Тюремщик
Шрифт:
Кстати, Фитц жил рядом со своим складом, дверь в дверь, но я до этого лишь раз была в его комнате и сейчас разглядывала массивную надежную мебель из кpасного дерева и скупую обстановку.
– Нет, – ответила я с легким опозданием.
– Меня переселяют на седьмой верхний.
Гном нахмурился и закрыл плотно дверь.
– К Мишелю, значит?
– спросил угрюмо.
– Вы знаете о нем?
– Конечно, знаю.
– Гном забрался на низкий стул напротив и подпер кулаком щеку.
– Но остальные ребята нет,так что держи язык за зубами. Я был здесь, когда Армана Ферри назначили на должность тюремщика,
– Почему?
Фитц развел руками.
– Он не из общительных.
А мне так не показалось. Но, может, Арман прав, и дело в том, что я девушка?
– Сколько у Шелла было гувернеров? – спросила я.
– До вас шестеро, - ответил Фитц.
– Проще было, когда он лежал в своей колыбельке. Милейшеe дитя. Тогда я ещё захаживал в гости к Ферри. Супруга рмана была очень красивой девушкой, гостеприимной хозяйкой. Увы, Атеррас быстро сводит с ума.
– Что с ней случилось?
– Я вспомнила жуткие слова Мишеля.
– Покончила с собой, - подтвердил Фитц мою догадку. – После этого Арман никого не впускал в свои комнаты. Сначала пытался справиться сам. Пока Шелл был крохой, это как-то удавалось, но Атеррас требует полной сосредоточенности, а мальчишка быстро растет и свел дружбу с местными духами. Они считают его своим, а он и рад. Года три назад Арман нанял первого гувернера. Я знаю, потому что видал этого малого. Он с нами не знался, конечно,и сюда не спускался, но пару раз сталкивались . Парень прослужил месяца три и сбежал. Второй пробыл и того меньше. Шестой исчез с полгода назад, и рман сдался. А теперь, вижу, решил сменить тактику. Но знаешь что, милая? Будь осторожнее. Дети зачастую жестоки. Да и Шелл растет в мире духов, а им чуждо все человеческое. Возможно, решение господина Ферри сделать тебя няей Мишеля является единственно верным. Мальчику нужно человеческое общество,и особенно женское, а ты хорошая девочка, малышка. Но, надеюсь, и о нас ты не забудешь.
– Конечно, господин Фитц, - горячо заверила я.
– Мои обязанности остаются прежними,так что будем видеться так же часто.
– Это радует, – гном усмехнулся в окладистую бороду. – Тогда пойдем завтракать? Тайнеке и Лиси, конечно, балуют твоего нового подопечного, но у нас порции больше.
Я рассмеялась. Напряжение медленно отпускало, и казалось, что впереди ждет хоть что-то хорошее. По крайней мере, мне хотелось побыть с Шеллом. н был очаровательно-трогательным,и в то же время слишком взрослым для своих шести лет. Мне было жаль ребенка, лишенного детства здесь, в тюремных застенках.
За завтраком царила привычная мрачноватая атмосфера. Несмотря на то, что я уже почти месяц проработала в Атеррасе, не могла похвастаться, что успела узнать хоть кого-то из мужчин-служащих лучше. Они не раскрывали свои тайны, да и я не стремилась делиться своими. А еще сегодня Люциан ждал от меня нового послания. Но я уже решила, что не расскажу о новом назначении. Пусть считает, что по-прежнему мою камеры и разношу еду.
После завтрака я развезла еду на третий и четвертый уровни. Урок я усвоила и с заключенными не заговаривала. Но ои будто четко знали, что перед ними девушка. Кричали, свистели,
– Эй, красавица! – Меня в очередной раз попытались схватить за руку.
– Что же ты молчишь?
Я отскочила от двери.
– Будете мешать, не получите завтрак, - пригрозила невидимому заключенному.
– О, как ты сурова! Сжалься над несчастными, – засмеялся он, а я торопливо поставила тарелку, дождалась, пока она иcчезнет,и закрыла окошко. На этот раз Брист не явился по мою душу. Духи тюрьмы промолчали? Чего они дoбивались? Я пыталась понять, но не могла.
Когда тележка опустела, я вернула ее на кухню, а сама прошла в комнату. Арман, видимо, ждал этого момента, потому что почти сразу появился у моих дверей.
– Вы готовы, госпожа Делкотт? – спросил он.
– Готова, – ответила я, ещё раз осматривая комнатушку, которая стала для меня привычной.
– А уборка?
– С уборкой справятся и без вас. На эту неделю я освобождаю вас от этой части обязанностей, а дальше взглянем, сколько у вас будет свободного времеи.
Учитывая маленького ребенка? Вряд ли много, но сейчас действительно было рано об этом говорить, так что я только согласно кивнула. А Арман забрал у меня сумку и пошел вперед. Я даже не удивилась, когда прямо перед ним возникли ступеньки, ведущие наверх. Вот только подъем на семь этажей сложно было назвать легким.
– Кстати, артефакт готов.
– Арман остановился где-то между пятым и шестым, заметив, что я запыхалась,и протянул мне золотого паучка. – Прислоните к стене,и откроется ход на первый этаж.
– Благодарю, – ответила ему, сжимая в руке новый подарок. Сколько таких паучков разбросано по Атеррасу? Хотя, мне почему-то казалось, что немного. А Арман уже продолжил подъем и толкнул еще одну массивную дверь. Наконец-то седьмoй верхний. Я узнала светлую обивку стен. Она тоже не выглядела слишком новой, но все же приятнее, чем этажом ниже.
– Я отвел вам комнату, где жили бывшие гувернеры Шелла, - говорил Арман на ходу.
– Можете переделать ее по своему вкусу. Если что-то нужно привезти из города, говорите.
– Пошлете Бриста?
– спросила я.
– Нет, на этот раз схожу сам, – спокойно ответил тюремщик. – Брист может принести какую-то мелочь.
– рман, простите мою нескромность, но почему в городке закрыли все магазинчики при вашем появлении?
Конечно, вопрос действительно был не из самых вежливых, но что-то не вязалось в голове. Арман не походил на того монстра, которым все его описывали.
– Боятся, что уведу в Атеррас, - едва заметная усмешка скользнула по губам тюремщика.
– А вы часто кого-то уводите?
– Иногда приходится, – ответил он. – Преступники сами приходят к Атеррасу,так что забирать их – тоже часть моей рабoты.
– Сами приходят?
– Я удивленно застыла.
– Да.
– Арман равнодушно кивнул. – Есть ряд заклинаний,который заставляет это делать, но для того, чтобы наложить подобное, необходимо выполнить oчень много условий, поэтому проще арестовать и привезти без лишних хлопот. Однако бывают случаи, когда преступника не могут найти. И если есть, допустим, следы его крови, можно привязать его к Атеррасу. Рано или поздно он придет.