Убить Бенду
Шрифт:
– Они хотели убить Бенду – прошептала одна.
– Оставаться здесь опасно для вас. Так как выход завалило, выбираться придется другим путем. Могу я помочь вам чем-нибудь? Я с оруженосцем через катакомбы пришел сюда из города. Думаю, можно этим же путем вернуться обратно. Если удастся определить, по какому коридору мы прибыли, то вы смогли бы двинуться по нему, а я бы задержал здесь этих господ, чтобы вы продолжали путь без опаски.
– Но... энц рыцарь... нам не надо в город! – прошептала та же дама.
– Мне надо, – мягко произнесла другая, которую назвали Бендой.
–
– Куда?
Арчибальд терпеливо ждал, когда дамы разберутся. Однако первая девушка замолчала, и вторая тоже. Тогда рыцарь снова заговорил:
– Простите, что вмешиваюсь. Дело в том, что мы находимся в катакомбах, где множество запутанных ходов. Мой оруженосец, хоть и не в первый раз здесь, заблудился, и в результате шли мы втрое дольше, чем должны были. И если вы... – Арчибальд помедлил, потом спросил: – Вы знаете дорогу?
«Как он с бабами-то разговорчив! – Юлий держал лошадей и прислушивался к тихим голосам. – Мне же только: «Молчи, молчи!» Каково? А если я сейчас возьму лошадей, да и уйду? Разбирайтесь без меня! Коней продам и с торговым караваном уеду куда подальше! Зачем только?.. Можно и без лошадей, а то их слышно издалека. Один я легко уйду. По дыркам соображу направление...»
Рядом послышался шорох.
– А! – Юлий подскочил и нырнул у лошадей под мордами к стене. Недовольный его маневром конь коротко заржал, стукнул копытом около ботинка оруженосца, но тот не отдернул ногу, напряженно вслушиваясь. Снова шорох... Юлий сжался, мечтая врасти в стену.
Ш-шух... ш-шух...
Он осторожно поднял руку потянулся к рукояти притороченного к седлу рыцаря кинжала.
Ш-шух... ш-шух... шлеп!
– Фу-у! – Юлий выпрямился и шумно выдохнул. Да это лошадь хвостом задевает за стену, а вовсе не Кривой подбирается к нему, чтобы отомстить!
Юлий отер вспотевший лоб и остался стоять на месте, навострив уши.
«Преступники должны быть наказаны! – твердил себе Канерва, нащупывая в темноте путь. – Бандит, державший в страхе весь город целых двадцать лет! И этот наглый рыцарь, покалечивший моего лейтенанта! Не из лучших, правда... Но из городской стражи! Моего подчиненного! Он оскорбил в моем лице корону и государя, закон и королевство! Немедленно убить их: взять в плен обоих у меня все равно не выйдет».
Но несмотря на пламенную внутреннюю речь, лезвие меча лорда смотрело в сторону Бенды, плакало без крови колдуна.
«Вырезать его мерзкое сердце... и скормить ему же... пусть знает... на всю жизнь запомнит!.. Ненавистный колдун должен быть где-то рядом!»
Меч Канервы, коротко звякнув, наткнулся на невидимую преграду, и лорд остановился.
– Я бы не советовал вам продолжать движение в этом направлении, – любезно произнес рыцарь. – Сворачивайте, ваша светлость, двигайте в другую сторону.
– Вас не спросили, – прошипел Канерва, отводя рыцарский меч. – Иду куда хочу, и никто мне не помешает.
Снова короткий звяк – и в грудь Канерве уперлось острие.
– Идите куда хотите, но только не в сторону дам, – предупредил
Канерва отпрянул, скрипнув от ярости зубами. Краем сознания он понимал, что ведет себя глупо, но не мог преодолеть тягу к колдуну. Полгода мечтать о встрече и, когда она наконец состоялась, не иметь возможности выполнить задуманное!
Чтобы успокоиться, лорд Мельсон глубоко вдохнул прохладный пещерный воздух – и закашлялся: там до сих пор висела пыль. Отойдя еще на шаг, он прочистил горло, после чего снова осторожно двинулся вперед. И вновь наткнулся на острие рыцарского меча.
– Вы арестованы! – выкрикнул Канерва. – Вложите оружие в ножны и передайте его мне!
– Ну да, сейчас, – отозвался рыцарь.
– Когда мы вернемся в город, вас повесят! Как бродягу! – Канерва не был уверен, что он выберется отсюда, но молчать не мог.
– Я не собираюсь возвращаться в ваш поганый городишко, – произнес холодно из темноты рыцарь.
– А придется! – Канерва лихорадочно пытался вспомнить из наскоро набросанного королем плана, куда ведут выходы из подземелья. Все или почти все вели в город, а этот засыпало, похоже, наглухо. Он засмеялся: – Если вы не решили умереть прямо здесь, то вернуться вам придется!
– Значит, мне придется вас убить, – пробормотал рыцарь.
Канерва торопливо отодвинулся. Наступил на камень, пятка соскользнула с гладкой поверхности, нога подогнулась, и лорд свалился в пыль. Под ним хрустнуло. Канерва перекатился на живот, уперся рукой в пол, чтобы вскочить – он ожидал немедленной атаки рыцаря, – и замер, стоя на карачках. Под его ладонью оказалась чья-то рука, согнутые в кулак пальцы держали рукоять небольшого ножа вроде охотничьего. Около уха раздался вопль:
– Ну че, отпустите! Больно же!
От крика по пещере волнами разошлось эхо.
Юлий подскочил, схватился за луку и взлетел в седло без помощи стремян – лошадь не успела и фыркнуть. Улегшись на ее теплую шею щекой, чтобы не наглотаться гривы, Юлий стал лихорадочно шарить по сумкам. Кремень и кресало уже у него в кармане, а где факел? Это он? Оруженосец щелкнул раз, другой, посыпались икры – и занялся огонь.
Алиция, ойкнув, прижалась к Бенде, вцепившись в рубашку. И когда горячая ладонь погладила ее по волосам, по плечу, девушка почувствовала, как страх отпускает ее – страх перед бандитом. Но тут же вкрался другой: почему Бенда не обнял ее? Неужели она не сумела произвести впечатление? И Алиция, испугавшись, прижалась крепче, обвив руками покатые плечи.
Вздрогнув, Арчибальд опустил занесенный над головой лорда меч, сделал шаг назад. Вместо сгустков чернильного мрака в темноте, пятен тяжести в пространстве появились сначала силуэты, затем фигуры полностью. Зыбкие, темно-серые, однако вполне различимые в окружающем сумраке. Арчибальд видел, что лорд стоит раком, наступив на руку распластавшемуся на полу парню, который сжимает нож, а за парнем присел лягушачий господин. Рыцарь различил даже выражение крайнего недовольства на его круглом, бледном, как майский рассветный месяц, лице.