Три войны
Шрифт:
— Упаси меня господи больше спорить с безумными математиками, — прошептал подвергшийся экзекуции, потирая свою черепушку.
— Пап, а когда мы Дюшу искать будем? — донесся из главного операторского зала звонкий девичий голосок.
— Солнышко, погоди немного, сейчас дяди бан… эээ… ученые перекусят. — «Дяди ученые» в немом удивлении уставились друг на друга.
— Сворачиваемся, — резюмировал за всех Олег Чуйко, ему не терпелось взглянуть на гостью.
Россия. Н-ск. Два дня спустя…
Илья Евгеньевич расположился у турникетов, установленных
— Илья Евгеньевич? — раздалось за спиной. Керимов обернулся на голос и встретился взглядом с высоким мужчиной спортивного телосложения. Он был одет в строгий деловой костюм и начищенные до блеска остроносые туфли. — Пройдемте, Константин Иванович ожидает вас в машине, — добавил незнакомец и сделал приглашающий жест рукой. — О своих машинах не беспокойтесь, водители кортежа уже получили соответствующие указания и будут ждать вас на объекте.
Илья Евгеньевич стрельнул глазами в сторону выходной двери и заметил еще двух одетых в деловые костюмы «референтов». Что ж, все правильно, небожитель заранее продумал визит и принял соответствующие меры безопасности, в том числе позаботился о заблаговременном прикрытии собственной деятельности. Обещанный новый начальник службы безопасности так и не прибыл. С другой стороны, возможно, руководство решило не форсировать события, привлекая конкурентов и спецслужбы нездоровой суетой вокруг одной частной научной «лавочки». Проследовав на выход, Керимов кивнул «референту», тот что-то тихо скомандовал в пуговичку микрофона, закрепленного на отвороте лацкана пиджака. Вторая пара «людей в черном» прикрыла встречающую сторону от возможных неприятностей со стороны улицы.
— Добрый день, Константин Иванович. Как долетели? — проявил вежливость Керимов, оказавшись внутри прохладного салона бронированного начальственного «лэндкрузера». Броневик выпустил из выхлопной трубы легкое облачко дыма и плавно тронулся с места. Машины сопровождения заняли позиции спереди и сзади. Дополнительно с автостоянки выехало несколько разнотипных автомобильчиков попроще, отличавшихся от других авто таких же марок навороченной внутренней начинкой.
— Добрый, — ответил хозяин «лавочки» и пожал ученому руку. Пожатие у олигарха было крепким, по-настоящему мужским. — Хотя за океаном еще вечер, но мы-то сейчас в России. Давайте ближе к делу. Илья Евгеньевич, мое время слишком дорого стоит, чтобы тратить его на пустые разговоры, прошу вас, давайте, для начала, в общих чертах, что у вас произошло, а подробности будем рассматривать на объекте. О чем вы хотели мне поведать? — спросил Константин Иванович. — Можете говорить свободно, своим людям я доверяю.
Керимов достал из сумки ноутбук.
— Мне проще показать, а потом ответить на вопросы, — ответил он, сняв с компьютера плоский прибор для уничтожения жесткого диска, набрал на клавиатуре длинный пароль и, запустив изображение, развернул монитор к высокому гостю.
— Что это значит? — рассматривая пейзажи каких-то тропических или субтропических островов, спросил олигарх. Пока он говорил, изображение сменилось, теперь на экране были заросшие лесом горы.
— Планета, точнее, параллельный мир, расположенный в пятнадцати минутах от земной временной оси координат, принятой нами
— Так-так. — Гость пробарабанил пальцами по подлокотнику сиденья.
Директор института смотрел на своего работодателя и лихорадочно размышлял. Что-то было не так в поведении Богородцева, определенно не так. Раньше гость из высоких эмпиреев, приезжая в Н-ск, вел себя вальяжно, порою излишне раскованно, не чурался хлопнуть кого-нибудь из тружеников научного фронта по плечу, и вообще любил выступать в роли этакого Деда Мороза с мешком хрустящих премиальных. Частенько Керимова посещали мысли о том, что олигарх изображает из себя сурового, но справедливого родителя или небожителя, не чурающегося спуститься вниз и прислушаться к нуждам простых смертных. Сейчас этого не было. Или Большой Босс не видит смысла играть на публику и пускать пыль в глаза, когда они наедине? Сейчас перед Ильей сидел совершенно другой человек — смертельно уставший, придавленный горой проблем, затюканный жизнью не меньше, чем он сам.
Богородцев нервничал и не пытался скрыть своего состояния, от былой вальяжности не осталось и следа.
— Ни за что не поверю, что вы ограничились одним миром, — нарушил паузу олигарх.
— Ни за что не поверю, что вам не докладывали о наших исследованиях, — сказал Керимов в ответ. Богородцев кашлянул, но спустил мелкую дерзость с рук.
— Докладывали, ежедневная справка о работе института обязательно ложится на мой стол, но не кажется ли вам, Илья Евгеньевич, что вы несколько злоупотребляете своим служебным положением?
— Вы про поиски сына? — Из-под насупленных бровей ледяным блеском сверкнули глаза ученого. — Благодаря этим поискам я вышел на все эти миры. Если вам интересно, то мы четко зафиксировали и определили, скажем так, координаты двух десятков миров. Половина из них не имеет разумной жизни. Эти миры могут принести вам такой баснословный барыш, что золото Форт-Нокса покажется сущей мелочью.
Олигарх натужно рассмеялся:
— Илья Евгеньевич, а почему вы не рассказываете мне, что позавчера вечером вашими учеными была предпринята успешная попытка открытия пространственного портала на Камчатку?
— Хотел сделать сюрприз.
— Наивная душа. — Богородцев протянул Керимову тонкую кожаную папку черного цвета. — У меня тоже есть чем вас удивить. Почитайте.
В папке лежало три листа машинописного текста формата А-4. Керимов бросил на олигарха недоуменный взгляд.
— Читайте-читайте, — махнул рукой тот.
— Получается… — удивленно протянул Илья Евгеньевич, прочитав последнюю строчку распечатки. Пришла беда — отворяй ворота. Случилось то, что ожидалось уже давно. Керимов не удивился представленным в распечатке данным, но решил показать удивление и сыграть на публику. Хм, его можно записывать в театральную труппу. Удивиться получилось очень натурально, и Богородцев не заметил сарказма. Теперь понятно, почему сильный мира сего не по-детски взвинчен.
— Получается… — повторил Богородцев. — Готовьтесь сменить хозяина, вы думаете, Богородцеву было плевать на институт? Как-никак ваше заведение и мое детище тоже, мне совсем не понравилось, что его у меня отбирают. — Олигарх со всей силы треснул кулаком по подлокотнику. — Черт подери, и я ничего не могу с этим поделать, ровным счетом ничего! Меня обложили как волка и готовятся спустить всех собак! Какое золото и богатство Эльдорадо, Керимов? Какие, к собачьему хрену, барыши, если из-за вашей шарашки я могу лишиться всего?