Три ночи

Маллинз Дебра

– Зол, – коротко ответил Люсьен, хотя это слово совсем не отражало его чувств в отношении человека, который предал его. – У нас произошла размолвка.

– Похоже, это что-то более серьезное, чем обычная размолвка.

Он сурово посмотрел на нее.

– Не сейчас, Эвелин.

– Хорошо. – Она вздернула подбородок в своей обычной манере и выразительно посмотрела на него. – Мы поговорим об этом позже.

– Возможно. – Люсьен улыбнулся, заметив выражение озабоченности на лице Эвелин, и повел ее к следующей группе гостей.

Обед

тянулся бесконечно долго.

Эвелин сидела за столом напротив Люсьена и была вынуждена наблюдать, как сидевшая с ним рядом леди Тернботтом весь вечер заигрывала с ее мужем. Брюнетка явно относилась к тем женщинам, с кем раньше тесно общался Люсьен. Бессердечная вдова, которая даже ради приличия не собирается соблюдать траур по своему усопшему мужу.

Вместо этого она шепталась с Люсьеном и бросала на него призывные взгляды. Она поворачивалась из стороны в сторону, пытаясь задеть его своим пышным, полуобнаженным из-за возмутительно глубокого выреза бюстом. Наклонялась к нему и словно машинально поглаживала его руку.

Эвелин все видела. И это вызывало у нее желание ткнуть в леди вилкой.

Удивленная своей столь яростной реакцией, Эвелин заставила себя перестать обращать внимание на заигрывания леди Тернботтом. В конце концов, она же отказывается делить с Люсьеном постель, и симпатии любого члена общества окажутся на стороне ее мужа, пожелай он завести любовную интрижку. У Эвелин не было никакого права выказывать ревность по поводу его флирта с другой женщиной, коль скоро она сама отказывает ему в выполнении супружеских обязанностей.

Но как бы то ни было, лучше бы Люсьен вел себя достойнее и не заводил интрижки прямо на ее глазах.

Наконец длительное изысканное застолье все же подошло к концу, и Эвелин с облегчением встала из-за стола вместе с другими дамами. Мужчины задержались выпить портвейна и выкурить сигару. Люсьен бросил на нее вопросительный взгляд, но она предпочла проигнорировать его, направляясь вслед за герцогиней в гостиную.

Эвелин хотелось остаться одной, но поскольку она была почетной гостьей, каждый считал своим долгом поговорить с ней. Большинство женщин казались настроенными весьма благосклонно, однако Эвелин обеспокоил пристальный взгляд леди Тернботтом, наблюдавшей за ней из другого конца гостиной.

К Эвелин подошла герцогиня.

– Надеюсь, вы не скучаете, моя дорогая?

Учтивость хозяйки насторожила Эвелин.

– Нет-нет, ваша светлость. Было так великодушно с вашей стороны устроить прием в нашу честь.

– Несомненно. Можно вас на пару слов? – Один высокомерный взгляд герцогини заставил стоявших рядом дам отойти в другую часть гостиной.

– Конечно. – Эвелин сосредоточила внимание на своих манерах, перестав прислушиваться к волнению, зарождавшемуся внутри ее.

Герцогиня отвела ее в уединенный угол гостиной. Из уважения к хозяйке другие женщины старались держаться вне зоны слышимости их беседы. Эвелин удивило, с какой властностью герцогиня обращалась с

другими людьми, но в то же время это не могло не вызвать ее уважения. Герцогиня Хантли, несомненно, была выдающейся женщиной.

Но и Эвелин Дюферон была не промах.

– Дорогое дитя, я не могла не заметить ваших страданий за обедом. – Кларисса похлопала ее по руке, что должно было означать материнскую заботу. – Я знаю, что ваша мать умерла несколько лет назад.

– Да. – Эвелин боролась с желанием отдернуть свою руку, чтобы избавиться от холодного прикосновения Клариссы.

– Тогда позвольте мне направлять вас в этих делах. – Она заговорщически понизила голос. – Мужчины иногда бывают просто животными.

Эвелин напряглась.

– Что вы имеете в виду?

– Я, естественно, обратила внимание на то, как ваш муж флиртовал с леди Тернботтом. Конечно же, она является дорогим другом нашей семьи, но она также и молодая красивая вдова. Такие женщины часто бывают неотразимыми в глазах мужчин.

– Я уверена, Люсьен просто проявлял учтивость. – Бог должен был бы наказать ее за такую откровенную ложь, но Эвелин скорее позволила бы обрить себя наголо, чем признаться этой женщине в том, что поведение Люсьена причиняло ей боль.

Герцогиня в очередной раз покровительственно похлопала Эвелин по руке.

– Дорогая, мужчины есть мужчины. А ваш муж, позволю себе быть откровенной, известен своим отношением к прекрасному полу. Все, что остается делать в этом случае благовоспитанной жене, – это смотреть в другую сторону. – Герцогиня печально вздохнула. – Конечно, ему следовало бы подождать несколько дольше, чем две недели после свадьбы, прежде чем начать флиртовать с другими женщинами. Но боюсь, так ведут себя все повесы.

– Я благодарна вам за совет, – сухо ответила Эвелин. – Прошу меня извинить, ваша светлость, но я хотела бы освежиться.

Герцогиня кивнула.

– Конечно, дорогая. Просто попросите служанку, и она проводит вас.

– Благодарю. – Эвелин поспешила из комнаты, спиной чувствуя довольную усмешку Клариссы.

Служанка проводила ее в туалетную комнату и ушла только после того, как Эвелин уверила ее, что без проблем найдет дорогу назад. Как только служанка ушла, Эвелин в изнеможении опустилась на стул рядом с умывальником и вгляделась в свое отраженное в зеркале бледное лицо.

Она знала, что такое может случиться, даже ожидала этого. Люсьен был человеком страстным и не мог долго обходиться без женщины. Тем не менее, она полагала, что он больше дорожит их браком и не станет опрометчиво стремиться к плотским утехам. Эвелин надеялась, что он, хотя бы ради Хлои, попытается наладить их отношения.

Слезы подступили к ее глазам. Будь он проклят! Она надеялась, что хоть что-то значит для него, что он действительно мечтал о настоящем браке и настоящей семье. Да, она не хотела полного сближения. Но если бы он только отнесся к этому с пониманием, если бы уступил хоть чуть-чуть, возможно, у них все наладилось бы.