Туннель
Шрифт:
– Мы выберемся.
Губы Тараса и Алисы слились в поцелуе.
Поднялись в десять утра по часам доктора. После завтрака Ефрем и Тарас собрали инструменты, готовясь подняться в туннель, чтобы заняться автобусом. Алиса тоже решила пойти с ними, захватив все необходимое для уборки. Доктор устроился у себя в комнате, с интересом изучая каждую ампулу в найденной аптечке. Вечно пьяный Жгут отсыпался, так что мажор отправился играть в бильярд один.
Ефрем, Тарас, и Алиса поднялись на лифте в туннель, потрепанный фиолетовый автобус
Работа пошла хорошо, транспорт понемногу принимал более менее достойный вид. Острые края в оконных рамах исчезли, светили обе фары, выпуклости и помятости вправились обратно.
– Вот так! – Ефрем сидел на крыше, зажатая в кулаке отвертка прикручивала покосившийся люк. – Осталось еще вот здесь немного подправить, и будет почти как новенький. Тарас, подай мне молоток.
Тарас шагнул к ящику с инструментами, но навернулся, поскользнувшись на куче мусора перед автобусом. Это Алиса вымела из салона, сейчас она протирала уцелевшие окна. Тарас с тихими ругательствами поднялся на ноги.
– Ты чего там? – спросил сверху Ефрем. – Живой?
– Живой, - ответил Тарас. – Оступился.
К ладони пристал клочок бумаги, Тарас отлепил, с удивлением прочитал написанное от руки собственное имя. В памяти тут же всплыла жеребьевка на заправке, когда решалось, кто полезет над пропастью за бензином.
Тарас смотрел на смятую бумажку, в груди зашевелилось подозрение. Наклонился к куче, среди консервных банок и прочего мусора отыскались еще четыре листка, вырванных из блокнота Ольги Федоровны. Тарас посмотрел каждый, глаза округлились, как пятирублевки.
Эта скотина мажор на каждой бумажке написал одно и то же имя!
Тараса заколотило от бешенства. Он сунул комки бумаги в карман, ноги сами понесли к лифту.
– Эй! – позвал удивленный Ефрем. – Ты куда, Тарас?!
Он не ответил, палец остервенело тыкал в кнопку вызова. Наконец двери лифта разъехались, Тарас шагнул внутрь, напоследок увидев бегущих к нему со всех ног Ефрема и Алису.
Лифт доставил Тараса вниз, под ногами пролетели ступеньки лестницы и мягкий ковер коридора, с грохотом распахнулась дверь бильярдной. Мажор обернулся на шум, и, увидев Тараса, замер с раскрытым ртом у бильярдного стола с кием в руках.
Тарас бросился на мерзавца и повалил на стол. Ошарашенный мажор даже не пытался сопротивляться, лишь только выпучил глаза. Тарас замолотил кулаками со скоростью мельницы, удары посыпались бешеным градом.
– Ублюдок! – орал Тарас, брызжа слюной. – Ублюдок!
– А-а-а!
– Мажор пытался закрыться, но безуспешно, кровь ручьем хлынула из разбитого носа, несколько красных капель упали на зеленое сукно стола. – Хватит! Хватит!!!
Тарас замахнулся в очередной раз, но почувствовал, как цепкие пальцы схватили за шиворот и с силой дернули в сторону. Отлепившись от съежившегося в страхе мажора, он впечатался в стену. Когда оглянулся, увидел угрюмого Жгута. Запах перегара сразу же наполнил бильярдную, красное пропито лицо зека исказилось
– Угомонись, фраер, - хрипло сказал Жгут. – Иначе пристрелю на месте.
Мажор медленно сполз со стола, вытащил из кармана платок. Приложил к разбитому носу, на белой ткани мигом расплылось красное пятно.
В комнату влетели запыхавшиеся Ефрем и Алиса. Увидев Жгута, целящегося из автомата в Тараса и мажора с окровавленным платком, замерли на пороге с растерянными лицами.
– Эй! – удивленно спросил Ефрем. – Вы чего тут?
– Заткнись, - тихо, но с угрозой сказал Жгут.
Ефрем нахмурил брови, рука поползла к карману джинсовки, где лежал пистолет. Жгут заметил маневр, передернул затвор.
– Ты лучше не дергайся, бугай, - предупредил зек. – Иначе я его пулями так нафарширую, мама родная не узнает.
Тараса невольно обдало морозом, дуло автомата смотрело точно в грудь. Ефрем, поколебавшись, убрал руку от кармана.
– Что тут такое? – В бильярдную вошел доктор, переводя удивленный взгляд с одного на другого.
Никто не ответил. Алиса зажмурилась в ужасе, ожидая, что вот-вот начнется пальба. Ефрем испепелял взглядом Жгута. Жгут не сводил воспаленных глаз с Тараса, автомат в руках слегка подрагивал. Тарас, прислонившись к стене, смотрел на мажора. Тот утирал нос, облокотившись на бильярдный стол.
– Что здесь творится? – снова спросил доктор.
Тарас сунул руку в карман, смятые бумажки полетели на стол.
– Тогда на заправке. Когда мы решали, кто полезет за бензином. Этот урод, - он кивнул на мажора, - на каждом листке написала мое имя.
Собравшиеся в комнате переглянулись между собой, до каждого постепенно доходил смысл сказанного.
– Это подло, парень, - сказал Ефрем, окинув мажора презрительным взглядом.
– Да вы чего? – засуетился мажор. – Да это же шутка была! Я просто пошутил!
– Не бреши, мразь! – рявкнул Тарас.
– Ладно, - сказал доктор примирительно. – Хватит, нам всем нужно успокоиться. Жгут, опустите, пожалуйста, автомат.
– Что-то ты, батя, больно раскомандовался в последнее время! – с неожиданной злостью взревел Жгут. – Закрой пасть! Всем заткнуть хавальники!
Оторопевший доктор поднял руки.
– Молчу…
– Ты! – Жгут кивнул на Ефрема. – Давай сюда пистолет! И не дергайся, качок!
Ефрем медленно присел, пистолет лег на пол. Здоровяк легонько пнул, оружие, крутанувшись, остановилось посреди бильярдной.
– Костян, возьми, - скомандовал Жгут.
Мажор спрыгнув со стола, быстро схватил пистолет. Затем вразвалочку подошел к Тарасу и неожиданно с силой врезал ногой в пах. Тарас застонал сквозь зубы, медленно сполз по стене на пол. Алиса разразилась громкими рыданиями.
– Ребята, хватит! – запротестовал доктор. – Это уже лишнее!
– Я тебе сказал заткнуться!
– зашипел Жгут. – Слушайте сюда. Теперь здесь покомандую я. Все развернулись и вышли в коридор. Живее!
Доктор вышел первым, за ним последовали Алиса и Ефрем. Жгут подошел к лежащему Тарасу.