Убить босса!
Шрифт:
– Ах, вот где Бова решил покормиться!.. А то: пираты-пираты! Какие на хер, пираты, я понять не могу!.. Короче, так, зёма: запрись в номере, или просто уйди оттуда и закрой дверь. Через десять минут мои пацаны приедут, и этих дебилов увезут. И это… Спасибо, брат. Как там, на родине?
– Геморрой. Но почему-то туда тянет.
– Это всегда так. Я здесь только СТС и «Вести» смотрю. Ностальгия! Аж… выворачивает. Я ж из Тулы родом… А назад нельзя – в федеральном розыске. У меня сейчас дел невпроворот, окажешься здесь снова, заскочи в отель «Нью-Йорк – Нью-Йорк», спроси меня, тебя подведут…
Отключив
– Что ж вы так, пацаны, без «выпаса» хату берете? Расслабились?
– Больно, блин…
– Чувак на вахте ваш подельник?
Получив утвердительный ответ, Андрей рассмеялся. Error. Вернувшись к себе в номер, он вынул из кармана трубку, нажал кнопку быстрого набора и уже через несколько секунд бросил без приветствий, как принято у людей, понимающих друг друга с полуслова:
– Сандра, ты уже в аэропорту? Бери такси и езжай в отель. – Скажешь управляющему: номер 1902. «Двухместный люкс мистера Мартенсона».
Глава 16
ГЕНЕРАЛЬНАЯ УБОРКА. ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Последние семь дней Генри Чески находился в состоянии плохо скрываемой от коллег растерянности. Если верить сообщениям спецов группы наблюдения за телефонными разговорами, Малкольм и его советник перестали общаться друг с другом. Неужели надобность отпала? Вот уж это вряд ли. Чески подозревал, что оба фигуранта просто сменили номера телефонов после последней встречи в парке Манхэттена. Проверка по местам постоянного пребывания Малкольма никаких новых данных не принесла. Глава «Хэммет Старс» как исчез две недели назад из офиса, так и не появлялся ни в нем, ни в собственном доме. Жена его что-то, конечно, знала, знала и дочь – взбалмошная дура, истеричка и нимфоманка, однако обе женщины в один голос заверили детектива, что Малкольм уехал внезапно и о месте своего нынешнего пребывания пока не сообщил.
– Какое несчастье, – предположил Чески. – Так не пора ли мистера Малкольма признать без вести пропавшим и начинать розыск уважаемого человека? А?
– Вы думаете? – поджала губы старая перхоть, а безмозглая дочурка просвистела: – Вторгаетесь в зону чужих интересов!
– Нет, мне-то, собственно говоря, по барабану, миссис. Муж ваш, а не мой. Я почему рассуждаю-то так примитивно? Если бы, скажем, моей жены четырнадцать дней не было дома, меня начал бы точить червячок тревоги. Вас не точит? Нет?.. Ладно, это ваш червячок. МакКу-ин!.. Иди сюда, я скажу, что нужно делать…
Этим же вечером детектив МакКуин, неотступно двигавшийся вслед за «Мерседесом» миссис Флеммер, установил факт постановки данного транспортного средства вне парковочной зоны, то есть, в неположенном месте. Через минуту дорожный полицейский на мотоцикле выставил дочери Малкольма счет и получил от неё предсказуемое fuck. За оскорбление офицера полиции миссис Флеммер была доставлена вместе с «Мерседесом» в участок, где её весь день ждал Чески. После недолгого разговора, во время которого дура хохотала и плакала, она заявила, что ничего не скажет, хотя бы ее даже стали пытать. Досматривая вещи задержанной, детектив обнаружил телефон, а в его телефонной книге номер с пометкой: Daddy.
– Не хотите позвонить «Папе»? –
Через час, было установлено, что абонент с номером из телефонной книги миссис Флеммер находится в Лас-Вегасе, штат Невада. И ещё через три часа и сорок две минуты на стол Чески лег отчет спецов о разговоре Стива Малкольма с Эндрю Мартенсоном, так же находящимся в «городе грёз».
– Они перенесли поле боя. – Генри Чески сидел за столом с сияющим лицом и потягивался, как огромный жирный кот. – Сомерсет, сынок, забронируй-ка нам два места в бизнес-классе до Вегаса.
МакКуин потоптался на месте.
– Сэр, нужно утрясти формальности с полицией Невады…
– Делай, что тебе говорят, если не хочешь, чтобы я сменил напарника! – рявкнул Чески. – Без тебя как-нибудь вопрос решится…
Через пять минут Генри выходил из кабинета шефа, имея «лицензию» на право не совсем законного вторжения в зону интересов полиции другого штата.
С удовольствием закурив и как следует нахохотавшись – окружающие вряд ли поняли, по какому случаю, – он с непривычной для окружающих ловкостью смахнул со стола распечатку и ещё раз перечел текст…
Неизвестный. Мистер Малкольм… Это Чемберс…
Малкольм. Я слушаю тебя, дружок.
Чемберс. Мистер Малкольм… Всё плохо…
Малкольм. Говори, говори, я не Чингисхан, за дурные вести не казню.
Чемберс. Мы пришли в номер, сэр, его там не было… Мы стали ждать, но он забрался в соседний номер, прошел по карнизу девятнадцатого этажа и вошел через открытое окно… Мистер Малкольм, я совершил ошибку… Вы меня понимаете?..
Малкольм. Я все понял, идиот, я не понял только, зачем ему понадобилось входить в номер через окно, а не через дверь. Вы что, повесили на ручку табличку: «В номере банда Чемберса»?
Чемберс. Он, уходя, приклеил к двери волос… Мы не заметили…
Малкольм. А я разве не предупреждал, с кем вам придется иметь дело? Волос… Ты благодари Создателя, что он к двери гранату не приклеил!
Чемберс. Лучше бы он её приклеил…
Мартынов. Ну, поболтали и хватит… Стив, привет, Стив. Ты меня разочаровываешь. Я ожидал увидеть в своем номере стайку искушенных головорезов, а обнаружил лишь троих недоумков. Сейчас они сидят передо мной на полу с выпученными глазами, держат штаны в руках, а в номере стоит такой смрад, что меня просто выворачивает… Чем ты их кормишь, Стив?
Малкольм. О чем ты толкуешь, сынок? Ты их так бил?
Мартенсон. Их било слабительное. Оно их так било, что у них до сих пор тремор ягодиц. С тех пор, как в Штатах отменили сухой закон, ещё ни один американец так не переживал за то, что выпил на работе. Ты разве не предупреждал свою гвардию, что ко мне трезвым-то нужно идти не в любой день, а они – на-ка ты! – бухие! Стив!.. Сти-ив…