Тридцать три несчастья
Шрифт:
— Все верно. Правильный выбор.
Галушко отпустил его и потянулся назад, подцепил сумку и швырнул ее Кириллу на колени:
— Вот твоя доля. Триста пятьдесят штук. Но в марках, как заказывал. Умно! Купюры крупные и тоненькие. В трусы засунул, и дуй себе через границу.
— Сколько? — Кириллу показалось, что он ослышался. — Мои пятьсот!
— Ага, щас! Я с ребятами должен был расплатиться?
— Что-то круто — сто пятьдесят штук за двух баб и водилу.
— За трех баб, — уточнил Галушко.
— Фига
— Жена твоя.
— Любка?.. — Кирилл вжался в сиденье и от ужаса зажмурился.
— Ты не понял. Она-то в порядке. А вот информацию мои орлы тебе надыбали… Пожалуй, и подороже стоит.
— Говори.
— «Заказала» тебя сучка твоя. Давиду.
— А кто это — Давид?
— Когда узнаешь, поздно будет. По моим данным, охота уже началась. Советую исчезнуть сегодня же.
— О господи…
— От меня помощи не жди. Я свое дело сделал и знать тебя не знаю. Мне с Давидом хлестаться ни к чему, я жить хочу.
— Я тоже.
— Ну все, отваливай. Скажи спасибо, что предупредил.
— Спасибо. За сто пятьдесят штук чего не сделаешь.
Кирилл потянулся к ручке, но Галушко его остановил:
— Погоди.
Он достал из «бардачка» блокнот, вырвал лист и написал на нем номер телефона:
— Запоминай.
— А что это?
— Запомнил?
— Да.
Галушко поджег вырванный лист и затолкал истлевший клочок в пепельницу.
— Позвонишь, скажешь, что от меня. За один день новый паспорт сделают. Ты ж, поди, теперь в розыске.
— Поди. Спасибо.
— Ну, пустяки. За шестьсот пятьдесят штук чего не сделаешь…
Кирилл подхватил на плечо сумку и вылез из машины. Артем весело ему посигналил и, обдав его выхлопными газами, умчался на новеньком «Форде».
Глава 42
Через четверть часа Кирилл уже был на автовокзале. Гонимый каким-то роковым азартом, он несколько раз прогулялся мимо отделения милиции, задержался у стенда с фотографиями разыскиваемых преступников и внимательно изучил их биографии. Не обнаружив своего изображения, он внаглую подошел к дежурному сотруднику и поинтересовался, как добраться в Кострому. Милиционер послал его в справочную, не проявив к нему ни малейшего интереса.
Кирилл направился к метро, увидел наряд и спросил у сержанта, где Байкальская улица. Ему вежливо объяснили.
Еще пару раз нарочито напоровшись на милиционеров, Кирилл спустился в переход и подошел к таксофону. Набрал знакомый номер. Там довольно скоро ответили.
— Это я, — хрипло сказал Кирилл. — Ну ладно, ладно… Да не ори ты. Через сорок минут встречаемся на Киевском вокзале… У тебя все готово?.. Ну и молодец… Да. Пора.
Спустя полчаса он болтался в зале пригородных касс. Ее он заметил сразу, но не подошел, проверяя, как быстро она его узнает и узнает ли вообще. Она не узнавала.
Богачева
— Два до Внукова, пожалуйста. — Кирилл склонился к окошку и протянул деньги.
Кирилл взял билеты и, сделав широкий круг, подошел к Богачевой со спины.
— Женька, у тебя такой глупый вид! — обхватил он ее за плечи.
Богачева охнула, обернулась и собралась было на радостях заголосить, но Кирилл вовремя поцеловал ее в губы.
— Здравствуй, солнышко.
— Ну наконец-то! — Женька повисла на нем, омочив его бороду слезами радости. — Господи, Кирюша, тебя не узнать!
— Ну и хорошо, — довольно улыбнулся Кирилл.
— Ты только не обижайся, — Женька уже смеялась, — но ты прямо чечен какой-то!
— Ладно, мать, хорош скакать. — Кирилл отодрал ее от себя и поставил на асфальт. — Электричка через семь минут, билеты я взял. Пошли.
Был уже десятый час вечера, основной поток пассажиров схлынул. В вагоне ехали только редкие парочки да подвыпившие дядьки. Изредка по проходу шли увешанные всякой дрянью торговцы и, деря горло, нахваливали свой бесхитростный товар.
Кирилл с Женькой вольготно расположились в полупустом вагоне, предусмотрительно успев на перроне прихватить две бутылки холодного пива.
Женька, вероятно, была навеселе, потому что ее сразу же слегка развезло. Она то плакала, то хохотала и все время лезла с поцелуями. Кирилл морщился, но терпел.
— Я знала! Я знала, что у нас все получится! — веселилась Богачева, похлопывая холеной ладошкой по черной сумке.
Через двадцать пять минут электричка остановилась на станции Внуково. Они выскочили на платформу и, обнявшись, пошли по дороге, ведущей к дачному поселку. Свернули на тропинку, прошли метров пятьдесят и оказались у массивных дубовых ворот.
Женька достала из кармана ключи и отперла калитку. Пригнув голову, Кирилл вошел на участок и обалдел:
— Ну ты, мать, даешь!
Участок был огромен, на нем с успехом могли бы разместиться три обыкновенные дачи.
Кругом росли вековые сосны вперемешку с кустами и деревьями. Где-то в глубине угадывался дом, к которому от ворот вела подъездная дорога. Женька схватила Кирилла за руку и потащила сквозь заросли. Они оказались на костровой поляне. Вокруг кострища были устроены деревянные скамеечки, под кирпичным навесом располагался огромный мангал, за столом в беседке могли разом усесться человек двадцать.
Молча осмотрев все это благолепие, Кирилл пошел к дому.