Трущобы Империй
Шрифт:
Размышления прервал стук в дверь, очень требовательный, хозяйский.
— Алекс, — раздался старческий голос, — это Мэг. Со мной мистер Саймон Вудфорт, антрепренёр Бауэри.
Последнее прозвучало очень торжественно, такие люди в ночлежку не часто приходят. Выдохнув, попаданец прошипел Фреду:
— Улыбайся и молчи! Ничему не удивляйся!
Отворив дверь, он впустил грузного черноволосого мужчину под сорок, с вонючей сигарой во рту и сильной одышкой.
— Саймон Вудфорт, — важно представился тот и оттеснил Старую Мэг в обшарпанный коридор, где стояла пара крепких, прилично
Мужчина сделал паузу, ожидая, по-видимому, бурной реакции. Но Кузнецов кивнул вежливо-радушно, как равному.
— Алекс Смит, — представился он, — Фред Колон, мой друг. Прошу в наше скоромное жилище.
Отчётливый оксфордский акцент и манеры, явно отличающиеся от трущобных, слегка выбили посетителя из колеи. В голове у мистера Вудфорта явственно проскрипели какие-то колёсики, и тот отставил вальяжность, взяв деловой тон.
— Как ты уже понял, — по свойски начал антрепренёр, — я работу пришёл предлагать. Ставка — пять долларов в неделю, да пять за каждое выступление, если в главной роли.
Алексей поморщился едва уловимо — ровно настолько, чтобы потенциальный работодатель заметил.
— Десять долларов, — тут же поправился Вудфорт, — и контракт на три месяца.
Началась отчаянная торговля, очень вежливая и нарочито манерная со стороны Алекса, пытавшегося показать себя юношей из хорошей семьи, который зачем-то это скрывает. Увы, но настоящего джентельмена он не смог бы продемонстрировать — просто потому, что в этом времени имелись свои социальные маркеры, которые в определённых кругах всем известны. Но не попаданцу.
Вудфорт торговался нарочито простецки, но весёлые искорки в глазах показывали, что он тоже не из самой простой семьи. От торговли оба получили удовольствие, хотя Алекс скорее демонстрировал его… какое там удовольствие, это ШАНС!
— … и разумеется, работа будет предоставлена и моему другу Фреду Колону, — подытожил попаданец.
— Да неужели? — приподнял бровь Саймон.
— Мой друг не претендует на главные роли, но в театре всегда найдётся место для человека с актёрским дарованием, готового удовлетвориться маленькими ролями — слишком маленькими для настоящих актёров. Ну и разумеется, не отказывающегося помогать декораторам, костюмерам и рабочим сцены.
— Гм…, — Вудфорта явно взяло сомнение, он смерил Фреда пронизывающим взглядом, на что тот диковато улыбнулся.
— Если вас всё устраивает, — не давал Алекс передышки, — то мы подумаем над вашим предложением.
Вудворт захохотал и поднял руки.
— Сдаюсь! — сказал он, — сейчас я убедился, что ты и правда хороший актёр. Так торговаться! А насчёт подумаем не советую: из приличных театров у нас только Бауэри и Виндзорский, остальные вовсе уж… Виндзорский ты слегка унизил свои представлением. Взять-то тебя может и возьмут… но представь только, сколько гадостей тебя там может ждать?
Рассмеялся и Алекс, ничего не говоря.
— А насчёт денег… давай так: оклад тебе — пять долларов неделю, за спектакль — от одного до десяти…
Антрепренёр вытащил из-за пазухи свёрнутый лист с начерно набросанным договором, в котором прописаны права и обязанности
… — квартира в Седьмом округе, — добил Вудфорт Алекса. Район по соседству, но куда более приличный, аргумент весомый, — а вашему другу… два доллара в неделю, а там видно будет.
Антрепренёр ушёл, оставив парочку своих ребят помочь с переездом. Не то чтобы вещей много, скорее требовалось обозначить заботу о новоявленных актёрах.
— Сейчас, парни, соберёмся и с вами, — сказал Алекс плечистым молодцам, закрывая дверь. Только он это сделал, как тут же сел на пол, ноги не держали…
Дёрнувшийся было Фред быстро понял причину и не стал поднимать шум. Усталый донельзя, хуже чем после полной смены в кочегарке, попаданец переоделся в трофейный костюм. Пусть и не слишком чистый, но выглядел он куда более прилично, чем его потрёпанная одежда.
— Ну… с богом, — выдохнул Алексей, и натянув на себя легкомысленную улыбку любимца Судьбы и потомка Талиесина, открыл дверь.
Глава восьмая
— Хоромы, — восхищённо протянул Фред, зайдя в новую квартиру на втором этаже. Алекс поморщился скептически, хотя… после трущоб — да, хоромы. Но именно после трущоб, так-то крохотная квартирка из двух комнатушек и кладовки не впечатляла. Общая площадь… метров двадцать, не более. Причём что характерно, канализации и водопровода нет. Чугунная ванна зачем-то стояла, но судя по всему, предполагалось, что носить воду хозяева будут вручную. А потом грязную вычёрпывать, что ли?
Щелястые скрипучие полы, стены с облупившейся извёсткой и тараканы в тёмных углах. Жирные, здоровенные… дома таких попаданец не видел, но в Нью-Йорке, судя по всему, южная порода, куда как крупнее привычной. И ещё они летают…
Увы, но квартиры в домах с нормальными удобствами и минимумом живности стоили куда как дороже. Так что намахал антрепренёр, намахал…
С другой стороны, а чего он ещё ждал? Театр Бауэри считался второсортным в Нью-Йорке — ниже по статусу только заведения, где актрисы после представления снимают клиентов. Утрированно немного, но ой как близко к истине…
Да что говорить, если оклад всего пять долларов? Прожиточный минимум для семьи из пяти человек в Нью-Йорке чуть больше десяти долларов. И в эту сумму входит только аренда жилья — примерно такого, как у них сейчас, даже скромней, да минимальные расходы на питание. Одежда, услуги врача и прочее… ищи деньги, где хочешь.
Так что семь долларов на двоих в неделю, да плюс деньги за роли, это очень немного. Хватит, чтобы сравнительно прилично одеваться и питаться, откладывая пару-тройку долларов в неделю. Точнее, откладывать получиться только после того, как они с Фредом нормально оденутся, а до этого момента как бы в долги влезть не пришлось. Не то чтобы им остро нужна одежда, но они теперь в театре, а здесь именно по одёжке встречают. Пусть даже это второсортный театр Бауэри.