Три пути
Шрифт:
В унынии Атли уставился в куст орешника и едва не рухнул с коряги, на которой сидел. Прямо из куста на него пялились два огромных зелёных глаза. Заплетаясь, он пробормотал заговор против варульвов….
Глаза, сверкнув, приблизились почти вплотную… и оказались небольшими болотными огоньками. Почти такими же, как…
— Прыг, Скок? — не веря, прошептал Атли. Огоньки отрицательно качнулись. — Тогда кто вы?
Вместо ответа пришельцы переместились влево и призывно мигнули. Подкидыш отбросил сомнения: идти и так некуда, а тут ему указывают
Подкидыш. Шаг четвёртый
Наблюдая за проводниками, мальчик понял, чем они отличались от его зайчиков, кроме цвета. Эти огоньки держались очень строго и организованно, не позволяли себе шалить и разбегаться, плыли медленно и величаво. Атли стало не по себе от такого открытия. Чья-то воля вела его через ночной лес — непонятно, злая ли, добрая и зачем он ей вообще понадобился. Но продолжил идти за огоньками, стараясь, впрочем, запоминать дорогу.
Идти пришлось долго, продираясь через цепкий кустарник, оскальзываясь на влажном мхе, перескакивая быстрые ручьи. Наконец его вывели на просторную поляну, посреди которой лежал большой плоский камень. А на камне стоял некто высокий в длинном зелёном плаще с капюшоном. Огоньки почтительно сверкнули и заняли место над его плечами.
— Здравствуй, Этельстен.
Голос был приятным, он словно щекотал виски, помогал довериться говорившему.
— Здравствуйте, — слегка склонился мальчик. — Я — Атли.
— Атли? Да, она тоже называла меня этим странным коротким именем, — рассмеялся незнакомец. — На самом деле, ты, как и я, Этельстен.
Он откинул капюшон, и мальчик застыл в изумлении. Тонкие, точёные черты лица, огромные тёмные глаза, длинные, цвета воронова крыла волосы — всё в нём было прекрасно, почти совершенно.
Атли с восторгом осознал, что именно таким видел себя в грёзах. Открывающим неведомые земли. Спасающим маму от жутких тварей. Побеждающим отпетых негодяев, подозрительно похожих на Рагнара с Гуннаром. Но больше всего вдохновляло чувство связи с этим полубогом. Ощущение, что он видит его, Атли, мысли, чувства, разделяет боль и радость.
Этельстен улыбнулся и понимающе кивнул. В голове Подкидыша сама собой зазвучала мелодия, которую напевала у колыбели мама. Заслушавшись, он и не заметил, как местность позади Этельстена преобразилась. В небытие канули переплетения древесных корней, сучьев, ветви кустарников — до самого горизонта простиралась равнина.
Серебристая трава её мягко шелестела, приглашая коснуться. Звёзды на тёмно-синем небе казались такими близкими, что протяни руку — и возьмёшь в ладонь. Повсюду холмы, будто сторожевые вышки вокруг усадьбы могучего оделмана. А над их верхушками мириады разноцветных огоньков кружили в хаотичном, но восхитительном танце.
— Добро пожаловать в Страну Холмов, сын.
— Отец, — прошептал Атли и, всхлипнув, бросился к неподвижной фигуре.
Но его встретила пустота. Он помотал
— Сожалею, Этельстен, — печально сказал он, — но я не смогу прикоснуться, пока на тебе есть то, что люди зовут «железом».
— Да-да, сейчас! — торопливо проговорил Атли, копаясь в поясном мешке.
Но в нём ничего не было, кроме маленькой берестяной дудочки. «Что же ещё?» — спрашивал он себя, замерев. Рука его скользнула по груди, задев кожаный шнурок. Мальчик сглотнул и медленно снял амулет-молот, подаренный Рольфом.
Грубый треугольник на ножке, похожий на странный гриб… Память о единственном человеке, кроме мамы, который был к нему добр.
— Спасибо, — прошептал Атли, — спасибо и прости. Мне больше не нужно быть сильным.
Он размахнулся и бросил вещицу в заросли у края поляны
В этот же миг чудесные холмы придвинулись ближе, слух и обоняние наполнили новые звуки и запахи. Этельстен одобрительно улыбнулся.
— Обними же меня, сын. Наконец-то Великие Звёзды соединили наши пути, и встреча состоялась. Я знаю, тебе через многое пришлось пройти, — сказал он, поглаживая волосы мальчика, — но пришёл черёд оставить мир, где тебе не рады, и занять своё истинное место.
— Значит, я никакой не Подкидыш? — шмыгнул носом Атли.
— Конечно нет. Ты сын — мой и твоей матери, смертной женщины.
— Фрейдис, её зовут Фрейдис, — сказал мальчик.
— Да, Фрейдис, — альв улыбнулся, обнажив безупречные зубы.
Теперь Атли понимал маму. Рядом с таким красавцем херсир казался толстым уродливым цвергом, настырным и грубым. Неудивительно, что она отвергла его ухаживания. Ничего, сегодня они с отцом заберут её в Страну Холмов и будут жить там долго и счастливо!
— Скажи, они есть у всех нас? — спросил он, глядя на огоньки.
— Да, — был ответ, — мы называем их «ви». При должной тренировке они становятся отличными слугами и помощниками. Главное, не позволять им распускаться.
— Но Прыг и Скок мои друзья, — мальчик удивлённо посмотрел на отца. — Они помогают мне, а я с ними играю…
Огоньки над плечами альва слегка вздрогнули, выражая одобрение. Но тут же застыли под холодным взглядом хозяина.
— Тебе ещё многому предстоит научиться, Этельстен. Жизнь нашего народа не одни лишь игры да песни, как полагают глупые смертные. У Страны Холмов есть могущественные враги, и только Стражи Границы могут биться с ними на равных.
— Стражи Границы?
— Да. Величайшие воители нашего народа. И ты можешь стать одним из них, Этельстен. Но только после долгих стадий тренировок и послушания. Готов ли ты к послушанию, сын?
— Готов, — горячо заверил Атли, — я буду послушным, отец.
— Тогда нам пора. Следуй за мной, Этельстен.
Альв поднял руку, и прямо в воздухе возникло золотистое мерцание. Миг, и внутри него проявились очертания какого-то помещения. У Атли захватило дух, но он так и остался стоять на месте.