Турнир

Пастырь Роман

— Тебе лучше сегодня не выходить в лагерь, — сказал отец.

— С чего бы это? — нахмурился Резано, с каждой секундой начиная убеждаться, что что-то не так.

— Просто не выходи. Так будет лучше.

— Лучше для кого?

— Для тебя. Подумай хоть раз о семье!

Если бы не озвученная просьба, Резано так и остался бы на территории семьи, не собираясь бродить по лагерю, когда армия готовилась выдвигаться. Но сейчас, слушая заезженные упреки отца…

— Отец, что происходит?

— Осада! — рявкнул тот.

Резано

приподнял бровь и поджал губы, выражая весь скептицизм по поводу умения отца врать.

— Не будем об этом сейчас, — быстро сдулся мужчина.

Он никогда себе в этом не признавался, но в последнее время стал побаиваться сына. Как и сейчас, когда от того холодом дохнуло. Вполне себе ощутимым и реальным. Да и призрачная рука проявилась, чего сам парень и не заметил.

— А я думаю, что будем, — надвинулся Резано на отца. — Что происходит?

— Стража! — рявкнул отец вместо ответа.

Резано нахмурился и посмотрел на стражников, что вошли в шатёр.

— Киньте моего сына в яму и проследите, чтобы не сбежал.

— Чего? — Резано повернулся к отцу и ушам своим не поверил. — Старик, ты совсем спятил?

— Молодой господин, — стражники положили руки на рукояти мечей. — Прошу за нами.

Резано приготовился к бою, оскалился, но тут его придавило. Один из охранников использовал таинство, как раз для таких случаев.

***

На то, чтобы раздолбать стену, урсувайцам потребовалось меньше часа.

— Как-то быстро, — поделился я мыслью с Каей.

— Нам же лучше. Быстрее пробьются, быстрее весь этот балаган закончится.

— Ты лучше приготовься. Сейчас начнётся.

Крепость была защищена со всех сторон. И сзади, и по бокам. Разумная мера предосторожности, когда практики могут бегать по стенам. Строили крепость так, чтобы её стены возвышались над прилегающими скалами. А к тем, что были выше других и откуда проще взбежать наверх, перекрывались подступы.

Всего плана мне не рассказывали, но я и так видел, что все силы будут брошены на крепость. Возможно, планируйся долгая осада, Кристиан приказал бы её сначала окружить, перебить дозоры и заставы, и только после этого атаковать, но… Пока не вижу предпосылок для этого.

Стоило стене обрушиться, как туда устремились войска. Сверху их атаковали практики, но что-то безрезультатно. Герцог продолжил дубасить шаром и сбивал настрой самым активным. Завязались первые бои. Солдаты стали взбегать по стенам, теснить защитников.

— Если так и дальше пойдёт, меня всё устраивает, — сказала Кая.

Я с ней согласился. Пусть и хочется проявить себя, но здесь и сейчас я не видел возможности что-либо предпринять. Посты оставались на местах, и никто никуда не бежал. Можно, конечно, начать их вырезать, но нас всего двое. Один-два поста перебьем, и на этом всё, нас заметят и подготовятся. Веселье начнётся, как захватят крепость. Разбираться с теми, кто вне её — как раз задачка для нас.

Самым утомительным оказалось сидеть

и наблюдать, как другие сражаются. Постепенно армия захватывала стену. Внутрь двора тоже пробились, и там шли ожесточенные бои. Я лишь отдельные фрагменты различал. Таинства мелькали с такой частотой, что сливались в нечто нечитаемое.

— Что-то не так, — сказал Темный Герцог.

— Что? — напрягся я, сам ничего не видя.

— Не видишь, потому что не знаешь аристократов. Их построение. Не все лезут внутрь.

Я присмотрелся и правда заметил непонятные перестроения. Часть солдат, вместо того чтобы рваться внутрь, наоборот, отходили назад. И над этой частью торчали стяги аристократов.

— Заговор? — предположил я.

— Возможно. До тебя ведь доходили слухи, что аристократы недовольны герцогом и Кристианом, — напомнил старик.

Если так, то…

***

Резано сидел в колодце и смотрел наверх. Отпустило его несколько минут назад. Мышцы расслабились, и он вернул себе подвижность. Наверху кто-то был. Наблюдал. В темноте его лица не было видно, но Резано догадался, кто это.

— Почувствовал меня, брат? — спросил Саргай.

— От тебя воняет, — ответил Резано.

— Очень смешно. Как тебе внизу? Сидишь там, как простолюдин.

— Здесь неплохо. Ноги трудно вытянуть, но я устроился с удобством.

— Общение с деревенщиной тебе не пошло на пользу, — Резано не увидел лица старшего брата, зато услышал осуждение и толику насмешки. — С кем поведешься… Слишком много дерзости в тебе стало.

— Лучше общаться с деревенщиной, чем с предателем.

— Догадался уже? Или твой дурак отец рассказал?

Резано догадался. Понял в тот момент, когда его потащили в яму.

— Зря ты игнорировал семью.

— Что бы это изменило? Узнал бы о вашем предательстве раньше?

— Предательстве? Предать можно только род. А герцога узурпатора с императорскими планами и его пса-убийцу — нет, это не предательство. Это вопрос выживания. Я так и думал, что ты не сможешь этого понять. Какая-то деревенщина тебе ближе, чем братья и интересы семьи.

— Что поделать, если эта деревенщина относится ко мне лучше, чем братья.

— Жестокость — часть обучения воина. Веди ты себя нормально, проблем бы не было. Но ничего. У нас будет время поработать над этим. Когда Кристиан сдохнет, его бастарда ничто не будет защищать. Либо он подчинится, либо…

— Либо что? — спросил Резано.

— Либо его придётся убить. Чтобы талантливая деревенщина не мешалась под ногами. Я знаю, брат, что ты сможешь отсюда выбраться. Это ведь всего лишь яма. Если тебе в голову придёт подобная глупость, я оставлю двух надежных воинов с приказом сломать тебе вторую руку при попытке побега.

— Очень любезно с твоей стороны, — ответил в пустоту Резано. — Что с Боротор? Они тоже предатели?

— Ты же не думаешь, что я расскажу тебе обо всём? Отдохни, брат. Об остальном мы позаботимся.