Ты моя надежда
Шрифт:
Пролог
Этот неповторимый звук, единство с ветром и ощущение открытого пространства. Именно в этот момент я по-настоящему живу и чувствую. Адреналин заполняет все клетки моего тела до отказа. Я расслаблен и несусь вперед, уверенно обгоняя машины, которые остаются тусклыми точками в моих зеркалах заднего вида. Мой верный друг и спутник жизни - красный Харлей, везет меня в счастливое завтра. Больше нет смысла убиваться, ничего не вернешь.
Когда-то давно, такое чувство, что это было в прошлой жизни, мои родители были живы. Я старался только ради них. Учеба, хорошие оценки, поступление в колледж с перспективой устройства на работу по специальности. И в один день все рухнуло. Их не стало. Я
И я решился. Терять было уже нечего. Жизнь? А что она стоит? Если нет никого, кто может разделить ее с тобой. Именно поэтому сейчас я имею гораздо больше, чем другие. Хотя у меня нет одного, а вернее той одной единственной девушки, которую я смогу в дальнейшем назвать женой...
Что это? Где я? Огляделся по сторонам. Вокруг поле с высокой зеленой травой. Я же ехал по трассе. Как я оказался здесь? Вдалеке стоит кирпичный дом, а возле него играет мальчик с кудрявой шевелюрой. 'Это я', - догадался и побежал к нашему дому. Господи, как давно я здесь не был. А отец? Где он сейчас? И мама? Она, наверное, как всегда печет свои несравненные яблочные пироги. Мой рот моментально наполнился слюной. Кажется, я до сих пор могу ощутить их аромат и вкус.
– Милый, беги мыть руки, - раздался голос из дома.
Да, я был прав. Направился следом за мальчишкой. Стол застелен белой скатертью, кружки дымятся от горячего чая, а в центре стола большая тарелка с пирогом.
– Присаживайся и ешь, - пододвинула мне мама тарелку с одним куском.
– А где папа?
– спросил маленький я с набитым ртом.
– Маркус, сколько раз говорить, - закатывает она глаза к потолку.
– Сначала прожуй, а потом задавай вопросы.
Как странно, я их вижу и могу потрогать предметы, но они меня не замечают. Как будто я призрак.
– Так где папа?
– прерывает мои мысли парень.
– Он в кабинете, скоро подойдет, - села напротив меня мама.
– Я уже здесь. М, - потянул мужчина носом запах.
– Яблочный пирог, дорогая, ты нас совсем разбаловала, - потрепал он пацана по волосам, а жену поцеловал в губы.
Затем прошел в коридор со своим странным чемоданчиком. Я никогда не знал, что там у отца. Он это тщательно скрывал. Только однажды, когда я стал старше, папа сказал:
– Маркус, я не знаю, что будет завтра со мной или с мамой. Но если нас вдруг не станет, постарайся начать новую жизнь. Просто уезжай, как можно дальше и не оглядывайся. А если все же прошлое тебя настигнет, ты знаешь, где найти помощь.
– он дал мне листок с кодом от ячейки в хранилище.
– Что там, отец?
– посмотрел я на шесть цифр.
– Я не могу тебе сказать. Просто знай, если твоей жизни будет угрожать опасность, ты все нужное найдешь там.
И я исполнил его просьбу, как только они погибли при очень загадочных обстоятельствах, я уехал, так и не открыв ту ячейку. А сейчас я в нашем доме, но не могу понять, как здесь оказался? Неужели умер?
Резкая боль во всем теле. Это невыносимо. Я как будто сгораю изнутри. Хочется кричать, но я не могу. Как будто мой рот чем-то закрыт. Мне это жутко мешает. Затем картинка меняется и вместе с ней уходит боль. Я снова на трассе мчусь обгоняя ветер. Какая-то сумасшедшая вылетает на дорогу, но я успеваю нажать тормоз. Меня слегка заносит в бок, но никто не пострадал. Она срывается с мотоцикла и что-то кричит, но я уже ничего не слышу и не вижу. Одна картинка сменяет другую. Это Ламия, я вспомнил. Она оборотень. Как странно, меня эта мысль ни сколько не пугает. Затем этот взрыв огненных волос. Бешеный темперамент скрывает сильную боль. Майина. Я думал, что ненавижу эту высокомерную
Алек - Люциан? Теперь меня перенесли в камеру, где к цепям прикована Ламия. Я с пистолетом в руках. Димитрис пытается отвлечь этого психа, а моя задача выбить его нож из руки. И мне это удается. Какое-то время они борются, но Алеку удается вырваться, и, обратившись, он прыгает на Ламию. Нет, я должен ее защитить.
Это жжение словно разрывает мое тело на части, голова вот-вот взорвется. Я ничего не вижу, одна сплошная темнота. Затем слепящий красный свет и снова тьма. Там так хорошо и спокойно. И снова боль. Кто меня так мучает?
Может это Алек издевается, растягивая свое больное удовольствие. Ламия, мне нельзя умирать. Димитриса не видно. Кто ее защитит от этого монстра?
Где-то вдалеке раздаются всхлипы.
– Не смей умирать! Я люблю тебя!
– Ламия...
– слышу я собственный хрип, а глаза режет от белого света.
– Слава богу, он очнулся, - какое-то шевеление рядом, тихие голоса.
Где я? Что со мной? Почему я не могу двигаться? Я чувствую, как мое тело снова начинает впадать в жар. Все кости словно ломает. Жуткая боль. Кровь проносится по венам в два раза быстрее. Руки покрываются шерстью. Я пытаюсь перевернуться на бок. Мне жутко неудобно.
Почему все затихли?
– Он...
– слышу испуганный голос в стороне.
– Он обращается, Ламия... Он оборотень!
– Ничего не понимаю...
Глава 1
Майина
От услышанного я перестала вырываться из хватки Димитриса и застыла на месте. Он до сих пор любит ее, до сих пор думает только о ней. Какая же я дура! Сердце прострелило жуткой болью от того, что я ошиблась. Как же больно! Почему это происходит со мной? Почему я полюбила его? Теперь он ягуар и моя защита ему ни к чему. Больше нас ничего не связывает.
Тело Маркуса покрывается черной шерстью. Он кричит от боли, а комнату наполняет звук треска его костей. Первый оборот всегда очень болезненный, но он справится. Теперь я знаю, что он жив и у него все будет хорошо, поэтому мне здесь делать больше нечего.
– Отпусти меня, - прошептала дрожащим голосом Димитрису, жадно глотая воздух.
– Майина...
– Не надо, - грубо прервала его.
– Просто отпусти.
Димитрис тут же расслабил хватку, а я, почувствовав свободу, обратилась и бросилась прочь из больницы. Не разбирая дороги, просто бежала вперед и молилась, чтобы боль утихла, чтобы чувства к Маркусу ушли и оставили меня в покое. Я никогда не ощущала подобного и всегда думала, что никогда не полюблю, никогда не доверюсь мужчине, но Маркус... Он привлек меня с первого взгляда и плотно засел в мыслях. Два месяца, что он находился в коме, стали моим личным адом. Если бы он погиб, скорее всего я бы отправилась за ним. Жизнь в мире, в котором нет его, была бы для меня пыткой, но теперь с ним все будет хорошо. Пусть он и не со мной, пусть любит другую, но он жив, а я сделаю все для того, чтобы он никогда не узнал о том, что в моей душе.
Мысли о Маркусе сменились жуткими воспоминаниями. Я старалась выжечь ими свою любовь, напомнить себе о том, какую боль могут причинить мужчины. Перед глазами встал отец, который по жестокости не отставал от своего альфы - Люциана, отца Ламии. Каждый день он приходил к нам с мамой. Он грубо насиловал ее, а меня избивал до бессознательного состояния. Так происходило вплоть до моего пятнадцатилетия, а дальше... Дальше отец продал меня Рею. Я помню нашу первую встречу, словно это было вчера.