Троя
Шрифт:
– И вы не знаете, как его там найти?
Флиц снова пожала плечами и задумчиво посмотрела в окно.
– Вы знакомы с Намуром Клаттуком?
– Я знаю, кто это.
– Так вот: это послание вашего управляющего Альхорина никому иному, как именно Намуру. Вы можете связаться с господином Бардузом?
– Я могу позвонить на флиттер, но если он и господин Баньоли не там, то это бесполезно.
– Но все-таки попробовать было бы неплохо.
Флиц прошла к телефону, набрала номер и стала ждать. Ответа не было.
– Его нет
– Подождите еще минутку. Может быть, вы и сами сможете ответить на некоторые из наших вопросов.
– Чуть позже, не сейчас. И – может быть, – монотонно ответила девушка. С этими словами она прошла к дверям, обернулась через плечо, словно проверяя, что посетители все еще здесь и вовсе ей не приснились – и ушла.
Глауен недовольно проворчал что-то и подошел к окну. Чилк стал мерить шагами комнату, всю уставленную полками со всевозможными макетами достижений инженерной мысли. Скоро Глауену надоело смотреть в окно и он сел на диван.
– Ну, в целом все не так уж и плохо. По крайней мере мы вычислили Бардуза и знаем, зачем он на Розалии.
– Ты имеешь в виду эти строительные проекты? – уточнил Чилк, садясь рядом.
– Именно. Но в них вовлечен и Намур – каким-то образом и в какой-то мере. Флиц, может быть, и могла бы прояснить дело, если бы была в настроении. Но она предпочитает третировать нас как плебеев.
– Странно, что мы не возбудили в ней никакого любопытства, – протянул Чилк. – Но я думаю, это просто хорошая школа выдержки и самообладания.
– А я думаю, что это натура – равнодушная, отчасти злая и презирающая всю человеческую породу особа.
– Судя по ее фигуре и красоте, с гормонами у нее все в порядке – с чего бы ей злиться? Она настоящая женщина – с первого взгляда видно.
Глауен откинулся на диванные подушки.
– Для меня все это слишком сложно. И, насколько я понимаю, в тайну ее поведения нам лезть не следует.
Чилк, улыбаясь, покачал головой.
– Да нет там никакой тайны.
– Ну, так в таком случае поведай мне все, – вздохнул Глауен.
Поколебавшись некоторое время, Чилк все же решился.
– Взгляни на все это несколько иначе. Вот, например, если тебя попросят описать эту старую йю за окном, то твое первое утверждение будет таково: «это дерево». Точно также описывая Флиц, ты должен сказать: «Это женщина».
– Ну и что с того?
– Но это только начало. Я не стану говорить, что все женщины похожи друг на друга – это колоссальное заблуждение. Однако некие основные принципы их действительно неизменны.
– Ну, тут ты меня превзошел. Только причем здесь Флиц?
– Она кажется загадочной и непонятной только на первый взгляд. А почему? Да не потому ли, что на самом деле она застенчива, нежна и эмоционально незрела?
–
– У меня большой опыт общения с множественной вариантностью, – скромно ответил Чилк. – Чтобы иметь дело с женщинами надо держать ухо востро.
– Хм, – промямлил Глауен. – А можно еще немного поподробней?
– Разумеется. Только наберись, пожалуйста, терпения. Без этого нельзя. Вот ты сидишь сам по себе, притворяешься, что тебе все равно и смотришь на небеса или на птичку – а в это время ум твой сосредоточен на чем-то таинственном, чего другие, конечно же, не знают. Но они начинают тоже прохаживаться мимо, бросать взгляды, потом попытаются спросить совета или даже предложат купить чего-нибудь выпить. Вот и все. После этого можно считать, что лодка твоя уже в гавани и…
Вдруг появилась Неста с подносом сандвичей, чайником и чашками. Переложив все это на стол, она молча ушла, а в следующее мгновение в комнате появилась Флиц.
Молодая женщина равнодушно глянула на накрытый стол, подошла к окну и посмотрела на небо.
– Обслуживайте себя сами, – спокойно сказала она, внимательно разглядывая обоих молодых людей.
– Поскольку хозяйка вы, то без вас начать чаепитие невозможно, – ответил Чилк. – Несмотря на нашу работу, мы все-таки стараемся быть вежливыми. По возможности.
– Разливайте, разливайте. Нет ничего предосудительного в том, чтобы чай разливали сами гости.
Чилк послушно налил три чашки и протянул одну Флиц. Она отрицательно покачала головой.
– Зачем вы здесь?
Глауен несколько смешался.
– Это вопрос сложный.
– Но все-таки попытайтесь.
– Вы знаете о специфике Кадвола?
– В определенной мере – да.
– Кадвол теперь управляется новой Хартией, которая отчасти напоминает старую, но только гораздо более определенна и более четко указывает на правила Консервации. Партия ЖМС на Штроме отрицает новый закон. В нее входит и Симонетта Зигони, которая занимается всеми йипами. Смонни и Титус Зигони являются владельцами ранчо Тенистая Долина, что возможно, вам известно.
– Да. Известно.
– На Араминте все пребывают в тревоге, поскольку и ЖМС, и Смонни намерены переселить йипов на основную часть Деукаса и таким образом разрушить Консервацию. И людей, стремящихся к этому, к сожалению, больше, чем нас, а потому возможность их победы вполне вероятна. Мы же сражаемся теперь уже не только за Консервацию, но и за свои жизни. Мы находимся в самом невыгодном положении: во-первых, боевой запас наших патрульных судов на пределе, во-вторых, жэмээсовцы нуждаются в транспорте, чтобы перебросить йипов и почти уверены, что Бардуз обеспечит их таким транспортом. В-третьих, Смонни не согласится ни на какие уступки относительно заповедника. Словом, если вы не найдете это положение тяжелым, то я не знаю, как и что вам еще можно объяснить.