Тсанса

Эльберг Анастасия Ильинична

— Нет, нет. Все в порядке. — Хозяин кабинета жестом указал на кресла у стола, отложил письмо, взял чашку с чаем и сделал глоток. — Нофар сказал мне, что вы просили аудиенции. Для вас я всегда свободен.

Аудиенции. Подумать только. Прямо-таки королевский двор.

— Мы не задержим тебя надолго, — уверил его Винсент, занимая одно из кресел. — Я хотел спросить, как ведут себя девочки… как прошло их возвращение. В таком странном качестве.

Гривальд задумчиво повертел на пальце перстень главы клана.

— Все

в полном порядке, — ответил он. — Но, думаю, мы вздохнем свободнее, когда они, наконец, перестанут ходить под солнцем. Это вселяет в моих подопечных некоторую панику.

Интересно, он всегда был таким снобом — или это приходит вместе с важным статусом?..

Винсент терпеливо дождался, пока я сяду, а потом пнул меня под столом, выражая свое отношение к моим мыслям. Которые он, несмотря на мою очередную просьбу, прочитал в очередной раз, и в очередной раз без спросу.

— Они рассказали тебе о причине своего отсутствия?

— Нет. И я, подумав, решил не расспрашивать. Главное — они вернулись в целости и сохранности.

— А вот я побеседовал с ними с глазу на глаз. И они мне все рассказали.

Гривальд вяло поднял бровь. Судя по всему, содержание письма интересовало его в разы больше, чем рассказ о девочках.

— Незнакомка увидела одну из сестер с ее приятелем на лугу. А один из созданий Незнакомки увидел на шее у вампирши вещь, которая ему понравилась. Сначала он хотел отобрать эту вещь, а потом принял другое решение. И попросил сестру Андры обучить его индейскому искусству создания зловещих сувениров. Второй мальчик, конечно же, страшно ревновал, избалованный вниманием со стороны создательницы. Так что Андра пришлась ко двору.

— Прошу прощения. — Гривальд сделал еще один глоток чая и вернул чашку на блюдце. — Ты хочешь сказать, что Незнакомка похитила их… для того, чтобы они обучили индейскому искусству ее детей? Просто потому, что один из них об этом попросил?..

— Ты все правильно понял. А взамен сестры получили немного счастья. Кто из вас отказался бы прогуляться под солнцем, если бы вам пообещали, что эта прогулка пройдет безопасно и безболезненно?

Князь снова взял письмо, а потом отложил его.

— Какая… странная Незнакомка, — сказал он, наконец.

— Да, — подтвердил Винсент. — Очень необычное существо. Но ты прав: девочки живы и здоровы, и это самое главное.

— Не знаю, что и сказать, Великий. Я так молод… уверен, впереди меня ждет еще много сюрпризов.

— Будь я на месте этих вампирш, не возвращался бы в клан. Подумать только! Когда-то я понял, что бессмертен, но мне больше не суждено увидеть солнце. И тут кто-то приходит ко мне, дает всего-то глоточек крови — и я могу загорать хоть целую вечность! Мало того — я могу остаться с этим кем-то, а, соответственно, гулять под солнцем до конца своих дней! И вот я делаю свой дурацкий выбор — возвращаюсь во тьму. Ну, не глупость ли?

Ночь выдалась тихая и лунная, и наши лошади брели спокойным шагом. Клан остался далеко позади.

— Все не так просто, как ты думаешь, — ответил Винсент. Он время от времени поглядывал на небо,

видимо, определяя по звездам правильное направление. Сколько я ни старался — никак не мог освоить эту хитрую науку. Ну что поделать? Я не бедуин. — Если вампир родился в клане, то его воспитывают с осознанием того, что иной жизни не бывает. Всеми силами убеждают в том, что вне клана — смерть и несчастья, и, если у тебя есть на шее медальон, то ты от этих несчастий спасен. И молодых вампиров, людей с печатью, которых обращают каратели, всегда пристраивают в кланы. Их социальную систему Орден начал строить уже давно, и она, как видишь, исправно функционирует. Обслуживает сама себя. Вампир в клане подчиняется всем темным законам — в частности, и тому закону, который ограничивает их инстинкт создателя. А вампир вне клана свободен от всех законов и может наплодить целую кучу Незнакомцев.

— И правда, — протянул я, удивленный логичностью простого объяснения. — Так, выходит, они даже и не подумали о том, чтобы не возвращаться в клан?

— Так и есть. Должно произойти что-то очень серьезное для того, чтобы вампир оставил своих братьев и сестер.

— А если придет каратель и скажет, что он хочет кого-нибудь забрать?

— А что, ты уже кого-то приглядел? Одно твое слово — и мы вернемся. Думаю, Авиэль нас поймет.

Я сжал поводья, мысленно прокручивая сказанную мной фразу. И почему я был уверен, что он не поймет намека?..

— Я-то? Да нет, в общем-то, никого…

— Вот и славно. — Винсент коротко свистнул, и его лошадь прибавила шагу. На секунду замешкавшись, я пришпорил своего коня и поравнялся с ним. — А теперь давай поторопимся. Темный язык тебя ждет.

VI

Винсент

Темный Храм, Ливан

— Вот ты где. Я обошла все залы.

Я захлопнул книгу и вытянулся в кресле. Авирона села рядом со мной.

— Черт, ты меня напугала.

— Что это ты делаешь? — Она оглядела высившуюся на столе стопку книг и взяла самую верхнюю. — Темный трактат?.. А я-то думала, что он до смерти надоел тебе еще во время обучения. Вместе с комментариями и пояснениями.

— Я ищу кое-что.

— Главный Хранитель сказал мне, что ты безвылазно сидишь тут уже трое суток, и попросил проверить, не нужно ли тебе что-нибудь. К примеру, перекусить. Или напомнить, сколько времени прошло.

Я снова открыл книгу на нужной странице.

— Он тебе такого не говорил.

— Не говорил. Я пришла по собственной инициативе. Так что ты ищешь?

— Кое-что… о Незнакомцах.

Авирона подняла бровь.

— О Незнакомцах? В книгах?..

— Тебя не было в поле зрения, и я решил, что справлюсь самостоятельно.

— Но ты ведь знаешь, где меня найти. Ну ладно, Винсент. Теперь серьезно. Что ты ищешь?

Я заложил страницу тонкой атласной лентой и уставился на рукописные строчки.