Трясина
Шрифт:
Промучившись до самого утра, тщательно взвесив все «за» и «против», я всё же рассказала Свейну о появившейся у меня странной магии. Заявившийся с рассветом юноша только кивнул в ответ на мою историю, будто ничего удивительного не произошло.
Не сказать, чтобы такое положение дел меня полностью устроило. Как бы там ни было, я нисколько не сомневалась, что за время нашего общения ни чем ни разу себя не выдала. И всё же, мальчишка знал заранее.
«Что ж, сейчас он единственный, кто хоть что-то может объяснить. Надеюсь только, что не пожалею позже
Сидя на оконной раме, согнув одну ногу в колене и свесив вторую на пол, Свейн внимательно наблюдал за моими попытками обуздать собственную магию. Увлёкшись тренировками я пропустила завтрак, а уже давно минуло время обеда. Желудок предательски заурчал в самый ответственный момент. Потеряв на миг концентрацию, я разочарованно хмыкнула — огненный шарик на ладони взорвался маленькими искорками, медленно оседающими на пол.
— Уже намного лучше. — юноша одобрительно кивнул: — Ты быстро учишься.
— Не льсти, я же вижу, что за пол дня прогресс почти нулевой.
— Это не лесть. Я говорю совершенно серьёзно. Люди тратят годы на словесную магию, а ты осваиваешь бессловесную. Не спеши, и всё получится.
— Вот как? — я уселась на кровать, подпирая спиной стену и вздохнула: — Ты тоже не спешил?
Свейн услышав вопрос от чего-то рассмеялся. Сколько бы я ни просила, он отказался рассказывать, почему моя магия сильно отличается от описанной в книгах, но так похожа на его собственную. Этим самым отказом, он задолжал мне ещё одно желание. И я начинала задумываться, что же мне потребовать у этого мальчишки.
Отсмеявшись, он всё же ответил:
— Я спешил, и ещё как. Но у меня был очень терпеливый учитель.
— Значит, — я сложила руки на груди и прищурилась, — тебе повезло больше, чем мне.
Юноша неожиданно тепло улыбнулся, словно погружаясь в воспоминания:
— Да. У меня был учитель, которого я не заслуживал. И иначе, как удача, за которую и сотней праведных жизней не расплатиться, это не назвать.
Собираясь было ответить, я прикусила язык и промолчала. Что-то в выражении его лица говорило о такой чистой и искренней привязанности, какой я за свою жизнь ни разу не испытывала.
Отвернувшись и вставая с постели, я с удвоенной силой вернулась к тренировкам. Но сколько бы стараний ни прикладывала, хоть сколько-то удовлетворительного результата добиться так и не удалось. Уже вечером, после очередного перерыва на отдых и чашку ароматного чая Свейн вздохнул и осторожно коснулся кончиками пальцев моего запястья.
— Не понимаю, что я всё же делаю не так?
— Ты всё делаешь правильно, Твоё Высочество. Просто, — он задумался и поспешил убрать руку, — боевая магия тебе не подходит. Вот и всё.
— Считаешь, я на столько безнадёжна?
Юноша покачал головой, и украшения в тонкой косичке за ухом тихо зазвенели.
— Вовсе нет. Твоя магия прекрасна. Ты способна творить такое волшебство, которое никому не под силу.
— Тогда в чём же дело? — я искренне недоумевала. Потратив целый день и попробовав себя в управлении большинством
— Не переживай об этом, ладно? Тебе не нужно держать в руках меч, чтобы быть в безопасности.
Я вскинула бровь и покачала головой. Меньше чем через сутки предстоит отправиться в восточные земли. И мне ужасно не хотелось, чтобы край лесов и болот стал моим последним пристанищем. Дав себе твёрдое обещание завтра же с утра продолжить тренировки, я выпроводила задумчивого Свейна за дверь, не забыв поблагодарить за немногочисленные, но полезные наставления, умылась и забралась в кровать. День выдался не из простых.
***
— Наставница. Наставница-а!
Осень окончательно завладела этим местом. Ветер шелестел в кронах деревьев, то и дело срывая золотые и красные листья и обрушивая их цветным дождём на землю. Пряный аромат сухой травы и переспелых яблок наполнял прозрачный горный воздух.
Дверь притаившегося между скал домика распахнулась и оттуда выскочил босоногий мальчуган. Ловко перепрыгивая с камня на камень, он, казалось, не бежал, а летел, едва касаясь маленькими ножками земли.
Позади скрипнули старые качели. Её цепи тихо зазвенели. Я обернулась в тот момент, когда девушка, отложив флейту, поднялась и протянула руки к спешащему ребёнку. Ни чуть не смущаясь, мальчик подпрыгнул, тут же оказываясь в бережных объятьях.
Они кружились среди опавшей листвы, вовсе не замечая моего присутствия. В конце концов девушка всё же опустила залившегося смехом мальчугана на землю. Я присмотрелась, но сколько бы ни старалась, так и не смогла разглядеть её лица. Ребёнок же меж тем затараторил:
— Наставница, у меня получилось, получилось. Смотри!
В этот момент на крохотной детской ладошке вспыхнули голубые искры. Они продержались лишь мгновение, прежде, чем погаснуть, но ребёнок был так горд собой, что я невольно заулыбалась и протянула руку:
— Такой молодец.
Мы произнесли это одновременно, но опустившаяся перед малышом на колени девушка меня не услышала. Как и счастливо улыбающийся мальчуган. Она трепала ребёнка по непослушным чёрным волосам и говорила что-то, ещё, но я уже не слушала. Моё внимание привлёк доносящийся издалека шум. Решив проверить, я направилась в сторону горной дороги, и вскоре обнаружила его источник.
То гудела толпа, собравшаяся у аккуратной калитки. Собравшиеся, очевидно, были жителями расположенной у подножья гор деревеньки. С такой высоты её было хорошо видно. Уже крепкие мужчины и совсем молодые парни в простой одежде с мотыгами и вилами обступили территорию горного домика, не решаясь преодолеть последний рубеж защиты, коим выступал посеревший от времени невысокий забор.
Шум, вероятно, привлёк внимание девушки, потому что она сделала шаг вперёд, пряча ребёнка за струящимися длинными рукавами платья. Заметив дитя, некоторые из собравшихся разразились бранью. Иные ограничились недовольными шепотками и тяжёлыми взглядами.