Twix
Шрифт:
Я вообще не знаю, к чему я готова с этим чёртовым Семёновым.
С ним каждый день как на американских горках, если не хуже. То он смеётся надо мной, то защищает, то дружит, то зажимает так, что у меня все внутренности от возбуждения переворачиваются. Мне сложно, правда сложно, потому что я и так определиться со своими эмоциями до конца не могу, а он своими постоянными сменами настроений в наших отношениях путает мои и без того запутанные ниточки ещё сильнее.
Вот если бы он поставил между нами барьер дружбы, мне было бы проще. Я бы засунула зачатки симпатии
— Ты меня с ума сведешь, цыпленок, — шепчет Дима и утыкается лбом в мое плечо, переводя дух. Ну конечно. Кто кого ещё сведёт…
Мы стоим вот так вот молча ещё несколько минут, и пару прохожих таки смотрят на нас косо, пока я поглаживаю Диму, прижавшегося ко мне, по волосам. Я правда не думала, что людям может так сильно сорвать крышу, но этот человек открывает для меня все новое уже не в первый раз.
— Извини, — он отстраняется, и я впервые вижу у него смущение. С ума сойти можно. Семёнов смущается? Я что, попала в параллельную вселенную? — Правда башня съехала, фетиши — коварная штука.
Он старается не смотреть мне в глаза и сразу же переводит тему на что-то другое, уходя по дорожке и зазывая меня с собой, чтобы мы могли продолжить пробежку, но…
Но в моей голове вдруг всплывает пугающая мысль, которая кидает на чашу весов к симпатии к Диме ещё один плюсик.
Потому что я вдруг подумала, что если он всегда будет так реагировать на мой пирсинг, я готова проколоть себе что угодно…
— Лапина, ты точно влипла, — бурчу под нос, грустно вздыхая.
***
Ничего нет хуже утра понедельника, когда ты спал катастрофически мало, а впереди четыре пары, из которых три семинара. Есть только дополнение к ужасному: обещанная самой себе пробежка.
Когда я предложила Аньке побегать со мной, она рассмеялась в трубку так громко, что я почти оглохла, и вот вторая моя пробежка прошла снова в компании Димы. Спокойного, что немаловажно, и такая компания в принципе была мне по душе, если не брать в расчет тот момент, что мне пришлось париться в толстовке, чтобы меня опять не прибили к дереву.
— Завтра доклад, — говорит Дима, когда мы уже идём к выходу из парка. Пробежка высосала все силы, какие мне ещё пары? Дайте сдохнуть, — который вы с Андреем должны были готовить. Есть подозрения, что вы не успели ничего сделать…
— Подойду сегодня к нему, — мысленно хлопаю себя по лбу. Забыть про доклад? Серьезно, Лапина? — Думаю, один вечер спокойного сидения за методичками нам поможет. Я готовила темы, так что делать не особенно много. Пусть приходит ко мне, быстро все сделаем.
— Побыть с тобой? — Дима улыбается, а я только хочу согласиться, как прикусываю язык. Он же не нянька мне, в конце концов. И не может быть всегда рядом, как бы не хотелось. Да и тем более с Андреем вроде все решилось в лучшую сторону, так что бояться нечего.
— Если ты захочешь зайти на чай, кофе, мандаринки или очередной сопливый фильм, то я всегда жду.
— А разве не так работает дружба, цыпленок? — он щелкает меня по носу, а я вздыхаю. Ага. Так и работает. Друзей целуют до потери памяти, признаются, что хотят, зажимают у деревьев, пялятся на голый торс, мечтая послать всю эту дружбу к черту. Так и работает дружба, да, Дим. Так и работает…
— Встретимся через полтора часа на парах, цыпленок, — кривляю его и ухожу в сторону дома, мигом потеряв улыбку. Мне кажется, я схожу с ума… А можно психолога?
***
— Зачем тебе психолог, когда есть я? — и правда. Я так сильно люблю свою подругу, что она в последнее время — единственное, что меня радует. Мы встретились как и всегда перед парами, и эти десять минут до корпуса всегда оказывались лучшими минутами всего дня.
— И то верно, — смеюсь, поправляя волосы. — Я просто правда с ума схожу уже. Сама себя не понимаю. Что мне надо, что нет, кто нравится, а кто не нравится. Ещё и Дима вообще не помогает, а наоборот, кажется, ещё сильнее путает. Короче, сложно…
— Ну, Дима простой парень. А с такими обычно сложнее всего. Он живёт как ему вздумается, а тебе страдай от этого, потому что уклады жизни разные, — Анька пожимает плечами и кивает куда-то направо. — Вот, смотри.
Я поворачиваю голову и хмурюсь, не понимая, что происходит. У входа в корпус стоит Дима, рядом с ним какая-то девушка, и Дима, кажется, не в лучшем расположении духа. Он что-то говорит ей, жестикулирует, явно злится. Что происходит…
— А кто это? — внутри внезапно поднимается волна негодования, и я все больше убеждаюсь в том, что бесповоротно тону в этом парне. Меня раздражает, что он зол, меня бесит, что она стоит к нему сильно близко, пытаясь поймать руками запястья. И меня бесит, что я ничего не слышу. Сложно, вообще-то.
— А это Маша, — к нам с Аней подошёл Андрей, и я вздрогнула от неожиданности и громкого голоса. — Школьная неудавшаяся любовь Димы. Ну, точнее… Короче, там долгая история, и…
— И мы в курсе нее, — мне плевать, даже если нельзя было Андрею знать, что Дима все рассказал нам. Мне просто надо все узнать.
— Это та, что живет у бабушки в деревне и чуть ли не в монастырь ушла? Как-то не очень похожа, — кривится Аня, и я киваю. На самом деле. Обычная девочка, даже симпатичная, чего уж там.
— Ну, во-первых, возраст, во-вторых время прошло, в-третьих психологи творят чудеса.
— А что она от Димы то хочет? — мне правда интересно. Настолько, что я хочу бросить Аню с Андреем и убежать подслушивать.
— Она ему уже полчаса заливает о любви, чувствах и говорит, что была не права. Вернуть его хочет.
Что она хочет?
Глава 15
Если ты сомневаешься в чувствах к мужчине и не можешь понять, влюбилась или ещё нет, есть один простой способ: посмотри на него с другой девушкой. Сердце подскажет, что ты испытываешь к человеку.