Трущобы Империй
Шрифт:
— Что закис? — Весело спросил его проницательный Фред, пихая в бок, — опять этим… пессимизмом страдаешь? Не стоит. Вспомни, как мы кочегарами плыли и поймёшь, что сейчас у нас всё очень неплохо.
Попаданец встряхнулся и весело потянулся, хрустя суставами.
— В самом деле, — хлопнул он друга по плечу, — ты меня подбадривай, если что.
Тот важно кивнул и очень серьёзно сказал:
— Я понимаю, что ты хоть и потерял память, но явно жил в куда лучших условиях. Вот тебе и кажется, что что-то не так, что скверно живём. Но вспомни
Потихонечку начали располагаться — благо, квартиры в настоящее время сдавали с мебелью. Так что в наличии имелся набитый водорослями, заметно потёртый кожаный диван, массивная двуспальная кровать, обеденный стол и полдюжины стульев, которые все до единого нуждались в ремонте. Стояла старая чугунная печка, а в кладовке обнаружились ещё и полки из плохо оструганных досок, да два медных ночных горшка, развеселивших Фреда.
— Нет, шикарно же живём, — восхищался он, — по горшку на каждую задницу! Я в переулках гадить привык, в лучшем случае с жёрдочки в выгребную яму, а тут такое богатство! Гля, они ещё с гербом каким-то. Не иначе, как от первых поселенцев остались!
— Богатство-то богатство, — пробурчал Алекс, живо представивший себе быт в таких вот условиях. Как посуду прикажете мыть? Готовить? Горшки эти… — Я пойду с соседями пообщаюсь. Нет, тебе пока не надо, вид… сходим завтра в магазин готовой одежды, тогда и представим тебя.
— Эт да, — печально согласился англичанин, оглядывая свои одёжки, — в таком виде только в Пяти Точках щеголять, здесь так только прислуга ходит.
Разгладив щёткой трофейную одежду и нацепив на лицо любезное выражение, Алекс начал обход соседей. Лестница с поскрипывающими ступеньками, узкий коридор, в который едва проникает свет из окошка в конце коридора, массивная дверь, постучаться…
— Здравствуйте, я ваш новый сосед из шестнадцатой квартиры.
— Здравствуйте…
Достаточно формальное представление, несколько удивлявшее людей, в этих кругах такое не принято. Но поскольку попаданец имитировал выходца из более высокого класса, то… надо.
Повезло в пятой квартире, пожилая старушка, миссис Швепс, оказалась словоохотливой и приветливой.
— Заходите, молодой человек, заходите, — радостно суетилась невысокая полненькая бабка, — гости у меня не часто бывают, сама выбраться на улицу могу не часто — ноги больные. Так что развлеките старуху.
Алексей не успел опомниться, как уже сидел за столиком и пил душистый травяной сбор с вкуснейшими печеньями. От миссис Швепс ощутимо пахло старческими болезнями и давно немытым телом, но попаданец не обращал на это внимания, привык уже. От самого не розами…
Заметив на стене вышитые салфетки с модными у немцев нравоучительными изречениями, парень перешёл на немецкий.
— Ох, — всплеснула старушка руками, — так вы тоже из наших?
— Немного, — улыбнулся Алекс, — одни предки из Уэльса, другие из Германии.
— А откуда? — жадно спросила старушка.
— Если бы я знал, —
Здесь он ничем не рисковал, Германия сравнительно недавно прекратила быть лоскутным одеялом из нескольких сотен государств, владыки которых порой весьма вольно распоряжались судьбами подданных. Куда там России с её крепостным правом… там хотя бы за пределы страны продавать запрещали.
— Да, — вздохнула миссис Швепс, — моего деда так же в солдаты Георгу продали… Но что ни делается, всё к лучшему!
Коснулись и проблем быта…
— Так ты Мопси найми, — посоветовала старушка, — они с мужем домовладельцем за порядком следить поставлены — двор там подмести, ступеньки ремонтировать. За это им жильё в подвале бесплатное, а зарабатывают тем, что жильцам прислуживают. Четвертак в неделю, чтоб убиралась у тебя, предостаточно будет. Но бельё стирать ей не отдавай, лучше китайцам в прачечную, здесь недалеко они устроились, в соседнем доме подвал арендуют.
Распрощавшись с гостеприимной миссис Швепс, Алекс спустился в подвал, где и проживала искомая Мопси, оказавшаяся немолодой, некогда миловидной негритянкой.
— Да, масса, — засуетилась та, — пойдёмте, я сразу уберу.
— Погоди.
Дальше парень немного поторговался с негритянкой насчёт обязанностей. Сошлись на том, что Мопси или кто-то из её многочисленного выводка раз в неделю убирают в квартирке, каждый день выносят горшки (ну не самим же!) и грязную воду. Ну и соответственно, носят чистую. Доплатив десять центов к четвертаку, Алекс получил ещё уголь с дровами, который туповатый муж Мопси будет заносить в квартиру по мере надобности. Оба деликатно опусти момент, что за десять центов в неделю попаданец получал не столько услугу, сколько топливо, которое семейная пара где-то подворовывала.
— Дёшево, — уверенно сказал Фред, выслушав новости, — хотя… Получается, что она за уголь маленькую цену выставила, потому как ты очень скромно с услугами запросил. Кто другой так и побольше бы за четвертак захотел — стирка там, ещё что. Порядочная негритянка, по совести поступила.
По совести или нет, а воду детвора им натаскала очень быстро, после чего попаданец впервые за несколько недель вымылся.
— Как же хорошо, — простонал он, одевая чистое бельё, — как заново родился. Теперь бы ещё вшей вывести…
— Точно из благородных, — вздохнул Фред, почёсываясь.
Встали совсем рано, позёвывая и потягиваясь. Глядя в окно без занавески, за которым хмурилось раннее осеннее утро, Алексей зажёг керосиновую лампу. Печку растапливать не стал, несмотря на прохладу — всё равно выходить скоро, а уголь у Мопси хоть и дешёвый, но лимитированный.
Позавтракали консервами и пахнущим керосином кофе. А чем ещё, если на керосинке кипятили? Но к таким вот реалиям попаданец давно привык.