Триумф душ
Шрифт:
Эхомба попытался пожать плечами, и по его телу пробежала легкая рябь.
— Ты прав, друг Симна. На самом деле нет никаких сокровищ. Это только уловка, с помощью которой я пытался заставить тебя мне помогать. Мне будет стыдно перед старейшинами нашей деревни. — Лишенная костей рука, трепеща, подползла к Симне. — Что ж, теперь уходи. Будь сам по себе, следуй своему предназначению. Я освобождаю тебя от всех обязательств.
— Не зли меня, братец! И не воображай, будто я не способен уйти! Вот прямо сейчас остановлю этот гроб на колесах и выйду. А за тобой пусть
— Ну, тогда давай. Останови повозку, Симна, и уходи, пока есть время. — Эхомба не сердился и не повышал голоса. — Забудь о сокровищах. Их не существует. Ты их вообразил, чтобы оправдать участие в нашем походе. Теперь ты свободен от иллюзий и знаешь правду! Возвращайся на побережье. Я не стану думать о тебе плохо, если ты это сделаешь. Только глупец, как ты правильно выразился, рискует жизнью ради выдумки.
— Верно! Клянусь Гуоржохой, ты совершенно прав!
Симна потянул рычаг и свернул парус. Повозка медленно остановилась.
Алита поднял голову и сонно глянул на него.
— Что на сей раз?
У Хункапы уже был наготове ответ.
— Большая река. — Он обезоруживающе поглядел сначала на Эхомбу, потом на Симну. — Большой спор.
— Вот именно! — кивнул Симна и, закрепив рычаг, решительно принялся собирать свои вещи. Он взял также часть припасов и объявил: — Я ухожу!
Громадный кот, казалось, не проявлял интереса к происходящему. Как всегда, он считал, что поспать куда полезнее для здоровья и сон более содержательное занятие, чем скандалы, устраиваемые людишками. И все-таки он спросил:
— Почему?
Эхомба попытался объяснить ему:
— Видишь ли, Симна минуту назад узнал, что сокровищ, за которыми он стремился, не существует. Поэтому он больше не хочет попусту тратить время.
— Вот именно! — Симна мял в руках одежду. — Только дурак будет рисковать своей жизнью ни за что ни про что.
Он затянул заплечный мешок и взялся рукой за борт. Потом посмотрел на Эхомбу, который, перевесившись через колени Хункапы, в свою очередь внимательно смотрел на него.
— Ну? — спросил пастух.
— Что «ну»?
Если не считать необычной внешности, перед Симной был прежний невозмутимый и доброжелательный Эхомба.
— Я желаю тебе безопасного возвращения на побережье. Один человек, осторожно пробирающийся по этим горам, вряд ли привлечет внимание Братства скелетов. Возможно, мы еще когда-нибудь встретимся.
— Только если мне здорово не повезет. — Симна встал и уже совсем было собрался спрыгнуть на землю, но тут его осенило. — Эй! Ты, колдун, думаешь, что очень умный?
— Умный? — Эхомба помолчал. — Пожалуй. По крайней мере мой отец и мать полагали, что я не дурак. Среди своих ровесников я считался знающим пастухом.
Симна оскалился.
— Волшебник ты или нет, но вряд ли наступит такой день, когда тебе удастся одурачить Симну ибн Синда.
— Я тебя не понимаю, друг, — искренне признался пастух.
Симна развязал мешок и принялся выкладывать вещи
— Ты действительно хитрый парень, Этиоль Эхомба. Ты чуть меня не надул! — Он погрозил Этиолю пальцем. — Говоришь просто, но знаешь, как обдурить человека. Я и впрямь поверил, что никаких сокровищ там нет! Ты ловко заставил меня думать, что это я сам догадался. Но ты рано обрадовался! Я немного повременю, братец, я не похож на других простаков. Если я ухватил кусок, у меня его уже не отнимешь. Тебе не удастся так легко лишить меня моей доли. — Он снова уселся за рычаг, развернул парус, чтобы поймать ветер, и добавил: — Тебе не удастся меня обдурить, как бы ты ни старался. Симна ибн Синд никогда добровольно не откажется от своей доли сокровищ!
Эхомба вздохнул: его лишенная ребер грудь чуть вздулась и тут же опала.
— Ты самый упрямый человек, друг Симна, которого я знаю. Если ты что-то вбил себе в голову, то это уже навсегда.
— Вот и не забывай об этом, наставник телят.
Симна взялся за рычаг.
— Подожди! — Эхомба, насколько это было возможно, попытался приподняться с колен Хункапы.
— Что еще? — Симна усмехнулся. — Решил испробовать на мне очередную колдовскую штучку, чтобы лишить уверенности в себе? Не выйдет!
— Совсем нет. Кто-то к нам приближается.
Трепещущая рука с трудом указала в ту сторону, откуда они ехали.
Симна нахмурился, неохотно обернулся и принялся вглядываться в лес.
— Ничего не вижу. Если ты хочешь заставить меня выйти из повозки перед тем, как мы пересечем реку, то напрасно теряешь время. Нравится это тебе или нет, я остаюсь с вами. Мы все вместе отправляемся в Эль-Ларимар.
— Взгляни чуть севернее от дороги. Одинокий всадник. Старый приятель.
— Что значит «старый приятель»? — встревожился Симна. — У нас тут никаких приятелей нет. Мы не…
Он замер на полуслове, различив одинокого всадника, приближавшегося к ним. Эхомба оказался прав — это действительно был «старый приятель».
Скелет пастуха!
Трясясь на позвоночнике лошадиного скелета-привидения, он припал к шейным позвонкам скакуна, крепко сцепив подними руки.
— Но как?.. — Симна запнулся и бросил страдальческий взгляд на друга.
Лицо Этиоля, утонувшее в складках его бескостного тела, расплылось в добродушной улыбке.
— Если лишить кости всего остального, они будут страдать в одиночестве, — объяснил он.
— Ты знал, что он вернется к тебе! — Симна оправился от потрясения и вновь обрел свою обычную самоуверенность.
— Я знал, что он должен сделать такую попытку. И надеялся, что ему повезет. Я доверяю всему, что во мне, дружище. — Улыбка Эхомбы стала еще шире. — Сворачивай парус. Он скоро догонит нас.
— Не так уж и скоро, — заявил Хункапа. Выпрямившись, он приподнял тело Эхомбы и, глядя в сторону приближавшегося скелета, добавил: — Еще кости.
Симна вскочил на ноги и пригляделся. Среди деревьев ясно вырисовывались воины Братства — и пешие, и всадники. Они жутким шепотом завывали и улюлюкали и яростно размахивали оружием.