Трое в Долине
Шрифт:
Олег после паузы сказал все еще нетвердым голосом:
— Давай выбираться отсюда.
Мрак молчал, смотрел на воду. Таргитай ухватил Олега за руку:
— Ну хоть Змея, хоть что-нибудь!
Олег осмотрелся:
— Туда!.. Мне бы только сухое место, чтобы не тревожили. А там, Мрак прав, будь, что будет.
Мокрые, как бобры, они брели к берегу, загребая воду сапогами, за ними тянулись облака желтого ила. Таргитай завернул руку за спину, щупал мешок, тяжелый гусь оттягивал, да еще набралось воды, что сейчас вытекала
— А куда? — спросил он с надеждой. — Нам бы к людям... Отдохнуть, набраться сил. Когда я нееденный... ненаеденный, то-исть, я совсем слабый! Может быть, вас этот мокрый и уговорил отдать власть упырям, но мне почему-то не хочется. Даже если он такой же мудрый, как три Олега.
Мрак брел хмурый, собирал складки на лбу, наконец проворчал:
— Мне вообще плевать, что я не стану мудрецом. Я никогда не хотел стать умным... даже человеком! А если захочу, то стоит посмотреть на Олега, чтобы заречься навеки.
Олег спросил ядовито:
— Так что ж тебе не нравится?
Мрак прорычал:
— А то, что я не хочу, чтобы мне указывали, кем быть!.. Да, я — охотник. Но потому, что сам хочу быть охотником, а не потому, что какая-то толстая жаба, великий волхв Боромир или сопливый Олег мне это указывают. И если вдруг восхочу стать, скажем, волхвом, чтобы мне не указывали, что я дурнее Таргитая!
Олег не удержался:
— Да-да, почему, в самом деле, не стать волхвом?
Мрак метнул неприязненный взгляд:
— Я же сказал, любому перехочется, стоит тебя, зануду, увидеть. Я только сказал, что не хочу, чтобы не давали стать волхвом, а не то, что я им хочу стать!
Олег уже не отвечал, стоял, упершись лбом в чахлую березу, корявую на болотной воде, губы двигались, глаза закрыл. Таргитай раскрыл рот, кулак Мрака ткнулся под нос, и певец застыл. Волхв шептал все быстрее, пальцы двигались, даже Таргитай ощутил, что сейчас толкни волхва под локоть или спроси, почему рыжий, и вместо Змея к ним рухнет скала, или земля разверзнется, это у Олега получается как бы само, стоит только хоть что-то перепутать.
Вершинка березки зашумела, веером полетели чахлые листочки, полные болотной воды. Ветки затряслись, Таргитай ощутил, как внезапный ветер треплет его мокрые волосы. Сразу стало холодно. Сильная рука Мрака ухватила за ворот.
— Держись ближе!
— А что?
— Молчи, дурак! Олега собьешь.
Олег, бледный и сосредоточенный, с невидящими глазами, сделал шаг в их сторону. Мрак ухватил его другой рукой, ветерок стал сильнее. Теперь было видно, что ходит по кругу, а круг все сужается, они в середине. В воздух взлетели комья сырого мха, стебли травы, мокрые листья. Таргитай начал отплевываться, мокрой травой залепило уши, начал дергаться и вытаскивать из ушей траву. Мрак рыкнул, вихрь уже рвал одежду и сбивал с ног.
Сильный порыв качнул и сбил с ног. Но не упали, ветер подхватил, поднял в воздух, стенки
Сквозь рев ветра донесся непонимающий вопль:
— Олег! А как же Змей?.. Это никакой не Змей!
Зеленая земля приближалась с большой скоростью. В ноги больно ударило, все трое покатились по земле. Таргитай вломился в колючий кустарник, завопил. Мрак вскочил на ноги, секира в руке, глаза злые, как у волка:
— Черт, когда же ты научишься...
Он осекся. Они были на берегу широкой реки. Волны катили всего в трех шагах, а на том берегу под низкими тучами тускло блестели крыши добротных домов, были даже двухповерховые, сараи из толстых бревен, вместительные, в сторонке на лугу паслось стадо коров, а вдоль берега плыли толстые гуси. Вокруг села тянулась настоящая стена из вбитых в землю стволов деревьев, концы заострены, так что огороженное село уже не село, а город.
— Мог бы и сразу на ту сторону, — проворчал он. — Не в самую середку, нам переполох на базаре ни к чему, но все-таки...
Олег огрызнулся:
— Я и так не думал, что попаду так точно! Мог бы на дно реки, скажем...
Мрак содрогнулся:
— Нет уж, пусть так... Тарх, что ты там ищешь?
Таргитай выбрался, исцарапанный и перепачканный зеленью, подбородок и обе ладони в яичном желтке, к локтю прилипла раздавленная скорлупа.
— Опять жрет, — сказал Мрак с отвращением. — Уже и птичьи яйца отыскал.
— Это я отыскал?
— Ну да, — сказал Мрак саркастически. — Скажи еще, что нечаянно!
Олег молча пробежался вдоль берега, заприметил под ветвями раскидистой ивы, что опускались прямо к воде, спрятанную лодку. Пока отвязывал, Таргитай быстренько залез поближе к носу, устроился поуютнее, опустив испачканные ладони в воду.
Мрак сел за весла, сделал осторожный гребок, весла затрещали, но выдержали. Олег снял с мели, мощно толкнул и, когда она пошла уже по воде, взапрыгнул и устроился на корме.
Уперев одно весло в воду, Мрак умело развернул лодку, хотя до того никогда не греб, начал грести, но лодка двигалась медленно, ибо весла то зарывались в воду глубоко, то проскальзывали над верхушками волн, и Мрак едва не валился со скамьи.
Пока он с трудом догреб до середины реки, Таргитай задремал, убаюканный мерным журчанием воды, плеском волн о борт. Рожа перекосилась, начал похрапывать, улыбаться блаженно, даже зачмокал, будто собирал свиней к корыту.
Мрак греб-греб, Таргитай уже едва не хрюкал, разозленный Мрак наконец вытащил весло из уключины, с размаха шарахнул Таргитая по уху. Тот мешком свалился на дно. Дико заорал спросонья, поднял голову, явно в ней грохот и звон подков, а в глазах блещет все звездное небо.