Три ночи
Шрифт:
В деле защиты их дочери Эвелин могла рассчитывать на Люсьена.
Ощущение беспомощности охватило ее, и Эвелин расплакалась.
Когда Люсьен вернулся домой, в дверях его встретил Элтон. Будучи вышколенным лондонским дворецким, Элтон не выказал и намека на удивление, увидев хозяина в таком виде. Он просто спросил:
– Послать за Стоксом, сэр?
– Именно так. Надеюсь, он не станет сокрушаться по поводу состояния моей одежды.
– Конечно, сэр. – Элтон закрыл дверь. – У миссис Дюферон были визитеры.
Люсьен
– Что за визитеры, Элтон?
– Два джентльмена, сэр. Мистер Уигби и мистер Кертис.
– Уигби? Что было нужно этому старому негодяю от моей жены?
– Этого я не знаю, сэр. – Лицо Элтона оставалось бесстрастным. – Однако миссис Дюферон выглядела после их ухода расстроенной.
– Расстроенной? – Какого черта этому ростовщику Уигби нужно было от Эвелин? Уигби делал деньги в самых грязных игорных притонах Лондона, ссужая ими проигравшихся бедняг, у которых не хватало воли оторваться от игорного стола, хотя удача давно отвернулась от них. Пижонов, слишком глупых, чтобы понимать, что их песенка спета... Хотя понятно. Барон.
– Элтон, где сейчас моя жена?
– Она удалилась в свою комнату, сэр.
– Хорошо. Пусть успокоится, а я займусь этим. Пошли лакея на квартиру мистера Уигби. У моего секретаря есть его адрес. Передай, чтобы Уигби явился сюда в течение часа. И пусть ему дадут понять, что это не просьба.
– Будет исполнено, сэр. – На губах Элтона промелькнула едва заметная улыбка и исчезла, будто ее и не было. Он направился отдавать распоряжения лакею.
Разъяренный Люсьен взбежал вверх по ступенькам. Проклятый мошенник Уигби имел наглость прийти к нему в дом и побеспокоить его жену из-за долга ее отца. В причине его прихода Люсьен не сомневался. Очевидно, Уигби жить надоело.
Он вошел в комнату, выкрикивая имя Стокса и стаскивая с себя испачканную фруктами одежду. Когда камердинер появился, Люсьен прервал его стенания по поводу состояния этой одежды.
– Быстрее, Стокс, я жду посетителя не позже чем через час.
Слуга тут же засуетился, доставая новый костюм. Люсьен сдернул с себя галстук и расстегнул жилет. Все его движения были резкими от едва сдерживаемой ярости. Любой уважающий себя банкир обратился бы за деньгами к мужу дамы, а не терроризировал бы ее в собственной гостиной. Но Уигби был далек от самоуважения.
Сейчас он получит надлежащий урок, чтобы у него больше никогда не возникало желания беспокоить жену Люсьена Дюферона.
Глава 18
Люсьен ожидал Маркуса Уигби в своем кабинете. Он переоделся в элегантный черный сюртук, черные брюки и жилет бутылочного цвета, оттененный белым галстуком. Люсьен сидел за своим письменным столом и разбирал почту, когда ему доложили о приходе Уигби.
– Садитесь, Уигби. Подождите минутку.
Уголком глаза он отметил озабоченное выражение лица Уигби. Ростовщик определенно не ожидал,
– Рад, что вы пришли, Уигби. Кажется, сегодня вы нанесли визит моей жене.
– А-а... да, это так. По делу.
– Правда? – Люсьен сцепил пальцы. – Разве не правильнее обсуждать деловые вопросы с мужем дамы?
Плотный мужчина заерзал в кресле.
– Мне дали понять, что именно к этому делу вы не проявите интереса.
– Как занятно. Но меня интересует все, что касается моей жены, Уигби. Все.
– Теперь мне это понятно. – Уигби нерешительно улыбнулся. – Приношу мои извинения, Дюферон, если я оскорбил вас.
– О, вы оскорбили меня, Уигби. И очень сильно. Я намереваюсь потребовать удовлетворения.
Ростовщик побледнел.
– Что вы, Дюферон, это же...
– Если только, – продолжил Люсьен тем же вкрадчивым тоном, – вы не расскажете мне, как вы осмелились прийти сюда и расстроить мою жену и почему вы решили, что я не заинтересуюсь этим делом.
Уигби достал платок и промокнул выступивший на лбу пот.
– Ходят слухи, что вы повздорили со своим тестем, и, поскольку это его долг, я обратился за ним к...
– Ага, мой тесть. Вы подумали, что, поскольку я поссорился с бароном Чезвиком, будет разумнее уладить это дело с моей женой.
– Именно так.
– Вы неправильно подумали. – Люсьен больше не старался скрывать свой гнев. – Вы, Уигби, пришли в мой дом и досаждали моей жене делом, которое целесообразнее было уладить между нами. И никакие извинения вам не помогут.
Уигби нервно крутил платок в пальцах.
– Я обмолвился всего парой слов с леди. Просто объяснил ей, что ее отец задолжал мне. И ничего больше.
– Вы расстроили ее, Уигби, а я никому не позволю расстраивать мою жену. Сколько вам должен Чезвик?
– Гм... тысячу фунтов.
Люсьен выдвинул ящик стола и достал оттуда приготовленный заранее банковский чек. Несколькими быстрыми росчерками пера он заполнил бланк, отписав тысячу фунтов на имя Маркуса Уигби. Затем бросил чек через стол.
– Вот ваши деньги, Уигби. И советую вам впредь никогда больше не появляться возле членов моей семьи.
Уигби схватил чек, быстро пробежал его глазами и положил в карман своего сюртука.
– Благодарю вас, Дюферон. Можно считать, что долг полностью выплачен.
– Подпишите эту бумагу. – Люсьен подтолкнул еще один документ в сторону ростовщика. Уигби скосил на бумагу глаза. – Это расписка, подтверждающая, что я оплатил долг Чезвика и вы не имеете больше никаких претензий к барону. Подпишите.
– Конечно. – Уигби подписал бумагу и вернул Люсьену, тот убрал ее в ящик стола. Затем закрыл ящик. – С вами приятно иметь дело, Дюферон, – сказал Уигби, отступая от стола. – Передайте мои наилучшие пожелания вашей супруге.