Туда, где ждут тебя...
Шрифт:
— Я вижу, — среагировал Сергей. — Нельзя ли уточнить детали?
— Никаких деталей, всё просто. Я работаю в рамках контракта только до тех пор, пока руководитель колонии не даст мне задание, требующего немедленного выполнения. В этом случае контракт либо расторгается, либо прерывается на срок, необходимый для выполнения приоритетного задания. Разумеется, это время тоже входит в оплату. У нас повременка, если вы заметили.
— Главное — «разумеется»! — Ярослава не смогла сдержаться.
— Это стандартный контракт, Яся, — вполголоса сказал Сергей на ухо девушке, дергая ее за локоть. — И лучше вообще молчи — здесь девушки не работают.
Сигизмунд никак не реагировал на
— Вы обратили внимание, что мы заключаем «отложенный» контракт? — Ярослава не захотела молчать. — То есть, он вступает в силу с момента начала оказания вами услуг.
Сергей кивнул, подтверждая Ясины слова. Только тогда Сигизмунд ответил:
— А то! Не забудьте уведомить ровно за сутки. Если за меньшее время, придется платить дополнительно, — Сигизмунд нажал на кнопку вывода на печать и почти моментально получил два экземпляра договора. — А теперь поскорее выведите вашу девушку с биржи: личная просьба. Если вы окажетесь в медицинском центре восстановления, то мой контракт потеряет силу. Неприятности не нужны ни вам, ни мне.
Здравые слова. Сергей чувствовал исходящую от всех мужчин на бирже невнятную угрозу. Стоит кому-нибудь начать первому и все подхватят. У кого нервы на пределе? Кто тот неудачник, который может выместить озлобленность на судьбу? Подвернувшаяся девушка, находящаяся в неположенном месте — удачный объект для выхода негатива.
Противостоять толпе невозможно, будь ты хоть кто. Тебя сомнут и затопчут, даже если ты и положишь первых двух нападающих из сотни.
Сергей крепко сжал Ясину руку и неторопливо направился к выходу, чуть нарочито помахивая своим экземпляром договора. Первого, заступившего ему дорогу, он ловко обогнул, одновременно дернув Ясю в сторону. С возгласом «Извините, извините!!» Сергей наступил на ногу второму и чуть подтолкнул его на третьего. После чего громогласно стал выражать соболезнования по поводу возможных повреждений, неспешно поворачиваясь и отводя Ясю за спину. Еще один, без всяких разговоров нанесший Сергею прямой удар в челюсть, неожиданно промахнулся и свалился под ноги еще двум желающим почесать кулаки о лицо приезжего. Они тоже споткнулись и повалились в общую кучу.
Таким образом, между Сергеем, Ясей и всеми остальными образовался некий барьер из шевелящихся тел, злобно ругающихся и пытающихся распутать руки и ноги, а вдоль стены остался небольшой проход, по которому можно было пробраться к заветному выходу.
— Пригнись! — крикнул Сергей Ясе и рванул во всю прыть.
Обычно жертва застывает на месте и с ней легко справиться. Иногда она принимает бой, думая, что самая сильная и с успехом разбросает всех этих слабаков. Гораздо реже жертва сбегает с места боя. Мужики еще только начинают разворачиваться, а она, глядь, и исчезла. А мужики так быстро не могут остановиться, они ж только начали, только разогнались. Так что остановиться можно только если лбом в стену. Ну, или споткнувшись о лежащих, присоединиться к куче-мале, а потом долго недоумевать, как они туда попали.
Ярослава была явно в лучшей спортивной форме, чем Сергей. Вон, даже не запыхалась. Словно и не бежали километра три, всё время сворачивая в узкие коридоры и ожидая, что в каком-нибудь тупичке их нагонят и побьют.
— По твоей милости в драку влезли, — укоризненно сказал Сергей, едва отдышался.
— Какую еще драку? Ничего такого я не видела. Да и вообще — я тут не при чем!
— Обычную. На бирже, — Сергей потирал ушибленный бок, по которому всё-таки кто-то умудрился заехать.
— Они разве не сами попадали? Я еще подумала, что у них весьма странные порядки, а уж о манерах я и не говорю!
— Сами,
— Кому сказать?
— Отстань, Яся! Меня от тебя когда-нибудь удар хватит.
— Аналогично, — пробурчала Ярослава только для того, чтобы последняя фраза осталась за ней.
Надо было подождать, пока страсти по их поимке улягутся, а потом потихоньку, не привлекая внимания, идти в номер. В общий номер. Хотя Сергей и настаивал при заселении, что селить вместе мужчину и женщину, не связанных отношениями, неправильно. Ему внятно объяснили, что женщины на Коломянке сами по себе расхаживать не могут. Вернее, могут, но тогда любой из мужчин вправе предложить ей некие отношения. И для нее будет лучше, если она примет это предложение, иначе от нескольких предложений ей будет отказаться тяжелее. Так что женщины без мужчины быть не должно, и если Ярослава ему дорога, то лучше пусть он будет жить рядом с ней, а не какой-то посторонний. Единственное, что они могут ему предложить в таком положении — номер «люкс» с двумя спальнями. И хотя он стоит несколько дороже, чем обычный двухместный, он, безусловно, комфортнее.
Ярослава даже не знала, что сказать на такие обычаи. Пока они с Сергеем не остались в номере наедине. Тогда Сергей услышал много нового про мужской шовинизм, эксплуатацию женского тела, идиотских колониях с их идиотскими правилами и о себе самом с точки зрения настоящей женщины.
Сергей смотрел на Ясино буйство, а потом с усмешкой сказал:
— Молчи, Яся! На этой планете у тебя нет права голоса. А то ведь я могу и переселиться в другой номер. И придется тебе знакомиться с каким-нибудь мужичком из местных. Никто не посмотрит, что ты замужем. Ясно?
Яся поперхнулась и признала про себя, что соседство Сергея в такой ситуации — лучший выход. Но зачем же сообщать об этом мужчине? Мужчину надо держать в неведении о своих мыслях, а если что и говорить, то только о желаниях и предпочтениях. Надо дать ему возможность самому додуматься — чего хочет женщина. Конечно, намеки не возбраняются, но — тонкие намеки. Пусть он думает, что сам принимает решения, но мы-то знаем, кто на самом деле…
Но об этом она думала еще два дня назад — когда только прилетели на Коломянку. После они долго пытались попасть на прием к руководителю колонии, всё же попали и поговорили о делах, а теперь прячутся где-то в подсобных помещениях среди всякого хлама. Пора бы вернуться к нормальной жизни.
— Я в номер хочу, — пискнула Яся.
— К незнакомому мужчине.
— Почему незнакомому? — голос у девушки стал слегка плачущим. — Я тебя уже давно знаю. Три месяца, что ли?
— Вот я и говорю — незнакомому. Кто ж за три месяца человека узнать может? Да еще и урывками? Если сложить всё время, проведенное вместе, это будет… это будет…
— Да какая разница! В номер пошли! Вместе — не вместе… Нашел, что считать. Лучше бы предложил девушке развлечься.
Сергей вывел девушку из закутка, где они стояли, и повел в направлении гостиницы, благо схему поселка можно было высветить на любом углу.
— Подозреваю, что развлечения здесь весьма специфические. Тебе не понравятся. Кстати, вон реклама крутится на экране — полюбопытствуй.
Реклама изображала полностью обнаженную девицу, бесконечно крутящуюся вокруг шеста под сверкающим плакатом «Стрип-бар „У Кузьмича“». В очередной раз повернувшись лицом к предполагаемому зрителю, девица соблазнительно подмигивала и томно шептала: «Заходи, не пожалеешь…»
— Увлекательно, не находишь? — Сергей подтолкнул Ясю.
— Обязательно! Особенно для одиноких мужчин, лишенных женского общества. Надеюсь, ты в их число не входишь?