Туннель
Шрифт:
– Пусть остается, - отрезал Тарас. – Мы поедем без него.
Алиса, бросив уничтожающий взгляд, ринулась в автобус, нарочито задев Тараса. Доктор пожал плечами.
– Ну, решено. Давайте откроем его и пора убираться отсюда.
Доктор, Ефрем и Тарас спустились вниз, Алиса осталась в автобусе. Открыв дверь комнаты, они застали мажора сидящим у стенки на матрасе. Пленник глянул исподлобья, в глазах мелькали злые искры.
– Значит так, дружок, - сказал Ефрем. – Мы отсюда уезжаем, погостили и хватит.
Мажор откинулся назад, глянул
– Да, я слышал, как ты вопил насчет дверей. Думаешь, далеко уедете?
Ефрем пожал плечами.
– Как получится. Хотелось бы подальше. Уж извини, но тебя с собой не берем. Так что хозяйство на тебе остается. Еды мы тебе оставили, пока голодать не будешь.
Мажор промолчал, губы подрагивали в презрительной улыбке.
– Ну, бывай, - сказал Ефрем. – Мы пошли.
Махнув рукой на прощание, здоровяк направился к выходу. Доктор с извиняющимся видом пожал плечами, потопал следом. Тарас двинулся за ними, но его остановил грубый оклик:
– Эй!
Тарас снова вернулся на порог, мажор по-прежнему сидел на матрасе, широко раскинув ноги.
– Надеюсь, ты сдохнешь следующим.
Тарас усмехнулся, и, снисходительно глянув на мажора, бросил на прощание:
– Только после тебя.
В последний раз отозвались тяжким скрипом ступеньки лестницы, в последний раз кабина лифта с монотонным гудением поднялась наверх. Фиолетовый автобус стоял меж двух стен туннеля, готовый к дальнейшему пути. Тарас чувствовал грусть, покидая уютное и насиженное место. Страх перед неизвестностью и опасностью дороги туннеля заполнял от головы до пят. Но все же лучше пусть и слабая, но все же надежда на спасение, чем медленная смерть в безопасном месте.
Ефрем сел за руль, доктор примостился рядом. Тарас сел рядом с Алисой, она отвернулась, глядя в окно.
– Погнали! – сказал Ефрем веселым голосом. – Авось не пропадем.
Салон наполнил слегка подзабытый шум двигателя, яркий свет фар упал на дорогу. Автобус снова покатил по свободной дороге туннеля. Через несколько минут необычное место, ставшее домом на пару дней, осталось далеко позади.
Тарас ждал что вот сейчас за следующим поворотом забрезжит свет и проклятый туннель наконец закончится. Но автобус поворачивал, и вместо дневного света виднелся лишь асфальт, уходящий далеко в темноту. Дорога после убежища продолжалась почти сутки.
Но и у туннеля оказался плюс – отсутствие гаишников, которые могут тормознуть и потребовать права, так что Ефрем понемногу научил Тараса водить, и теперь мужчины могли меняться за рулем втроем. На ночлег не останавливались, спали по очереди, каждый проводил в водительском кресле по три-четыре часа.
Тарас несколько раз пытался заговорить с Алисой, но с таким же успехом он мог разговаривать с креслом под ней. Девушка упорно молчала, лишь изредка поглядывая с обидой и презрением. Тарас пребывал в прескверном расположении духа, благо, хоть пока на них никто не нападал, автобус спокойно двигался меж двух стен.
Не
– Может, мы сваляли дурака? – спросил Ефрем, сидящий за рулем. – Не видать конца и края.
Доктор и Тарас тоже сидели в кабине, первый в соседнем кресле, второй на свернутом матрасе. Алиса спала на сидениях рядом с грудой сложенных вещей.
– Сваляли бы дурака, если бы остались, - сказал доктор. – Если помирать, то уж лучше в дороге, а не сидеть и ждать неизвестно чего.
Ефрем кивнул, пальцы ловко вытянули из нагрудного кармана джинсовки сигарету, вспыхнул огонек зажигалки, кабина наполнилась сладким дымом.
– Интересно, как там наш мажор? – спросил он, попыхивая сигаретой.
– У меня за него до сих пор душа болит, - вздохнул доктор. – Но все же брать с собой его было нельзя. Уж больно он нас возненавидел.
– Мда, - сказал Тарас. – И теперь из-за этого Алиса не разговаривает со мной.
– Женщины, - усмехнулся Ефрем. – Ты не боись, она отойдет. Просто ей думается, что слишком уж жестоко мы поступили.
– Жестоко, - согласился доктор.
– Да может для него так и лучше, - пожал плечами Ефрем. – Отсидится там, пока еда не закончится, и помрет себе спокойненько. А тут не знаешь, чего ждать.
С этими словами здоровяк кивнул на белую маску, висящую на зеркале заднего вида. Доктор снял ее и с задумчивым видом повертел в руках.
– Думаете, они больше не появятся? – спросил Тарас, бросив опасливый взгляд на окровавленную белую сторону.
– Хотелось бы верить, - вздохнул доктор. – Но что-то мне кажется, нас еще поджидают сюрпризы.
Тарас зябко повел плечами, Ефрем помрачнел. Кто бы не носил эту маску с номером 16, встречаться с ним совсем не хотелось.
Доктор, поглядывая на дорогу, медленно опустился на кресло. Усы дрогнули, брови нахмурились.
– Сбавь-ка немного ход, - сказал он.
– Зачем? – спросил Ефрем удивленно.
– Ефрем, пожалуйста!
Здоровяк пожал плечами, окурок полетел за окно, нога плавно опустилась на педаль тормоза. Автобус сбросил скорость, бегущие навстречу стены туннеля перешли на быстрый шаг.
– Вы слышите? – спросил доктор.
Ефрем и Тарас замерли, прислушиваясь, но уловили лишь негромкий шум движка.
– Ну? Неужели не слышите?
– Да вроде ничего, - развел руками Ефрем.
– А что такое? – спросил Тарас.
– Да вот же, теперь рядом совсем! – Доктор поднял палец вверх. – Слушайте!
Ефрем притормозил еще, автобус покатил, как футбольный мяч по мокрому полю. Тарас изо всех сил напряг слух.
– Погоди, вроде что-то слышу, - сказал Ефрем с зажмуренными глазами. – Вроде стучит что-то.