Троя
Шрифт:
– Куда вы нас везете? – помолчав, спросил йип.
– На Араминту.
– Где нас убьют?
Глауен рассмеялся.
– Ну, если только вы решите доказать, что действительно совершили великое преступление!
– Я сомневаюсь, что мы сможем это доказать, – серьезно ответил йип.
– В таком случае, я сомневаюсь, что вас убьют.
Отплыв от острова Турбен, корабль Смонни свернул на полной скорости на запад и к вечеру был уже в Йиптоне.
Она не теряла ни мгновения, слишком хорошо зная своего врага.
Смонни с трудом стянула с себя испачканную одежду, приняла ванну, приняла анальгетики и села перекусить устрицами и печенью угря в сладком соусе.
Тем временем из порта вышло большое рыболовецкое судно, которое никоим образом не могло возбудить подозрений ни своей командой, ни оснасткой.
Судно спокойно проплыло на юг и вышло из поля наблюдения мониторов, там палуба его открылась, после чего оттуда выкатился флиттер и ушел в небо. На полной скорости всю ночь он летел на юг, а когда Лорка и Песня снова показались на небе, излучая призрачный бледно-розовый предутренний свет, он прибыл на мыс Фарей, что находится на самой северной оконечности Трои.
Внизу расстилались горы и болота, пещеры и утесы, и скоро флиттер, летевший теперь совсем низко, добрался до обрыва скал, внизу которых отсвечивала зеленовато-серая вода. Это был фьорд Штрома.
Флиттер сел на скалы. Из него вышло пять йипов, каждый с рюкзаком за плечами. Согнувшись под весом нош, йипы бегом помчались к шахте, соединявшей терминалы, где быстро вытряхнули содержимое рюкзаков.
Груз грохнулся о дно, а йипы, как по команде развернулись и бросились бежать назад, к флиттеру. Из служебного здания выскочил человек и крикнул им вслед, приказывая остановиться. Но йипы не обратили на это никакого внимания.
Из глубины шахты послышались звуки пяти взрывов, прозвучавших, как один. Поверхность земли вздрогнула и распалась. Огромный столб камней медленно поднялся, словно в страшном сне, и так же медленно осел на восьмисотфутовое дно фьорда. И когда первые лучи рассвета коснулись скал, то стало ясно, что там, где стоял город Штрома с его рядами узких и высоких домов теперь есть лишь свежий большой шрам на поверхности скалы.
Штромы больше не было. Она ушла в небытие полностью, словно ее никогда и не существовало. Население, не успевшее переселиться на Станцию Араминта, оказалось погребенным под водами залива. Не выжил никто.
Человек, пытавшийся задержать йипов, долго, не веря своим глазам, смотрел вниз на место, где только что стоял его дом, с женой, тремя детьми и тысячелетней обстановкой. Дома не было. Ему показалось, что он сошел с ума. Человек посмотрел на север, где вместо флиттера уже виднелась лишь крошеная точка, вернулся в здание и схватил трубку телефона.
В десяти милях южнее в густом лесу на поляне стоял закамуфлированный ангар. Туда и прилетели после неудачных переговоров
К телефону подошел Бохост. Он выслушал бешеные речи незнакомца и передал содержание разговора остальным.
Поначалу все сочли это за бред сумасшедшего, галлюцинацией, фантазией, но все же залезли во флиттер и полетели к старинному городу. И когда увидели все сами, зрелище поразило их до немоты мертвой чистотой пространства.
– Мы бы тоже теперь были мертвы, если бы не остановились в ангаре! – прошептал Джулиан.
– Так она и рассчитывала, – тихо ответил Мавил. – Никогда еще мир не знал столь страшного деяния!
Они вернулись в ангар, и дрожащим голосом Клайти объявила, что надо собрать совет и…
– Больше никаких советов! – истерически закричал Кервин Моустик, директор бригады действия. – Мой дом, моя семья, мои маленькие дети, мои драгоценности – все исчезло в мгновение ока! Где наши крейсера! ? Поднимите их! Дайте им выпустить смертоносные снаряды прямо в глотку этому чудовищу!
И никто не осмелился с ним спорить. Два вооруженных крейсера взмыли в воздух и полетели на север. К полудню они были уже на атолле Лютвен. И первым знаком их появления стал выстрел, поразивший дворец Титуса Помпо, располагавшийся за гостиницей «Аркадия». Титус Помпо, бывший Зигони, умер мгновенно. Следующий выстрел уничтожил саму гостиницу и вызвал в воздух корабли противника. По всему небу заметались суда, снуя бессмысленно, но изрыгая потоки пламени и облака ядовитого черного дыма, который опускался и полз по долинам как сонмы ядовитых змей.
Из бамбуковых, тростниковых и пальмовых хижин доносились крики отчаяния и ужаса. Каналы забились лодками и баржами, стремившимися выбраться в чистое пространство океана. Некоторым это удалось, остальные задыхались от дыма, сгорали в огне, если не успевали выпрыгнуть и плыть своим ходом. В доках рыболовецкие суда переполнились кричащими людьми. На судах, где командовали умпы, еще был какой-то порядок; умпы без жалости выбрасывали лишних людей за борт и уходили. Языки пламени вздымались все выше, над атоллом зловещими кольцами вился дым. Тяжело нагруженные лодки медленно отплывали от атолла, ставшего прибежищем смерти. Остальные погибли или от пожаров или утонув в волнах, куда бросались в надежде быть подобранными плотами или судами.
Через три минуты плавал уже весь Йиптон, а непрекращающиеся ветры разносили пламя все больше и больше в разные стороны. Но скоро пища для огня закончилась, и он стал утихать сам собой, поначалу разделясь на сотни отдельных костров. Через час от города не осталось ничего, кроме черных дымящихся потоков, смывавших в море обгорелые трупы. Оба крейсера быстро вернулись обратно на Трою и вновь укрылись в хорошо закамуфлированном ангаре.
Патрульное судно Бюро Б, находящееся неподалеку от атолла, немедленно сообщило о происходящем по назначению, и тотчас был поднят в воздух весь имеющийся транспорт, включая «Рондайна», клайхакера и флеканпрауна. Задействовали даже две случайно оказавшиеся в ангарах туристские яхты.