Триггер убийства
Шрифт:
Сейчас весна открывала совсем другую картинку. Громадный степной небосклон становился просто бескрайним, горы на юге кутались в туманную дымку, словно притаившиеся тайные наблюдатели. Ветер гнал белые барашки облаков. Лоскутное одеяло укрывало землю. Желтые, синие и красные цветы, яркая молодая зелень. Все самое красивое и впечатляющее с природой происходит весной и осенью.
Пара остановок на заправках, и они почти достигли цели. Симферополь накрыли сиреневые сумерки. Без морской свежести побережья летний город казался серым и размытым. Из года в год иссушаемый солнцем, с припыленными, уставшими советскими постройками, как в брызгах салюта, в островках современных вывесок и зданий. Они свернули в сторону побережья, и Кира заерзала в ожидании встречи
Авто Самбурова въезжало в лучи света от уличных фонарей и домов. Потом ворвалось в темень горного перевала. От Симферополя до Алушты сорок километров. Двадцать минут при не самой быстрой езде, скажет тот, кто никогда не ездил по серпантину. По серпантину, по краям от которого рассыпались домики, остановки, светофоры и перекрестки. Кира скользила взглядом по махинам гор, которые отличались от темного неба еще большей, совсем уж непроглядной темнотой, и уже вдыхала запах моря. Ей мерещилось, как волны раскрывали ей объятия навстречу и даже слышался их голос: «Ну иди, иди сюда».
Когда-нибудь она устанет от этих пейзажей, перестанет обращать внимание на величие горных пиков и настроение морских волн. Скорее всего, это неизбежно, когда живешь так близко. Но не сейчас.
– На набережную в Алуште пойдем, или до Ялты дотерпишь? – поинтересовался Самбуров.
– Дотерплю, – кивнула Кира. – Сначала заедем к Семенову, раз уж договорились.
Они ехали вдоль прибрежной полосы. Бескрайний черный простор, морской запах и рокот волн будоражили воображение, волновали душу. Потом они петляли по старому району Ялты. Навигатор дважды приводил не туда. Григорий остановил машину и вгляделся в экран.
– Дом вот этот, подъезд со двора, я так понимаю. Я пешком схожу. Не хочу больше по этим дворам кружить. Со мной пойдешь?
– Нет. Долго получится. Иди один. А я вон в тот бар зайду. – Кира кивнула на скромную вывеску «Бар». – Подожду тебя там. Не будем смущать людей раньше времени. Он уже дома, не на службе.
– Вряд ли там есть еда, – подозрительно протянул Самбуров. – Мы поедим на побережье. У тебя есть любимый кабак в Ялте?
Кира кивнула:
– Напишешь, как выйдешь.
Бар оправдывал свое скромное название простотой. Небольшое помещение почти в подвале, освещенное малиново-фиолетовой лентой на потолке. При таком свете и чистоту стаканов проверять бессмысленно и вообще приглядываться. По стенам висели картинки на питейную тему и полки с пустыми бутылками от мировых известных алкогольных производителей. Несколько высоких столиков. Из посетителей двое мужчин. За барной стойкой бармен с внимательным пытливым взглядом.
– Апероль? – попытался угадать он алкогольные предпочтения посетительницы, окидывая Киру опытным глазом.
Не хотелось разочаровывать бармена, но апероля не хотелось вовсе.
– Красное сухое санджовезе, темпранильо или шираз. – Кира сомневалась, что бар мог предложить хороший выбор вина.
Перед ней возник бокал, и в него забулькала красная жидкость.
– Сира. Усадьба Перовских, – сообщил властелин стойки.
– Хороший выбор, – хмыкнула Кира – и воды. Без газа.
Ей не хотелось разговаривать с барменом. Но у него на лице читалось любопытство. Скорее всего, сюда не часто заходили случайные гости, и он жаждал проверить свои догадки.
– Из Москвы? По делам?
– Ага. В командировку, – согласилась девушка, просто чтобы закончить диалог.
Мужчина оказался опытным и мгновенно считал нежелание Киры общаться.
Висюльки на двери звякнули, и вошел еще один посетитель.
– Мои ищут его. У меня нет столько ресурса, как ты думаешь. Фюрст, найми ему няньку, в конце концов, или сторожа. Ты не знаешь, куда он мог податься, а как мне искать? Фото старое! Или найдем, или сам придет… Жрать захочет и придет… Ну да…
Взгляд вошедшего остановился на Кире. Он так беззастенчиво обшарил ее лицо и фигуру, что Кира чуть не заскулила, понимая, что назойливого внимания ей не избежать. Она едва сдержала кислую гримасу и отвернулась.
– Я вас здесь
Он был хорош. Серый открытый взгляд, по-мальчишески задорная улыбка, если бы не короткая стрижка, то светлые кудряшки спадали бы на лоб и умиляли до восторга. Фигура в меру подкачана, при этом коренаст и не очень высок ростом. Наверняка пользуется успехом у женщин. Барышни всех возрастов млеют от восторженного взгляда и розовых щек. – Вы пьете вино? Я знаю одну маленькую винодельню… Глэмпинг на горе, среди виноградников, вид на море и великолепное шардоне на завтрак.
– А вы сразу планируете со мной завтрак? Даже не познакомившись? – Кира восхитилась напором.
– Мы сейчас познакомимся. Меня зовут Роман, – он осторожно присел на высокий барный стул, через один от Киры.
«Осторожен, раньше времени не сближается», – отметила девушка.
– Мне будет с вами скучно, а у вас не будет радости победы, – проговорила она, глядя в упор.
– Не понял.
– Вот, мне уже скучно, – буркнула Кира и вздохнула. – Давайте, сначала я расскажу про вас, и если хоть где-то не угадаю, то расскажу про себя, и мы продолжим знакомство.
Он кивнул. Мужское лицо калейдоскопировало эмоциями – любопытство, радость, подозрения. Роман то продолжал сиять, как натертый самовар, слишком привык с этим выражением лица клеить девок, то улыбка нервно сползала с губ, а глаза наполнялись тревогой и сомнениями – все шло не по плану.
– Вы, Роман, завсегдатай этого бара, скорее всего, еще с тех времен, когда бар только открылся и вы не могли позволить себе заведение дороже, а сейчас уже слишком привыкли. Ступени зала тонут в полумраке, а вы зашли уверенно, не глядя под ноги. Часы на вашей руке и ботинки стоят, как весь этот бар, вы явно можете позволить себе заведение дороже и популярнее. На вас плотные темные брюки и светлая рубашка с коротким рукавом, ездить по городу так уже жарко, значит, вы сидите в офисе под кондиционером. Вы работаете в Администрации города, но скорее в правоохранительных органах, в ГИБДД или МВД. Бармен подорвался с места и без заказа налил вам коньяка, которого нет в меню, значит, держит бутылку для вас. Это не просто уважение к старому другу, это еще и профессия, с представителями которой лучше не связываться. «Курвуазье» – слишком специфичный выбор. Кроме того, вы собираетесь выпить, но при этом у вас из кармана торчит брелок авто, значит, не боитесь лишиться прав. Кстати, очень плохая идея ездить в пьяном виде. Вы нравитесь женщинам и отлично осознаете это. Скорее всего, даже ведете счет соблазненным дамам, в телефоне, в заметках. Вы так уверены в себе, что даже техники, полученные, нет, не на курсах пикапа, а из какой-то книги на эту тему, применяете в своей аранжировке. Вы не сделали мне необычного комплимента с двойным смыслом, который должен ввести меня в транс, но расписали наше будущее свидание заготовленной фразой. А вот «якорение» провели мастерски, присаживаясь за стойку, обошли стул близко ко мне и коснулись. Что будете делать дальше? Расскажете про одинокую душу, про серьезные намерения, обязательно совершите подвиг ради меня, что-то вроде побега от всего мира и работы ради того, чтобы провести время со мной. Вы будете убедительны. Я, конечно, впечатлюсь и упаду в вашу постель. Утром мы обменяемся телефонами, вы даже дадите реальный, чтобы у меня действительно была возможность написать. Вам же надо узнать, что это была самая романтичная и восхитительная ночь в моей жизни. Что я влюблена и ваша навеки. Огорчу сразу. С момента обмена телефонами все пойдет не по плану. Я дам липовый номер и не позвоню, поскольку хорошо понимаю правила курортных романов. Сначала вы не заметите, что произошло, потому как на работе два последних дня недели всегда запара, отчеты, наверстывание того, что не сделали за неделю. Потом вас начнут грызть неудовлетворенность, беспокойство и тревога. Что вы сделали не так, раз я не восхищаюсь, не скучаю и не желаю увидеться еще. Мне продолжить?