Шрифт:
Глава 1
Управление «Л»
Некоторые события, описанные в книге, выдуманы.
Названия ряда населенных пунктов, учреждений и организаций намеренно изменены.
Изменены также многие фамилии, встречающиеся в тексте.
Утром 2 сентября мы с «близнецами» натощак выпили кофе и поехали на смотрины в Плотину. Мы – это я, оперуполномоченный управления Андрей Горбенко, и наши же опера Виталий Белов и Витя Семенов,
Если кто подзабыл, я освежу ваш фольклорный багаж: раньше, в незапамятные времена, в числе прочих русских традиций было такое замечательное мероприятие, когда родовичи собирались в кучу и всей толпой шли смотреть на невесту. И вовсе не любопытства ради, а пользы дела для: ежели вдруг девица окажется хромой, горбатой, да к тому же еще ненароком страдает кликушеством – не брали. И правильно: кому надо такое добро?
«Невесту» нам сосватал один добрый камрад в благодарность за «клинические» процедуры. А мы непривередливые, возьмем с любыми огрехами. В нашей ситуации особо выбирать не приходится…
Плотина – небольшой поселок в двенадцати километрах от Черного Яра. До недавнего времени градообразующим предприятием здесь была собственно плотина, которая является стратегическим объектом. Если враг будет наступать, плотину рванут, и весь Черный Яр с его жуткими секретами в мгновение ока окажется под водой. При этом область останется без воды, поскольку водохранилище перестанет существовать, но эта мелочь мало кого волнует: главное, чтобы врагу не достались секреты. Пойдите потом, поныряйте за ними на тридцатиметровую глубину, супостаты звездно-полосатые!
Некоторое время назад какой-то умник придумал построить в Плотине стандартный филиал торгового комплекса «Мега». А еще большим умником был тот, кто дал разрешение на строительство оного филиала в такой опасной близости от стратегического объекта. Теперь весь Черный Яр регулярно ездит сюда отовариваться, а батальон охраны перманентно пребывает в режиме усиления и потеет от страха. Потому что все черноярские торгаши люто ненавидят «Мегу» и мечтают ее взорвать. Или как минимум по старой доброй русской традиции пустить «красного петуха».
Для нас же эта самая Плотина примечательна тем, что именно здесь в свое время ныне покойный товарищ Исаев показательно рассчитал питерских «экстазистов». Занятно, правда? Нет, я не утверждаю, что это напрямую связано с нашей ситуацией, но… Согласитесь – очень уж многозначительное совпадение.
Машину поставили на парковку, сами прошли в торговый комплекс, поднялись на третий этаж, почти полностью посвященный чревоугодию, взяли в одном из трех десятков кафе еду и присели за столик поближе к центральному входу. Бегать по комплексу на предмет рекогносцировки нам не надо: вчера вечером приезжали, неспешно все осмотрели и даже план составили, на случай непредвиденных изменений обстановки.
Жующей публики было немного: день только начался, большинство из тех, кто собрался сегодня избавиться от лишних денег, еще не проснулись. Обшарив взглядом огромный зал, я не обнаружил нашего информера и решил на скорую руку развлечься экспресс-анализом.
Из присутствующей массовки бегло отфильтровал всю «некондицию» (кондиция – половозрелая особь мужеска полу до тридцати лет)
– Согласен, – поддержал Виталий, отметив направление моего взгляда. – Пухлый прыщ с девахой – самое то.
– Аргументы? – лениво подключился Витя.
– Ведут себя так, будто чего-то сперли. Или планируют какую-то гадость.
– Нет, это вряд ли, – возразил Витя и, едва заметно кивнув в противоположную сторону, вынес вердикт: – Вон туда гляньте. К гадалке не ходи – кто-то из этих студентов. А может, все сразу. За километр же видно – полжизни на «колесах».
– А я думаю – вон тот парнишка, – сказал я.
– Почему? – заинтересовался Витя. – Чем он тебе не понравился?
– Да нет, ничем таким особенным. Ну просто – интуиция.
– Нет, ну почему, объясни?
– Потому что он начальник, а мы – дурак, – хмыкнул Виталий. – И ему виднее…
Претендентов было пятеро, и все они имели примерно равные шансы на победу в моем необъявленном конкурсе под лозунгом «Привет, курьер, – веди к барыге!».
Через три столика от нас нервно поедала мороженое молодая пара: чрезвычайно прыщавый рыхлый толстячок, внешне похожий на Гайдара (но не того, что на коне и с шашкой, а более позднего, который много ел и мало двигался), и готического вида девица с густо напудренным личиком. Девица смотрела на толстяка взглядом голодной кобры и эпизодически бросала реплики. При этом ее губы, напомаженные радикально фиолетово, вели себя как брошенные на раскаленную сковороду пиявки. На миг мне даже показалось, что слышу шипение и ощущаю аромат горелого мяса.
Толстяк молча лопал мороженое, посматривал на часы и все время возвращался взглядом к центральному входу. За минуту он дважды промокнул платком лоб. Между тем в зале было довольно прохладно, да и мороженое – отнюдь не то блюдо, что может вызвать обильную испарину.
Через два столика от толстяка с девицей и чуть левее от нас заседала троица вполне студенческого обличья. Одеты недорого и безвкусно, стрижены абы как, пьют дрянное пиво с такими же чипсами, но перед каждым на столе, как непременный атрибут принадлежности к ожиревшей умирающей цивилизации, – «навороченный» мобильник. Все трое явно чем-то озабочены, регулярно озираются (можно даже сказать – с каким-то нездоровым подтекстом озираются) и бросают полные вожделения взгляды на центральный вход. Кто из них основной? Выделить кого-то довольно проблематично: какие-то они одинаковые, словно в одном инкубаторе сделаны.
Пятый претендент – одинокий парнишка едва за двадцать. Сидит далеко от нас, ведет себя прилично: спокойно завтракает, неторопливо листает какой-то разноцветный журнальчик из местной бесплатной рекламы, резких движений не делает.
Почему обратил на него внимание? Да так – показалось мне, когда зашли, что глянул он на нас как-то по-особому. Этак оценивающе, опытным взглядом, нетипичным для такого салаги. Других претензий нет.
В общем, в плане выбора злыдня дня я так и не определился. Да, было одно конкретное уточнение: «крепкий» – но наш информер весит сорок пять, может при случае спрятаться за швабру и для него любой человек нормального веса выглядит вполне крепким.