Тринадцать граней (сборник)
Шрифт:
– Но, капитан, полгода назад она была на противоположной от Эгеи стороне звёздной системы. А пятая – гораздо ближе к третьей, – вставил, неугомонный Гена.
Капитан кивнул.
– Да, наверное… Я или ты, так и поступили бы – логически оправданно. Но Ярцев очень принципиальный человек. В плане, утверждённом на Земле, четвёртая планета была следующая… – капитан «взял» в руки жёлтый голографический шарик, – Я уверен, он полетел к четвёртой планете…
– Вы правы, капитан, – Гена улыбнулся, – Но хоть я и молодой, как утверждает наш многоуважаемый доктор, может быть даже и неопытный,
Гена немного съязвил, но в целом был прав. Перелёт через гиперпространство в пределах системы невозможен из-за мощного гравитационного поля звезды. Поэтому используя для движения ионные двигатели, «Вестник» затратил бы на полёт почти тридцать два часа, с учётом разгона и торможения. В неизвестной системе, для которой нет подробных карт и орбит астероидов и комет, за это время с кораблём могла произойти любая неприятность.
– Я уверен, что они на четвёртой! – сказал капитан решительно. – Друзья, не будем терять драгоценные минуты. Гена, рассчитайте кратчайший курс. Учтите возможность ускорения с помощью гравитационного манёвра, используя силу притяжения местных светил. Алексей Николаевич, на вас проверка всех систем. Старт по готовности, – Капитан повернулся к инженерам, Анисимову и Зайцеву, – Ребята, обеспечьте готовность системы визуального контроля и работоспособность флаеров в условиях сильного загрязнения. По предварительным данным, у четвертой планеты атмосфера весьма и весьма пыльная.
– Есть капитан, – ответил Виталий Анисимов, инженер-техник.
– Мы всё сделаем, – подтвердил Анатолий Зайцев, его закадычный друг.
Техники направились в ангар, где размещалась спецтехника. А капитан подошёл к первому помощнику:
– Алексей Николаевич, будьте добры, отправьте гиперграмму в СБРЧС, как только мы прибудем в конечную точку. Не забудьте.
– Конечно, Леонид Васильевич, не беспокойтесь вы так.
– Да я не о себе беспокоюсь… – капитан замялся, – Смагину девяносто девять лет. Я боюсь, что старик не переживёт потери…
– Я понимаю… – первый помощник положил руку на плечо капитану, – Мы найдём их! Обязательно найдём!
***
Жадно, но стараясь не проронить ни капли, Оксана выпила стакан воды. Хотелось ещё, но она и так уже выпила два из положенных на день трёх. Система рециркуляции воды работала исправно, но стопроцентной отдачи получить было невозможно. Вода необратимо заканчивалась.
Недавно, в прошлом месяце, Лиза Штерн, с помощью двух техников, попыталась организовать сбор воды из забортного воздуха, используя конденсатор. Но затея провалилась. В её составе оказался канцероген, от которого воду не смогли очистить даже мощные ультразвуковые фильтры. Кроме того, вода, будучи помещённая в атмосферу
Лиза Штерн не прекращала попытки получить нормальную воду, но впечатляющих успехов пока не достигла.
Бархан продолжал рычать за бортом. Сегодня с утра он в очередной раз предпринял попытку сдвинуть «Вестник» с места. Корабль скрипел, ныл мелкой дрожью и лязгал… но не сдавался. Впрочем, как и вчера, как и позавчера, как и месяц назад.
Но не сдастся ли он завтра?
Оксана, от нечего делать, читала какую-то жутко заумную старую пьесу, одного из современников первых покорителей гиперкосмоса. Текст изобиловал техническими терминами и руганью, но сюжет держал в напряжении.
Неожиданно в дверь каюты постучали.
Оксана отложила планшет и встала с койки. Бросив мимолётный взгляд, на маленькое зеркальце на стене, она уложила непослушный завиток и спросила:
– Кто там?
– Оксана Сергеевна, это Максим. Можно мне войти? – ответил из-за двери сильный мужской голос.
Оксана махнула рукой у выключателя, дверь с тихим шуршанием уползла внутрь переборки. На пороге стоял высокий, широкоплечий, голубоглазый блондин – Максим Грачев (ударение на первый слог), начальник группы планетарной разведки. На нём был одет лёгкий полевой комбинезон, на плече болтался шланг от респиратора.
С некоторых пор Грачев начал проявлять скромные, незамысловатые знаки внимания в отношении Оксаны. Она, к своему удивлению, отвечала ему тем же.
Неловко улыбнувшись, Оксана спросила:
– Да, Максим?
– Оксана, я попрощаться вот пришёл…
– Что?! – не поняла Оксана, – Попрощаться? В каком смысле?
Молодой человек понял, что сморозил глупость и поспешил успокоить девушку:
– Успокойтесь, Оксана. Я не то имел в виду… Я в смысле… Ярцев, наконец, разрешил разведывательный полёт… – он сделал паузу и спросил, – Вы разрешите мне войти?
– Ах да, конечно! – Оксана смутилась своей нерасторопности.
Грачев вошёл.
– На корабле почти иссякли запасы воды… Вы это и так, знаете… – Грачев посмотрел на Оксану, словно извиняясь, – Мы хотим рискнуть добраться до водоёма на северо-востоке.
Оксана удивлённо воскликнула:
– Но, это же больше тысячи километров! Вы не успеете!
– Наверняка, за одну короткую ночь мы не успеем вернуться, – Грачев развёл руками, – Но мы переждём пыльную бурю во флаере. И вернёмся через сутки.
– Это опасно…
– Да нет, что вы! Нам ничего не будет угрожать, – Грачев попытался сменить тему, – Можно я задам один вопрос?
Грачёв громко сглотнул и уставился на Оксану. Она кивнула.
– Можно, я буду думать о вас?.. – прошептал он.
– Что? – Оксана усмехнулась, чуть не засмеялась в голос, но опомнилась.
Грачев дёрнулся, лицо его стало пунцовым.
– Чёрт побери! – чертыхнулся он, – Да что же это я?! Прямо как мальчишка!
Грачев неловко взял Оксану за плечи. Она посмотрела в глубокие, как озёра, голубые глаза и увидела там тоску и страх. Нет, страх не за свою жизнь – страх что-то потерять. Она поняла – что. Максим Грачев боялся потерять её.