Турнир
Шрифт:
— Неужели эта история — главная причина ненависти по отношению к Кристиану?
— Нет, — герцог снова оскалился, отчего морщины на его лице растянулись, обтягивая череп. — Поводов хватает. В конечном счёте он перебил всех моих потомков и сжёг мой замок, захватил земли.
— Всех, кроме одной.
— Кроме одной, — улыбнулся Гранд. — Можешь не опасаться. Я не буду преследовать Каю. Она доказала, что достаточно взрослая, чтобы отправиться в свободный путь. Просить защищать её тоже не буду. И так знаю, что ты ради неё пойдешь на всё.
— После
— Не ври себе, парень. Ты до сих пор её не забыл.
— Это неважно, старик. Кая сбежала, и это хорошо, учитывая, что ты не сдох.
На это старик лукаво улыбнулся. Будто знал куда больше, чем я.
— Твой рассказ меня впечатлил, но не особо удивил. Прославленный воин, который изнасиловал женщину? Бывает и не такое.
— Разве тебе не хочется отомстить ему за свою мать?
— Ты знаешь, кто моя мама. И мстить я буду совсем другому… существу.
— Да-да, ты хочешь разобраться с настоящим богом, — старик расхохотался. — Но разве ты не корил себя за смерть Элизы? Пусть ты и заглушил чувство вины, но оно до сих пор живёт внутри тебя. Уж я-то знаю. Убить Кристиана — верный способ почтить её память.
— Твои игры меня не впечатляют. Уж Элиза бы точно не хотела, чтобы я убил кого-то.
— Верно. Она была добрым человеком. А ты? Добрый? Что, кроме страха, мешает тебе прикончить Кристиана?
— Как минимум нежелание идти у тебя на поводу. Если так хочешь, сам разбирайся. К тому же… Ты подаешь историю так, как выгодно тебе. Но, если ты весь такой праведный, что же сам не помог Элизе? Помог бы, забрал бы к себе. Глядишь, была бы жива. Да и, раз уж на то пошло, ты тело своего внука захватил. Иначе говоря, убил его.
— Так и было, — не стал он спорить.
— Это не красит тебя. Ты похлеще Кристиана будешь.
— Это действительно так. Что не отменяет моего желания убить его.
— Так сам и убивай. Выбирайся из тела и делай что хочешь.
— Может, так и сделаю. Но кто знает, как история сложится, — оскалился он. — Видишь ли, подходит срок для одного важного события, за которое и будет вестись борьба. Ты пока не понимаешь, о чём идёт речь, но я расскажу, не переживай. Причины у этой войны куда сложнее и глубже, чем кажется. И войска сидят у гор не только из-за пустых ночей.
— Старик, я давно научился справляться со своим любопытством. Придумай что-нибудь получше, если хочешь задеть меня, — развеселился я.
— Ты плохой лжец, — посмотрел он на меня серьезно. — А я мастер темного пути. Все твои эмоции и чувства для меня как открытая книга. Ты не хочешь верить в мой рассказ из-за упрямства. Но эта история легко проверяется. В конце концов, ты можешь задать вопрос и самому Кристиану.
— Если я его сын, он меня никогда не признает.
— Верно. Потому что ты угроза его светлому образу, в который так верят наивные люди. Те, кто не в курсе истинной подоплеки. Вот тебе ещё вопрос на подумать. Если Кристиан сильнейший, почему не он правит? У Герцога столько на него
— Если он такой плохой, то проще всего ему избавиться от меня.
— Тебя отпустили в горы, в пустую ночь. Одного, — засмеялся старик. Его этот разговор откровенно забавлял. — Сдохни ты здесь, не правда ли, это было бы удобно?
Дерьмовенько… Если всё так, то моё положение совсем другое. Не такое, каким я его видел.
Проклятый старик. Поселил во мне сомнения.
— Ты злишься, но разве у твоего народа невежество не является грехом?
— А ты, значит, уничтожаешь это невежество, — зло процедил я.
— Именно так. Разве ты не заметил, как моё влияние усиливало тебя? Или всерьез думал, что все достижения — исключительно твоя заслуга?
В качестве демонстрации старик повёл рукой и создал образ моего энергетического тела. Ядра внутри него тоже были. А ещё тень самого старика, что просачивалась внутрь и была связана сразу со всем.
— Это не помощь, а паразитирование, — ответил я.
— Тем выгоднее тебе помочь мне выбраться.
— Насчет того, чтобы найти тебе тело, ещё можно подумать. Но обойдемся без убийств.
— Как же ты тогда собираешься искать тело? На рынке? — придавил меня взглядом Герцог.
Пусть давит, сколько хочет.
— Сейчас ты решил тянуть время, — поскучнел старик. — Но просто уйти я тебе не могу позволить. Нужно договориться и кое-что сделать.
— Что же?
— Усилить тебя, бестолочь. Чем сильнее ты вернешься, чем полезнее станешь, тем меньше шансов, что Кристиан захочет избавиться от тебя раньше времени.
— Ущербная логика. Польза подразумевает, что меня будут использовать, а значит, и посылать в опасные места.
— Верно, но чем больше силы, тем выше шансов выжить.
И не поспоришь ведь.
— Тогда что ты предлагаешь? — всё же спросил я.
Старик прав. Прямо сейчас я не хочу с ним драться, но и давать какие-то обещания тоже. Он это понимает и, кажется, долго удерживать здесь не собирается.
Опасный противник. Хотя бы потому, что досконально меня знает и читает мысли.
Эту битву он выиграл. Победит ли в нашей войне — посмотрим.
— Мы друг другу не враги, — спокойно возразил старик. — Твоя ненависть ко мне связана со страхом и с тем, что рассказывала Кая. Дети часто видят родителей искаженно.
— Хочешь сказать, что был хорошим отцом?
— Она выжила. Стала сильной. Разве этого мало?
— Любовь и забота, видимо, не твоя сильная сторона.
— Чем я отличаюсь от твоей матери? — заглянул он мне в глаза. — Ты её боготворил, ну и что толку? Из-за твоей слабости выжил только ты, но не она.
— Заткнись, — прорычал я.
— Весь этот разговор, твои сомнения по поводу Кристиана — это пустое, — не обратил он на мою злость внимания. — У меня есть кое-что, что изменит твоё отношение.