степь и уже больше не ворочался.
Только раз летом на покосе видел Ванятка, как по скошенному месту прокатился крупный заяц, остановился на секунду, присел, повел ушами и исчез, мелькнув в траве. Своя, видно, началась жизнь.
А у Ванятки и Забияки тоже у каждого своя была жизнь: Забияка зло сторожил двор, лошадей, скотину, днем и ночью не подпускал к дому никого. Стал он еще косматее, с мотающимися комками грязи на лохмах.
Ванятка летом не покладая рук работал на дворе, в поле, ездил на мельницу, возил на станцию хлеб, а зимой в отцовских валенках бегал в школу.