Триада

Глушановский Алексей Алексеевич

В этот критический момент один гуманист из мозгового центра штаба обороны решил, что не может больше молчать и выступил на Си-Эн-Эн. Как и большинство людей такого типа он считал, что человечество должно знать правду даже вопреки своему желанию. Он забыл, или не захотел подумать, а хочет ли оно быть „осчастливлено“ знанием. Ответ на этот вопрос, будь он задан, сильно удивил бы его. Большинство

людей предпочло бы счастливое неведенье.

Довольно странно — мир отреагировал гораздо спокойнее, чем можно было ожидать: Арабы нашли очередной повод для нападения на Израиль. Тибет, наконец, отделился от Китая, только из-за бездействия властей последнего, но в конце концов справедливость восторжествовала… Для всех без исключения мировых религий наступили золотые времена: храмы ломились от толп прихожан, а сокровищницы от приношений. В Европе и США жизнь превратилась в одну бесконечную оргию под девизом „помирать так с музыкой“. Философам-гедонистам такое не снилось…

В эти дни многомиллиардные капиталы делались за несколько часов, но имело ли это смысл. Остатки населения России встретили это известие довольно апатично. Одни не вышли еще из праздничного запоя, другие, по старой памяти, считали все это „происками империалистов“, наконец, были и такие, которые вообще не понимали, что происходит и радовались внеплановым выходным.

Когда были обнаружены спасительные ракеты, надежда вновь пришла к отчаявшимся. Во второй раз все взгляды устремились к небесам. И снова по общемировым каналам транслировали запуск, теперь только трех ракет. Большой брат к этому моменту вплотную приблизился к планете.

— Ракеты пошли, — один из многочисленных инженеров ЦУПа передал данные на главный экран и в глобальную сеть.

— Восемь минут до контакта, — негромкий гул голосов в зале периодически прерывался сообщениями по громкой связи.

За минуту до взрыва пошел обратный отсчет.

Шестьдесят.

…

Тридцать.

На двадцати раздался панический вопль:

— Активатор боеголовки второй ракеты вышел из строя.

— Запускайте дублирующие системы — техник почти потерял самообладание.

Высший командный состав столпился возле центрального пульта.

— Резервные цепи также не работают!!!

— В чем

же дело! — на этот раз сорвался уже один из генералов.

— Отсутствуют серебряные контакты в боеголовке.

Ситуация в зале была близка к панической.

— Какие, к чертям, контакты?!

— В общей сложности тридцать килограммов серебра в системе детонации. Их украли — голос техника был как-то странно спокоен.

— Сволочи!.. Иуды!.. за тридцать сребреников…!!!

— Если ракеты подействуют, то есть вероятность, что хватит и двух.

Три.

Два.

Один.

На несколько минут в зале повисла мертвая тишина. Когда волна излучения прошла, изображение восстановилось. Перед глазами всех присутствующих открылась страшная картина. Большой Брат сильно уменьшился в размерах, но продолжал свое движение к Земле. Раздались первые выстрелы. Тела офицеров, словно спелые яблоки, с глухим стуком падали на пол.

Около здания ЦУПа было пустынно: не подъезжали машины и не подходили люди. Только сиротливый звук метлы нарушал тишину около центрального входа. Одинокий дворник в оранжевой робе, обросший и неопрятный, подметал крыльцо. Из открытой двери раздался вызов телефона. Оглянувшись, дворник нехотя оставил метлу и пошел ответить.

— Алло!!! ЦУП, ОТВЕТЬТЕ!!! На связи президент.

— А нету никого — безучастно ответил дворник и положил трубку на стол.

Вслед ему некоторое время неслись истеричные вопли, затем прозвучал одинокий выстрел и тишина… дворник подобрал метлу и, мерно взмахивая ею, медленно двинулся навстречу заходящему солнцу.

Маленькая девочка с трогательными белыми кудряшками и большими голубыми глазами смотрела в окно. На улице бесновалась толпа, а над городом ширилась гигантская воронка. По щекам девочки катились чистые детские слезинки.

— Папочка, почему эти люди так кричат? Их кто-то обидел? — малышка обернулась к отцу.

Он, стоя перед зеркалом одергивал парадный мундир.

— Не плачь, доченька. Все будет хорошо. Скоро всему этому наступит

Конец…