Троя
Шрифт:
Откуда взялась темнота? Только что у Золотых Ворот сиял белый день. Значит, Харман попал… куда-то еще. Прежде всего в дремучие джунгли, да еще и на неосвещенную сторону планеты. Вокруг стоял запах тления, соков и жирной земли. Душный, влажный воздух лип к телу, точно сырое одеяло. Рубашка мужчины мгновенно вымокла и пристала к коже. Непроглядная ночь звенела голосами бесчисленных насекомых, шелестела в папоротниках, листьях пальм, лианах и прочих зарослях, где жили своей жизнью большие и крохотные создания. Пока глаза свыкались с мраком, а сжатые кулаки готовились повстречать лицо полупрозрачного существа, едва лишь оно окажется в пределах
Прошла минута. Внезапно перед Харманом возникла бледная бесполая фигура, похожая на призрак, парящий примерно в десяти футах над землей.
— Отнеси меня назад! — рявкнул мужчина.
— Куда же, позволь спросить?
— К мосту. Или в Ардис. Но только быстрее!
— Не могу, — промолвил издевательский голос, от которого можно было запросто озвереть.
— Сможешь, — процедил Харман сквозь зубы. — И поспеши. Не знаю, как тебе удался этот фокус, но лучше исправься, пока не поздно.
— И какие же кары грозят мне, если не повинуюсь? — с легкой усмешкой спросила аватара, светясь в темноте джунглей.
— Я тебя убью, — просто сказал супруг Ады.
И тут же понял, что говорит серьезно. Он был готов наброситься на зеленоватое привидение, удавить его, смачно плюнуть на труп… «И остаться неведомо где в одиночестве», — предупредил голос разума. Но Харман лишь отмахнулся.
— О горе! — воскликнул (или воскликнула) Ариэль, изображая испуг. — Теперь меня защиплет он до смерти!
Тогда мужчина прянул, выбросив руки перед собой. Малорослое, не выше четырех футов, создание остановило его на лету и отшвырнуло на тридцать футов сквозь листву и путаницу лиан.
После падения Харман минуты две не мог отдышаться, потом еще минуту поднимался на колени. Поступи с ним Ариэль вот так же в любом другом месте — скажем, у Золотых Ворот Мачу-Пикчу, где они только что были, — супруг Ады наверняка сломал бы себе спину. Наконец мужчина встал на мягкий гумус, вгляделся в обступившую тьму и ринулся, разрывая густые растения и лианы, на маленькую поляну, где ожидал его призрак.
— Смотри-ка, — радостным и невозмутимым тоном произнесла аватара. — Мы уже не одни.
Здесь, на поляне, куда просачивались звездные лучи, Харман видел гораздо лучше — и то, что предстало его глазам, заставило мужчину остолбенеть.
Вокруг, под сенью деревьев, в гуще папоротников он насчитал пять или шесть десятков довольно странных двуногих созданий, не схожих ни с людьми, ни с войниксами, ни с калибано. За все девяносто девять лет и девять месяцев жизни мужу Ады не доводилось встречать ничего подобного. Невысокие и с прозрачной кожей, как Ариэль, с органами, плавающими в малахитовой жидкости, твари напоминали очень грубые рисунки с человека. Но если у воплощенной биосферы были губы, щеки, нос и глаза молодого мужчины или женщины, да и черты парящего в звездном сиянии тела наводили на соответствующие мысли, то эти мелкие зеленые существа не имели даже ртов, а вместо нормальных глаз на Хармана пристально, не мигая смотрели черные точки вроде крохотных угольков. Кроме того, странными были и трехпалые конечности, и бескостные с виду формы…
— Полагаю, ты еще не знаком с моими верными служителями, — негромко произнес, а может, произнесла Ариэль, мягким женственным жестом указывая на странных тварей, столпившихся
Харман продолжал изумленно глазеть на зеленоватых существ. Они отвечали молчаливыми немигающими взорами.
— Взять его, — шепнул (или шепнула) Ариэль.
Четверо зеков вышли вперед (мужчина никак не ожидал столь изящных движений от этих пряничных человечков), и не успел супруг Ады подумать о бегстве или сопротивлении, как его схватили цепкие трехпалые руки. Один из новых знакомцев придвинулся вплотную, а его собрат неожиданно стиснул запястье Хармана (точно так же, как аватара биосферы сжала запястье Ханны считанные минуты назад) и протолкнул его ладонь через податливую бутылочного цвета кожу на груди подошедшего зека. Мягкий, напоминающий сердце орган послушно, словно ручной зверек, лег прямо в руку человека. В голове зазвучало эхо неизреченных слов:
— Как вы узнали про Аду? — вслух прокричал Харман.
Это было последнее слово, перетекшее через дрожащую ладонь в больную голову мужчины. Внезапно его рука оказалась снаружи — вместе с вырванным сердцем зека, которое быстро сморщилось и умерло. А существо повалилось на спину, без звука осело на землю джунглей, усохло и скончалось на глазах. Ни Ариэль, ни зеленые человечки не обратили внимания на смерть коммуникатора. Призрачная аватара отвернулась и ушла в темные джунгли по еле заметной тропке.
Зеки по-прежнему держали пленника за руки, но железную хватку ослабили. Впрочем, Харман и не пытался сопротивляться, покорно шагая вслед за другими сквозь влажный сумрак.
Мысли бежали куда быстрее ног. Мужчина то и дело спотыкался в темноте, хотя и старался не отставать. Временами, когда листва над головой сплетала непроницаемый полог, Харман вообще ничего не видел, даже собственных ног, поэтому целиком полагался на маленьких зеленых поводырей, точно слепой, и предавался размышлениям. Он уже понял, что если хочет увидеть когда-нибудь Аду и Ардис-холл, то в ближайшие часы должен вести себя во сто крат умнее, нежели в последние месяцы.