Тропа предела
Шрифт:
— Я Гвэл, королевский Чародей Готреда, а это мои гости и спутники. Мы ищем…
Престарелый маг покривился, как от зубной боли.
— Да знаю я, знаю! Я действительно не видел этого вашего… вьюноша. Он битый час играл у меня на нервах, пытаясь войти в дом, — то через дверь, то через окна — все хотел выяснить, где здесь совершают великое, — маг фыркнул.
— Ну и?.. — спросил я, подходя ближе.
— Ну я и отправил его совершать великое, — он пожал плечами и вдруг застыл, как изваяние, уткнувшись взглядом в мою фигуру.
—
— Простите, где?
— Да в сумке, где же еще!
«А что, собственно, у меня в сумке?» — подумал я. И тут же вспомнил: Алая Книга Готреда! Мгновение поколебавшись, я опустил сумку на пол и достал Книгу.
— Батюшки мои! — завопил старичок, с неожиданной резвостью выкарабкиваясь из объятий своего кресла. — Да это ж моя записная книжка! Я потерял ее вот уже пару тысячелетий тому назад!
ГЛАВА 5
Я сразу поверил этому полусумасшедшему магу, и сразу понял, кто он такой.
Это был Ллир, один из величайших Чародеев в истории Готреда, во времена незапамятной древности построивший магическую стену вокруг королевства и, как говорит легенда, исчезнувший неожиданно, оставив после себя Алую Книгу…
— Ох, батюшки, — вопил Ллир, — дорогой вы мой… как вас там… Гвэл! Я так рад, что вы ее нашли! Давайте же ее скорее!
— Простите меня, господин мой Ллир, — сказал я. — Но нет никакой возможности передать вам эту книгу.
— Как это? Она же моя…
— Увы, на данный момент она является собственностью королей Готреда, — я немного лукавил, понимая, что, пожелай он взять Книгу силой, вряд ли у меня найдется, что ему противопоставить. Но у меня уже родились некие соображения.
— Каких королей? Эго моя книжка!
— Еще раз прошу прощения. Мы должны сначала обсудить этот вопрос с Его Величеством, собрать совет лордов — ведь Книга представляет собой достояние всего готредского народа…
Ллир поморщился:
— Ой, не надо только королей и советов… Откуда вы говорите, вы появились?
— Из Готреда, господин Ллир, — подсказал я.
— Готред, Готред… — он с силой потер переносицу, пытаясь сосредоточиться. — Готред… Это что-то такое маленькое, с королем и… Вспомнил! С королем и с магической оградой!
Он бросился вдруг к огромному комоду и принялся вытаскивать тяжелые доверху забитые ящики и опорожнять их прямо на пол. Платочки и шарфы, носки и варежки, сотни других вязаных, домашнего производства и неизвестного назначения, вещей грудами ложились подле комода. А пожилой маг, едва переворошив содержимое одной полки, немедленно выдвигал другую и с неиссякающим трудолюбием опрокидывал и ее.
— Я вспомнил! — скрежетал он себе под нос — Я вязал для того короля одну забавную вещицу… Да где же она… А! Совсем не здесь!
Он выбрался из этой рукотворной лавины вязаных вещей и обратил ко мне довольное лицо.
— Знаете
— И вы… — я внутренне похолодел, ибо понял уже, какой заказ древних готредских королей имеет в виду Ллир.
— Нет-нет, что вы! — замахал руками Чародей. — У меня в то время крыша потекла, стало не до магии. Я только начал ту штуковину распутать и забросил. Она, верно, и сейчас где-то валяется.
Он решительно отодвинул от окна свое кресло и запустил в образовавшийся промежуток руку; некое время пытался там что-то нащупать, и вдруг поднялся на ноги с удовлетворенным выражением лица и какой-то пыльной вязаной штукой в руке. Вернее, в руке у него был только кончик нити, а все остальное висело, раскачиваясь, на этой нити, словно — прошу прощения — мышка, которую держат за хвост.
И все же я сумел разглядеть то, что висело. Это была тончайшей работы кружевная полоса ручной вязки, причем концы ее были соединены таким образом, что вся полоса имела только одну поверхность, — за пределами Готреда это называется «лист Мёбиуса», если не ошибаюсь. Там, где из этой «штучки» исходила нить, зажатая в руке у Ллира, ткань замысловатого плетения была нарушена — очевидно, именно отсюда начинал распускать «штучку» стареющий маг.
Сомнений не оставалось. То, что сейчас держал в своих руках Чародей Ллир, было магической оградой Готреда.
— Вот, — сказал Ллир, подергав эту «мышку» за хвостик, — я думаю, вы, уважаемый, согласитесь обменять эту штуковину на мою записную книжку.
— С удовольствием, — согласился я. — Но…
И тут изделие великого мага, потревоженное, видимо, подергиваниями за «хвостик», начало распускаться само: свободный конец нити по- прежнему оставался в руках у старика, в то время как все остальное под собственным весом стало опускаться вниз, понемногу расплетаясь.
Старик с интересом наблюдал, как это происходит, и даже приподнял свое творение за «хвост», чтобы было лучше видно; я же представил себе, как рушится сейчас магическая ограда моей родины, и сотни автоматизированных пивоварен переходят границу…
Не выдержав, я вскрикнул и бросился к Ллиру, вытянув вперед руки, чтобы подхватить его расплетающееся творение. А Ллир, точно так же вскрикнув, бросился ко мне — ловить выпавшую из моих рук Алую Книгу…
Вероятно, то была сцена, не слишком достойная двух немолодых могущественных Чародеев, но я-таки стараюсь записывать здесь все именно так, как было. А было так: мы с Ллиром в конце концов уселись на полу друг против друга, сжимая в руках каждый свое сокровище и сияя довольными улыбками.