Триэн
Шрифт:
– Командир, подъехал чёрный «Порше Каннибал». Внутри пятеро, не вылезают.
– Глаза! – скомандовал всем бойцам Солома, чувствуя, как разгоняется сердце. Интуиция подсказывала, что через минуту-другую обстановка начнёт стремительно меняться.
Позвонил Костя Фёдоров, по прозвищу Кость:
– Командир, с тыла к зданию, там такой купол стеклянный, подъехал зелёный УАЗ «Патриот». Внутри четверо, сидят, как прибитые гвоздями.
– Не высовывайся! Всем готовность «бум»! Я иду в лабораторию, прикрою клиента, если гости пойдут, следовать за ними по щелям.
Он поднялся на третий этаж,
Он дождался, пока дверь откроет худенькая девушка в халатике, с шапкой выбеленных волос, и поспешил за ней, с улыбкой заметив:
– Простите, я с вами, к Сан Санычу.
Девушка кинула на Солому безразличный взгляд и убежала в глубь помещения.
Лаборатория, где работал Александр Александрович Уваров, представляла собой большой зал, разделённый матовыми стеклянными панелями и гипсокартонными стеночками на кабинки блок-офисов. Совсем скрытыми от глаз были только помещения побольше, где стояли стенды для исследовательских работ.
Зал никем не охранялся, если не считать кодового замка, выполняющего функцию охраны.
Слева располагались боксы руководителя лаборатории и его секретаря. Дверь в приёмную была открыта, в ней толпился какой-то сугубо учёный (все были в очках) народ.
Справа в нише виднелся столик, но за ним никто не сидел.
Солома, поколебавшись, осмотрел нишу и сел на стул возле столика, на котором лежала стопка журналов. Лучшей позиции для обзора входящих в лабораторию придумать было трудно. Мысль: что за команда подъехала к зданию? – не уходила, таща за собой цепочку мыслей такого же плана: что, если это люди Веселова? В его структуре что-то поменялось, и он решил усилить охрану хроников? Но зачем при этом убирать телохранителей на несколько часов? Кол просмотрел хорошо замаскированного наблюдателя с телекамерой? Ничего особенного не происходит? Прикрытие Уварова на месте? Или у Веселова какие-то задумки по части защиты хроников? Но какие тут могут быть революционные задумки? Снять охрану и ждать появления десанта драгонов или герп? Бред! Это же колоссальный риск, сопряжённый с жертвами среди персонала лаборатории. Как такие последствия не брать в расчёт? Или всё же Веселов далёк от подобных расчётов?
– Они пошли, – доложил Кол, а за ним слово в слово – Кость.
– Экипировка? – поинтересовался Солома, листая журналы для отвода глаз.
– Все в синих халатах, как и мы, под ними ни хрена не видать, однако идут ребята специфически, явно вооружены. Да, ещё деталь: все обуты в полутяжи.
– Кого-нибудь узнаёшь?
– Нет, все мордовороты сугубо халдейского плана.
– Где Бортников?
– Тусуется в левом крыле здания.
– Вызови, как только эти мордовороты скроются в здании – обезвредьте водил. Кость, это и тебя касается.
– Принял, – отозвались Кол и Кость.
Солома быстро сориентировал остальных бойцов, добавил:
– Их семеро, до огневого контакта ситуацию не доводить, здесь много людей.
Потянулись секунды ожидания, складываясь в минуты.
На Солому обратила внимание секретарша заведующего
Секретарша перестала сверлить взглядом Солому, выбежала навстречу троице.
– Вы к кому, товарищи? К Семёну Феоктистовичу?
– Мы к Сан Санычу Уварову, – широко улыбнулся самый массивный из гостей, с выбритыми висками и нависающей на лоб чёлкой.
– Я позову.
– Не надо, – так же картинно показал крупные желтоватые зубы второй гость, пониже и потолще. – Ему досталась международная премия, он ещё не знает, и мы хотим сделать ему сюрприз.
– А откуда вы? Из третьей?
– Да, из третьей, – кивнул парень с чёлкой, называя, очевидно, номер лаборатории.
Дверь впустила ещё одного сотрудника института в халате и в «полутяжах», он нёс цветы.
– Это вам, Катенька, – протянул он букет фиалок секретарше. – Семён Феоктистович занят?
Растерявшаяся секретарша взяла букет.
– У него системщики…
– Ничего, я подожду.
Первые три посетителя проследовали по проходу между боксами, свернули к кабинетику Уварова.
Четвёртый гость взял секретаршу под руку, увлёк в приёмную.
– Объекты упакованы? – спросил Соломин, продолжая изучать журнал.
– Имхо, – ответили ему.
– Кол?
– Водила «Порше» спит, – доложил Николай.
– Кость?
– Я своего успел допросить, – доложил Константин. – Похоже, это наши, у него ксива ФСБ.
– Потом разберёмся. Все «пошли по нулям»! Тихо и наверняка.
Он взял в руки ещё один журнал И, листая его на ходу, зашёл в приёмную, где кроме секретарши и гостя восточного вида уже никого не было.
– Катя, посмотрите-ка. – Солома протянул журналы секретарше. – Как вам это нравится?
Черноволосый мужчина, подаривший цветы секретарше, купился на этот простой трюк и посмотрел на страницу журнала. В следующий момент из-под журнала показался ствол пистолета и воткнулся в губу черноволосого.
– Стоять! Не шевелись!
Секретарша вскрикнула, роняя букет, который она хотела поставить в графин с водой.
– Кто ты?! – спросил Солома.
Черноволосый не испугался. На его тёмном от южного загара лице не дрогнул ни один мускул.
Секретарша снова открыла рот.
Солома прижал палец к губам.
– Не кричите, служба безопасности! Сядьте и не мешайте!
Она рухнула на стул.
– Кто ты?! – раздельно, тихо и властно повторил вопрос капитан.
Черноволосый стремительно нырнул вниз, выполняя приём из арсенала «маятника» – сход с линии огня, что говорило о хорошей его подготовке, однако Солома был готов к этому и нанёс два удара: коленом снизу в подбородок и почти одновременно рукоятью пистолета по затылку.
Даритель цветов без звука растянулся на полу.