Тропы
Шрифт:
– Мне кажется или лучше нам отсюда уйти?
– Почему? – насторожился парень.
– Этот Грай – он кто? Не один из людей твоего властолюбивого старшего брата?
– С чего ты взяла, Фрэйа? – удивился Маир.
– С того, что он с Лара глаз не сводит, как будто выбирает подходящее время, чтобы…
Я не успела закончить – Грай снова оказался поблизости.
– Куда вы поедете после ярмарки? – спросил он.
– Еще не решили, – отозвался Маир. – Сейчас вернемся в гостиницу, отдохнем, поедим. На сытый желудок легче думается.
– Ага, понятно, – странно ответил
– До скорого! – ответил Маир, а Лар только угрюмо кивнул.
– Пока, – сказала я Граю, и он быстро скрылся в толпе. – Что здесь творится?
– Отойдем в сторону, – сказал Маир.
Веселые крики собравшихся сюда не долетали. Мы остановились в тени здания, и я повторила свой вопрос. Я была готова к тому, что они ничего мне не расскажут, но вдруг смогу хоть чем-то помочь, кто знает?
– Фрэйа, прости, я не могу… Не потому, что не доверяю тебе, просто это слишком личное. Имеем ли мы право?.. – сказал Маир. Лар молчал. – Такая каша заварилась, что лучше бы мы вовсе ходили голодными, а не пробовали её расхлебывать. – И он длинно вздохнул, глядя на меня добрыми темными глазами.
– Маир, а что, если я первая скажу тебе правду? – решилась я.
– Правду? – переспросил он. – О чём это ты?
– О себе.
Он поглядел на меня, видимо, не совсем понимая, к чему я клоню.
– Я кажусь всем странной не потому, что якобы приехала с другого края земли. Я пришла из другого мира, Маир, и не принадлежу вашей реальности.
Лар наконец поднял глаза, нахмурился, а Маир недоумённо свёл брови. Я еще не чувствовала на себе такого взгляда. Кажется, он решал, не сошла ли я с ума.
– Нет, я не безумная, – сказала я поспешно. – И докажу вам это. Где мой рюкзак?
Они пошли за мной к лошади – я не решилась оставить вещи в гостинице, а к Грозному в здравом уме не сунулся бы ни один вор. Запустила руку в потайной кармашек и достала большую фотографию. Ту самую. Если не она есть доказательство моей правды, тогда что? Я молча протянула фото братьям. Они одновременно склонились над ним, и смотрели долго, очень долго. Вот Маир провел пальцем по бумаге, видимо, выискивая следы краски, но не нашел, и снова уставился на фото.
– Фрэйа, что это? – наконец тихо спросил он.
– Это я и мои друзья вместе с Бури, так его зовут. Это фотография… Как бы запечатленный момент реальности. Она не нарисована, она… Как же сказать-то!.. Ребят, это не важно. Я не лгу вам… Честное слово, всё правда: мое обучение у Айвора, то, что я жила в усадьбе, и эти люди реально существуют… Вот только не здесь, а под другим, далеким Солнцем, на планете, которую мы зовем Землей.
Братья ничего не ответили и только смотрели на меня как на чужую. Я не выдержала и взяла фото обратно. Меня жгло от обиды. Но с какой стати им было мне доверять? Я отвернулась и принялась запихивать фотографию обратно. Пальцы не сгибались. Грозный косился на меня через плечо. Я решила, что уеду прямо сейчас – в лес, к реке, хоть куда-нибудь из города. Ни Маир, ни Лар не остановили меня, или просто не успели. Серый с места ушел в галоп и понесся прочь.
Глава 3.
Я сидела неподалёку от водяной мельницы, нарочно жестко расчесывая волосы. Размеренный шум заглушал во мне боль. Я была огорчена, что не смогла как следует объяснить ребятам правду. А пыталась ли? Или снова засуетилась, поспешила, не связала воедино мысли и слова? Ещё больше меня печалило то, как братья переменились после моего рассказа. Но больше всего меня беспокоила тайна, терзавшая их. И Грай, который определённо что-то скрывал.
< image l:href="#"/>Я прислонилась к боку серого, послушно лежавшего на травке, и решила вздремнуть. Вдруг после сна в голову придёт разумная, чёткая мысль, и избавит меня от лёгкой головной боли, вызванной внутренним напряжением?
Меня разбудил свет, загоревшийся в маленьком домике напротив мельницы. Оттуда доносились приглушенные голоса, и мне стало любопытно, кто в такой час туда пришел. Я поднялась, велев коню ждать на берегу, и тихо подкралась к домику. В его дощатых тонких стенах было достаточно щелей, чтобы туда мог поместиться мой любопытный нос.
– Они не хотят подчиняться. Им нужна свобода, – произнес знакомый голос. Это был Грай.
– Ты до сих пор бездействуешь? Алису Арнэ мы склонили на свою сторону, значит, и ее сыновей согнем.
– Они еще мальчишки, может, не стоит их впутывать в это? – произнес Грай задумчиво. – Пусть себе путешествуют. Никаких доказательств они все равно не отыщут.
Тот, второй, которого я не видела, злобно рассмеялся.
– Не отыщут, конечно. Им ни сил, ни связей не хватит. Но де Флавий сказал сделать, значит, сделаем. Не пеняй на возраст, эти юнцы прекрасно знают, чего хотят добиться. Если нужно – мы будем действовать решительно. Или ты струсил?
– Я не струсил, – ответил Грай медленно. – Просто не хочу, чтобы их постигла судьба отца.
– Этот идиот до последнего не хотел подвинуться с земли, все болтал о достоинстве и чести… Родовая земля! Тоже мне, помещик нашелся! Если он пошел против де Флавиев, то должен был понимать, чем это для него и его семьи закончится.
– Думаю, он понимал, и не тебе судить его. Ты лишь нахлебник Антуана.
– Придержи язык, южанин! Ты ведь и сам уехал из дому в поисках денег и славы!
– Я никогда не искал славы, – ответил Грай, – а то, что я нанимаюсь к тем, кто лучше платит – мое личное дело. И если ты еще раз повысишь на меня голос, клянусь предками, я завяжу узлом твой поганый рот!
– Ладно уж, – пробурчал в ответ тот. – Что ты намерен предпринять?
– Я поговорю с ними. Надеюсь, они меня выслушают.
– Де Флавию нужен результат.
– Он будет, – спокойно ответил мужчина.
Второй, оказавшийся низким толстым мужиком с выпирающими нижними зубами, повернулся было к двери.
– И, кстати, он хочет взглянуть на ту девушку.
– В этом я ему не помощник. Если хочет – пусть сам за ней приезжает.
– Это не звучало как просьба, Грай.
– Передай де Флавию, что я не стану помогать ему похищать беззащитных одиноких женщин. Пусть утоляет жажду без моей помощи.