Твой друг. Сборник. Выпуск 2

Так мы частенько говорим о наших «братьях меньших», прошедших с нами многотысячелетний путь развития — собаках.

Собака — удивительное существо. Она служила человеку и много веков назад. Она служит человеку и сегодня, в стремительный век научно-технической революции.

Эта книга — о наших верных четвероногих друзьях. Все публикуемые вещи написаны на основе документального материала, полностью соответствующего действительности.

Думается, книгу с интересом и пользой прочтут и младшие школьники, и юноши, обдумывающие житье, и люди зрелого возраста. Участнику Великой Отечественной войны многое из написанного здесь, вероятно, будет особенно близким.

В работе над книгой приняли участие профессиональные знатоки служебного

собаководства и собаководы-любители, ветераны Великой Отечественной войны и пограничной службы, писатели и журналисты, известные советские поэты, активисты клубов ДОСААФ.

БОРИС РЯБИНИН

Много знаю я собак —Романтических дворняг:Пресловутая МумуС детства спит в моем дому,Сердобольная КаштанкаМеня будит спозаранку,А излюбленная ЖучкаУ дверной танцует ручки,И показывает удальЗнаменитый белый пудель…Много знаю я и прочих —Сеттеров, борзых и гончих.Их Тургенев и ТолстойПриводили в лес густой… Скоро я моих друзейПоведу в большой музей;В зал такой открою двери.Где живут Чукотки звери.Там приземистый медведьМожет грозно зареветь.Там при взгляде росомахиШевелится шерсть от страха.Там лиса стального цвета —Будто краски рыжей нету,И хитрющая лисаОкунулась в небеса.Рысь защелкает когтямиНад собаками-гостями,И зловещ рысиный щелк,И его боится волк.Что ж к дверям вы сбились в кучкуИ попрятались за Жучку,Мои милые друзья,Не слыхавшие ружья?Вы привыкли к детской соске.Вы, слюнявые барбоски!Напугает тот музейМоих маленьких друзей. Где же те, что в этом миреКак в своей живут квартире,Где же псы сторожевые,Где упряжки ездовые.Почтальоны, ямщикиИ разведчики тайги,Что по каменным карьерамБез дорог летят карьером?Задыхаясь от пургиСреди воющей тайги,Полумертвые от бега,Закусили свежим снегомИ опять в далекий путь,Намозоля ремнем грудь.Вы, рожденные в сугробах, —Вам сугробы были гробом.И метель, визжа от злости,Разметала ваши кости.Вы торосистыми льдамиШли медвежьими следами,Растирая

лапы в кровь,Воскресая вновь и вновь,Никогда вы не видалиНа груди своей медали.Ведь на полюс раньше ПириПервой в мире, первой в миреДобрела его собака,Неизвестная, однако.Кто почтил похвальным словомПсов Георгия Седова?Их, свидетелей трагедий,Съели белые медведи.Сколько их тащило нартыКурс на норд по рваной картеВ ледяных полях полярных,Запряженные попарно!И в урочищах бесплодныхСколько их брело голодныхБитых палками в пути!Где могилы их найти? Сколько раз я, замирая,Сам пути себе не зная,Потеряв и след, и свет,Выходил на звуки лая,Чтоб моя тропа земная,Стежка горестей и бедВ том лесу не обрывалась,Чтобы силы оставалосьУ меня на много лет.

Дождь моросил непрерывно. Небо и земля казались однообразно-серыми, неприглядно-тоскливыми. Только вспаханный склон высоты глянцевито отсвечивал. На ратном поле среди подбитых черных танков с крестами на башне валялись бороны, покореженные сеялки…

Батальон капитана Неверова засел в окопах, вырытых наспех. При поспешном отходе не удалось как следует укрепиться. Оборона была тяжелой. Враг атаковал позиции по нескольку раз в день: он рвался к Ростову-на-Дону.

Капитан Неверов, молодой высокий блондин, каждый раз после того как захлебывалась вражеская атака, возмущался: «Тьфу, черт побери! И откуда они берут столько танков?!»

Ночью пришли в батальон бойцы с собаками — истребителями танков. Капитан Неверов впервые видел таких собак и не очень-то верил в их боеспособность.

— В ученье они, может, и хороши были, а здесь такой огонь…

— Не подведут, — не очень твердо возразил инструктор Иван Петухов.

— А из вас в бою был кто-нибудь?

— Нет. Только Ваганов.

На это капитан Неверов, сам воевавший уже четыре месяца, недовольно заметил:

— Пока вас самих пообстреляют, повозишься с вами…

— Не подведем, товарищ капитан, — уже гораздо решительнее сказал Петухов.

— Вот и жратвы собакам много надо… — не унимался Неверов.

— Сегодня не надо, товарищ капитан. Голодные они лучше на танки пойдут.

— Посмотрим. Заработают — накормим.

— Но если, товарищ капитан, они в бою заработают, то кормить их уже не придется, — тихо и с горечью проговорил Петухов.

Вожатых с собаками развели по ротам. Иван Петухов, Ваганов и еще несколько человек попали на самый ответственный участок — в боевое охранение, где действовал усиленный стрелковый взвод. Командовал им маленький, щуплый, с рыжим чубом лейтенант Смирнов. Новички, не умея еще отличить безрассудное удальство от опыта, приобретенного во многих боях, принимали лейтенанта за человека отчаянной храбрости и удивлялись на первых порах, когда слышали от него: «Меня не убьют, я знаю, где упадет снаряд, и где летит пуля…».