У нас в космосе...
Шрифт:
— Что же вы едите? — поинтересовался путешественник.
— Вшо, што под руку попадетша, — прошепелявили сладкоежки.
— А что же вшо… тьфу, все-таки вам попадается под руку?
— Чаще вшего торты. Они у наш под деревьями раштут. А по вошкрешеньям прямо ш неба шыплютша.
— Ого! — поразился Космонавт.
— А по опушкам пошле дожджа пирожные шобираем. Чашто
— Ух ты! — удивился Космонавт.
— А жимой — крашота! — разошлись сладкоежки. — Вмешто шнега — мороженое. Шловом, живем, не тужим. Только штрадаем: жубы бешпокоят. Никуда не годятша нашы жубы.
— А вы бы отказались от сладкого! — воскликнул Космонавт.
— Ты што, ш ума шпятил? — загомонили возмущенные сладкоежки. — Откажатшя от шладоштей? Да они ведь бешплатные! Ешли бы не жубы, жнаешь, как бы мы ражвернулишь…
— Неужели среди вас нет никого со здоровыми зубами? — спросил Космонавт.
— В шемье не беж урода. Живет один… Редишку выращивает, шалат. Капуштой хруштит, аж жа ушами пишшит.
— Вот и вы бы овощами питались. От них ведь зубы только здоровее становятся.
— Ты што, не понимаеш или притворяешша? — насупились сладкоежки. — Пирожные, паштила и жефиры — вше-вше даром. А капушту твою ш петрушкой выращивачь надо. Шначала жемлю вшкопачь, потом шемена пошадичь. Потом ждачь, пока вжойдет. А тут вше под рукой и даже ногой. Ешь школько влежет.
— И много влезает?
— Много. От пужа. Видал наши животы? То-то же. А потому што — беш-плат-но. Уражумел?
— Уразумел, — усмехнулся Космонавт. — А неужели ваш огородник никогда не ест сладкого?
— Почему не ешь? — опечалились сладкоежки. — Ещо как упишивает. На третье. Дешерт называетшя. Тьфу! Глажа б наши его не видели. Ой, жубы!..
— Не понимаю, — сказал Космонавт. — Почему бы и вам все-таки не попробовать: сначала овощи, фрукты, а потом уж…
— Ты што, иждеваешшя? — рассердились сладкоежки. — Кому шкажано: вше-вше-вше до пошледнего пирожного бешплатно. Кто же от этого откажетшя? Дурак набитый — и тот не откажетшя. — И все-таки не пойму я вас, — покачал головой Космонавт. — Получается, вы сами себе добра не хотите.
— Мы уже битый чаш тебе толкуем: трудитша не хотим. Зачем, когда вше шладошти бешплатные? А ты бештолковый. Терпение наше лопнуло. Вот как вымажем кремом, а шверху широпом польем, будеш жначь, как нашмехачша! — рассерчавшие сладкоежки суетились перед пришельцем, но в драку не вступали. Руки были заняты: за щеки держались.
Тут откуда-то приползла туча с розовым брюхом. Она заурчала сыто. Из нее полился малиновый сироп, градом посыпались слоеные трубочки, пирожные. Шлепнулось несколько здоровенных тортов.
— Обедать пора! Обедать… —
Они жадно хватали сладости, запихивали в рот, уписывали за обе щеки. Давились, кашляли, запивали лимонадом и снова накидывались на даровое угощение. Кто-то поскользнулся и шлепнулся в лужу из крема. Никто и не подумал помочь ему. А упавший лежа загребал крем в рот.
Над сладкой планетой стояло звучное сопенье и чавканье. Наконец все насытились.
— Ой! — вскрикнул один сладкоежка. И словно подал сигнал.
— Ай! — подхватил другой.
— Уй-юй-юй! — завопил, заныл, застонал дружный хор. — Жубы наши бедные!.. Жубы наши нешчаштные!.. Ну што ш вами, жубы проклятые, делачь?..
— Ай!
— Ой!
— Уй-юй-юй!..
«Поскорее отсюда, — решил Космонавт. — Не нужна этим лентяям помощь. В конце концов, зубная боль подскажет им, что делать».
— Эй, тортоеды! — крикнул насмешливо Космонавт сверху. — Подумайте все-таки хорошенько: от редиски и капусты зубы не болят…
Объевшиеся сладкоежки не ответили. Не было сил. Их сморил тяжелый, мармеладный сон. Они лежали раздувшимися животами кверху и дружно стонали. И только один из них не поленился и швырнул в обидчика тортом.
Космонавт ловко поймал его.
— Спасибо, приятель! — крикнул он. — Мне на неделю хватит.
И спрятал торт в холодильник.
Звездолет медленно взлетел в облаках розовой зефирной пыли.
— Ну и планета! — восхитился Обитатель-с-Ночником. — Вот бы очутиться на ней. Хотя… — Он потрогал свои щеки. — Нет уж. Здоровые зубы дороже. Но разочек бы туда попасть, а? Как ты считаешь?
— Разочек можно, — согласился Обитатель-с-Книгой. — На зарядку становись!
— Ты что? — испугался Обитатель-с-Ночником. — Какая может быть сейчас зарядка?
— Ну-ну, — усмехнулся Обитатель-с-Книгой. — Можешь лежать спокойно. Это всего лишь название следующей главы.
— Уф, — облегченно вздохнул Обитатель-с-Ночником. — Ты хоть предупреждай, что шутишь… Ладно, читай про зарядку, — он улегся поудобней. — Я слушаю.
НА ЗАРЯДКУ СТАНОВИСЬ!
Эти холмы Космонавт заметил еще сверху. Уж очень правильно были расположены они. И Космонавт решил при случае покопаться в тех местах.
Приземлился путешественник в обитаемой части планеты. Обитатели добродушно смотрели на гостя. Они улыбались радушно, приветливо, но к пришельцу не подходили. И не мудрено: толстые, неуклюжие, кряхтящие, пыхтящие. Повернутся с боку на бок, а потом никак отдышаться не могут.
— Здравствуйте, ребята! — поздоровался Космонавт. — Если так будет продолжаться, жизнь на вашей планете просто прекратится.
— Я уже все перепробовал, — с одышкой сказал кто-то сзади. — Ничто не помогает.
Космонавт оглянулся.