Убить Бенду
Шрифт:
Арчибальд посмотрел на красные мокрые лица стражников:
– Дойду сам, благодарю за помощь! – И, вынув меч, перешагнул через кучу дерьма, чтобы почти сразу исчезнуть в густой тени.
Следом за ним, отлипнув от стены дома неподалеку, в щель скользнул нищий.
Стражники остались стоять на шумной, опаленной солнцем улице.
– Ты чего кричал? – Один из стражников сердито посмотрел на другого. – А вдруг бы испугался, не пошел?
– Ха! – осклабился тот. – Где ты видел рыцаря, который испугался?
– Этот осторожный, – заметил третий, пожилой. – Кто погорячее прирезал бы лейтенанта,
– А я б не заплакал, – засмеялся первый и махнул рукой. – Пойдемте-ка в трактир завалимся, пока господин лейтенант с девицами развлекается. Тут рядом есть один, где варят отличное светлое. И чего мы раньше на эту сторону площади не ходили?
– Ну показывай, – согласился второй. – А давайте поставим по паре грошей на то, докуда дойдет этот парень? Спорю, что и до середины не дойдет, когда его ребята Кривого Пальца прирежут и обчистят!
– Да у него, похоже, и чистить нечего – беден, как церковная мышь, – отозвался басовито третий. – Ставлю два медяка на то, что дальше середины пройдет. Ежели увидит своего оруженосца, небось войдет в раж, так что бандитам придется подмогу звать!
И стражники потопали в трактир, из которого незадолго до этого вышли на свист молодого нищего трое громил.
Ширина переулка была метра три, но так как с обеих сторон его стискивали высокие глухие стены, он представлялся совсем узким. Человеку, которому не посчастливилось попасть сюда, начинало казаться, что он находится на дне глубокой пропасти. Хотя дома, ограждающие эту кишку слева, были не такими уж высокими. Давил на окоем замок. Дома примыкали друг к другу неровно, с зазорами, так что слева имелись многочисленные выступы и ниши, неразличимые в темноте.
Почти сразу, как только вошел в переулок, Арчибальд заткнул нос и стал часто дышать ртом. Ноги разъезжались на осклизлых камнях и хлюпающих отбросах, кучами высившихся под окнами, запертыми ставнями. Рыцарь перешагивал и обходил кучи, но снова и снова вляпывался в грязь и гниль. Один раз он чуть не упал, поскользнувшись. По отбросам сновали крысы. При виде чужака они с писком разбегались и тут же возвращались, когда он проходил на полусогнутых.
Очень скоро рыцарь заметил, что отбросы кончились, а он снова шагает по нормальному булыжнику. Выпрямившись, Арчибальд пошел быстрее. На фоне светлого проема в конце прохода вырисовывался силуэт навьюченной лошади и человека, который копался в поклаже. Рыцарь сжал рукоять меча и двинулся осторожно в густой тени замковой стены, вглядываясь в сумрак перед собой.
Вскоре он различил, что лошадей впереди две, а людей – трое. Один сидит верхом на кобыле, второй держит вороного под уздцы, третий роется в притороченных к седлу коня сумках. И тут нога рыцаря уперлась во что-то мягкое.
Опустив взгляд, Арчибальд увидел своего оруженосца. Тот лежал на спине, раскинув руки, и улыбался перерезанным горлом. Мертвые глаза смотрели в узкую полоску неба.
Арчибальд наклонился, чтобы закрыть их.
Вороной заржал. Коротко стриженный бандит, который его держал, отшатнулся и поэтому не получил в грудь тяжелым копытом от вставшего на дыбы коня. Рыжая кобыла беспокойно переступила с ноги на ногу под тяжелым наездником.
– Держи чертяку, Лысый! – крикнул тот, что
Маленький, коренастый и совершенно лысый бандит подбежал к коротко стриженному, вдвоем они повисли на узде у вороного, с трудом заставляя его стоять на месте.
– Чего творите? Коня не можете удержать? – ругался наездник, пиная лошадь, которая ходила под ним. – И эту держи, Серый, а то я свалюся!
Бандиты висели на узде коня – он топтался в узком пространстве, приподнимая обоих. Маленький попытался схватить вороного за ноздри, но тот вдруг успокоился и встал как вкопанный.
– Слышь, Маста, там вроде добыча пришла, как Сластолюбчик Жан говорил, – ухмыльнулся коротко стриженный, когда конь был усмирен. – Небось хозяина почуял!
Все трое всмотрелись в темноту.
Арчибальд вышел из тени.
Бандиты достали оружие.
– Чего, господин благородный, узнали мальчонку-то? – ухмыльнулся Маста, похожий на донжон в миниатюре: высокий, толстый, и мышцы как булыжники. Он был без рубашки, в кожаной жилетке на голом торсе. Бандит спрыгнул с лошади и подошел ближе.
Арчибальд двинулся вперед. Он не был настроен на переговоры.
– Ну-ну господин рыцарь, не смотрите так зло, – криво улыбнулся Маста, подталкивая вперед приятелей. – Вы обидели нас. В сумках нет ломаного гроша! Вы не доверяли своему оруженосцу? Тогда скажите спасибо, что мы освободили вас от этого воришки, недотепы и труса. И наградите нас, ведь нам пришлось потрудиться, бегая за красавчиком! – Бандит рассмеялся, но его никто не поддержал.
Коротко стриженный, которого назвали Серым, сделал выпад длинным ножом, метя рыцарю в бок. Арчибальд, шагнув влево, поймал лезвие мечом снизу, отразил выпад – клинки зазвенели. Шагнул вперед, рубанул сверху – нож отлетел вместе с пальцами. Ударом снизу рыцарь встретил меч лысого бандита. Тот отпрыгнул. К рыцарю подскочил Маста. Арчибальд отклонился, защитившись кинжалом, одновременно ударил. Нож поцарапал рыцарю бедро, а меч до половины вошел в бок бандита. Маста упал.
Лысый старался отодвинуть рыцаря к Серому, который левой рукой держал веревку, готовясь накинуть ее на шею противнику. Правая висела бездвижно, из длинного пореза на кисти хлестала кровь. Серый был бледен и покачивался, но еще стоял. А рыцарь теснил врага ближе к лошадям. Лысый неплохо владел мечом, но продержался недолго. Арчибальд, вместо того чтобы встретить очередной удар, отступил. Тяжелый клинок бандита ткнулся в камень, не встретив препятствия, рыцарь сделал выпад, выбросив вперед левую руку с кинжалом, а когда Лысый отразил выпад ножом, Арчибальд рубанул его мечом под колени. Бандит взвыл и повалился на бок. Рыцарь бросился к лошадям.
Лысый громко засвистел. Серый бросил веревку, но не докинул – и рухнул лицом вниз. Арчибальд вскочил в седло, подхватил под уздцы кобылу и пришпорил вороного. Конь взял с места в галоп, копыта загрохотали по камням.
К выходу из переулка бежали другие бандиты, но рыцарский конь растолкал их широкой грудью и поскакал по улице. Кобылка цокала следом. Народ разбегался, крестясь на ходу, торговки прикрывали корзины юбками.
В переулке Юлий склонился над истекающим кровью Мастой.
– Упустили, уроды? – Он пнул поверженного громилу. – Кривой будет недоволен!