Ты будешь моей
Шрифт:
– Вы, мальчики, должны заботиться об этой девушке. Смотрите, иначе я...
Она не закончила своей фразы. По взгляду Вудроу она поняла, что беспокоиться незачем.
— Мэгги теперь носит фамилию Таннер, — ответил Вудроу. — А мы всегда заботимся о своих.
Дикси одобрительно кивнула, будто он прошел некое испытание.
— Семья для этого и существует, — констатировала она, затем перевела взгляд на Элизабет.
– Вам не надо говорить, кто вы, — проговорила она. Вы — сестра Стар.
— Рене, - машинально поправила Элизабет, затем удивленно
Дикси махнула рукой в сторону своего кабинета.
— Во-первых, вы похожи на нее, — сказала она, проходя внутрь. Она села в кресло, стоявшее за заваленным бумагами столом, затем затушила сигарету и, поглаживая рукой живот, откинулась на спинку. — Во-вторых, Мэгги говорила мне, что вы живете в городе.
Вудроу подозревал: его невестка поделилась с Дикси своим страхом, что Элизабет заберет Лауру. Женщина послабее не выдержала бы яростного взгляда Дикси, но, к удивлению Вудроу и его восхищению, доктор вздернула подбородок и прямо взглянула ей в глаза.
— Уверяю вас, цель моего прихода — вовсе не причинить вред кому-либо.
— Так зачем вы здесь? — бросила Дикси.
Хотя взгляд Элизабет оставался твердым, Вудроу заметил, как у нее слегка подрагивают пальцы .
— Я надеюсь, вы расскажете мне что-нибудь о моей сестре.
– Она — ваша сестра, — ядовито заметила Дикси, — и мне кажется, вы должны знать о ней больше, чем я .
Элизабет опустила голову, затем подняла ее, и в глазах ее вспыхнул огонь.
— Рене — или Стар, как вы ее здесь называете, — давно порвала со своей семьей. Последний раз я видела ее пять лет назад, когда она приезжала на похороны матери. Мне бы хотелось сказать, что она любила нашу мать или, по крайней мере, уважала ее. — Губы ее задрожали, на нее нахлынули тяжелые воспоминания, но она взяла себя в руки. — Но она приехала только для того, чтобы получить свою часть наследства.
Вудроу показалось, он заметил во взгляде Дикси интерес, но бывалая дама не раскрыла своих чувств.
– Так что вы хотите узнать? — отрывисто спросила она.
Элизабет беспомощно вздохнула.
— Все, что вы можете о ней рассказать. Где она жила, с кем дружила, какую вела жизнь, почему приехала сюда...
Задумавшись, Дикси потянулась за пачкой сигарет.
— У Стар не было друзей, — сказала она, доставая из кармана зажигалку. Она глубоко затянулась и выпустила струю дыма. — Кроме Мэгги, конечно.
— А что вы скажете насчет мужчин? — Элизабет, словно извиняясь, взглянула на Вудроу. — Я знаю, у нее был роман с отцом Вудроу.
— Да уж, у отца Вудроу был... роман... с ней и еще с большей частью женщин в штате, — пробормотала Дикси, затем отмахнулась сигаретой. — Если вас это немного успокоит, то скажу, что он был единственным мужчиной, с которым путалась Стар.
– Она сложила губы и взглянула на Вудроу. — Я не знаю, какая женщина может устоять против мужчины из семьи Вудроу.
Щеки Элизабет вспыхнули, ведь один из Таннеров казался ей просто неотразимым.
— Но почему
Дикси фыркнула.
— Потому же, почему приезжают сюда одинокие девушки из других городов. Она последовала за одним солдатом, который здесь квартировался. Она сказала мне, что познакомилась с этим парнем в Лас-Вегасе и он позвал ее сюда, якобы чтобы вместе жить, но, когда она приехала, он смылся, оставив ее в бедственном положении. — Она пожала плечом. — Где здесь правда, а где ложь, я не могу вам сказать, но эту историю я слышала много раз.
Элизабет сидела, задумавшись. Нахмурив брови, Дикси затушила сигарету и потянулась за другой.
— И почему она связалась с таким человеком, как Бак Таннер, она никогда не говорила, хотя у меня были свои предположения.
— Его деньги? — безучастно спросила Элизабет.
— И это тоже, — мрачным тоном произнесла Дикси. — Она поразила меня своей жаждой золота.
Поверьте, я не хочу вас обидеть, — быстро добавила она.
Элизабет судорожно вздохнула.
— Никаких обид. Я знаю о пагубных наклонностях своей сестры.
Дикси с мрачным видом кивнула.
— Она и получила свою долю, но я думаю, она выбрала Бака еще и потому, что видела в нем отца.
Элизабет нахмурилась.
— Возможно, вы правы, — сказала она. — Когда умер наш отец, Рене была совсем ребенком.
— Я таких девушек немало повидала, — произнесла Дикси, за плечами которой был двадцатилетний опыт владелицы бара.
– В юности они вели разгульную жизнь, потом находили какого-нибудь чудаковатого старикашку, думая, что он даст им любовь и ощущение безопасности, которых им так не хватало в жизни.
– Она помахала сигаретой перед лицом Элизабет.
– Черт возьми, вы слушаете меня? Я тут разоткровенничалась, как не откровенничала еще, наверно, ни разу в жизни.
– Я вам очень благодарна, - искренне сказала Элизабет, затем взглянула на Вудроу. — Я думаю, мы уже отняли много времени у Дикси. — Встав, она протянула ей руку. — Спасибо вам, Дикси. И не только за то, что поговорили со мной, а за все, что вы сделали для Рене.
Польщенная, Дикси глубоко затянулась сигаретой, затем, бросив окурок в пепельницу, тоже встала.
— Не думайте, будто я такая уж мягкосердечная, — грубовато произнесла она. — Девочки приходят ко мне, спрашивают работу, и если у меня есть вакансия, я их беру. Поверьте, она заработала те деньги, которые я ей давала.
Элизабет скрыла улыбку, догадавшись, что эта женщина изо всех сил пытается скрыть свою добрую душу.
— А мне кажется, вы считали каждую из этих девушек членом своей семьи.
Дикси вздернула подбородок.
— Возможно. Когда у вас нет семьи, вы пытаетесь создать ее всеми возможными способами. Родство не имеет значения. — Она прижала кулак к груди, глаза ее загорелись огнем. — Важно то, что у вас в сердце.
ГЛАВА ШЕСТАЯ