Убить президента

Шахов Максим Анатольевич

– Болтливые коллеги меня утомили до предела. Вы не представляете, как утомительно долго находиться в журналистской среде. Боюсь, что ссылка на головную боль имеет шанс стать реальной.

– Может, в самом деле таблетку?

– Нет, благодарю. Соглашусь, если пригласите на предобеденный аперитив, – улыбнулся «журналист», с блаженным видом усаживаясь в мягкое кресло и доставая из кармана пачку сигарет.

– Честно говоря, – раздался голос «дипломата» из недр открытого бара, – я был удивлен, Майкл, что приедешь именно ты. Причем в таком пожарном режиме. Были серьезные основания для беспокойства.

– Были, – согласился

«журналист», – в Лэнгли руководство бегает в мыле, как призовые рысаки. Восток приготовил нам очередную головную боль, и разбираться придется мне здесь, на месте. Кстати, Брайан, немаловажный факт, перед отъездом меня поздравили со званием полковника. Не знаю, как это расценивать. Или как аванс, или как пинок на Восток. На тебе кость и иди ее отрабатывать.

– Поздравляю, – улыбнулся «дипломат», возвращаясь к журнальному столику с бутылкой и двумя бокалами. – Как бы ты ни расценивал этот подарок, но увеличение будущей пенсии тебе обеспечено. Как Сью?

– Спасибо, модельный бизнес всегда на плаву. Ее новая коллекция произвела фурор на простых людей.

– Ты слишком строг к ее творчеству, Майкл. Я, например, нахожу ее модели вполне современными и перспективными. Ну, за твою командировку. – Два бокала приподнялись в воздух, а потом были поднесены к губам.

Брайан Эванс был старше своего коллеги лет на десять, но между ними давно сложились дружеские отношения, еще со времени совместной работы на Балканах. Майкл Броуни специализировался не на разведке, а на международном терроризме, поэтому его срочный приезд в Минск не мог не взволновать резидента разведки.

– Ну, – отпив приличный глоток и поставив бокал на стол, сказал Эванс, – излагай. Где у нас пожар?

Броуни вытащил из нагрудного кармана маленькую черную пластинку – карту памяти от цифрового фотоаппарата – и протянул ее собеседнику. Эванс кивнул и молча поднялся. Вставив карту в ноутбук на своем столе, он стал щелкать клавиатурой.

– Так… и?

Броуни подошел к столу и встал за спиной коллеги. На экране были открыты фотографии людей, снятых в разное время и в самых разных местах. Броуни стал открывать одну за другой и комментировать.

– Это аль Фарди, ты его можешь и не знать. Один из самых богатых людей Эмиратов. Это Хасан Танни, финансист. Это их встреча в реконструируемом новейшем выставочном комплексе в Дубае. Там собираются выставлять шедевры мировой культуры. А возможно, начнут и скупать по аукционам. Танни – человек, который большую часть времени проводит в Европе. Часть сделок и финансовых операций он проводит в том числе и от имени аль Фарди.

– Эмираты? И какая связь? «Аль-Каида»?

– Увы, нет. Пока еще трудно сказать с полной уверенностью, но кое-какие факты позволяют заподозрить, что эмиратские шейхи задумались о мировой политике. Ты же знаешь, что Белый дом в последнее время допустил немало ошибок, а исправлять и расхлебывать приходится в том числе и нашему ведомству.

– Ты хочешь сказать, что этот Танни финансирует акции шейхов в Европе? Странно, этот регион всегда был спокойным, купаясь в блеске своего богатства и собирая туристов со всего света. Что-то изменилось?

– Изменилось, Брайан, соотношение сил в мире. По мере того как мы теряем позиции, их занимает Россия. И интерес ее на побережье становится все откровеннее. Мы с тобой всегда были там, где предпринимались попытки ослабить политического

конкурента, когда разыгрывалась карта лояльности. Иногда нам это удавалось, как на Балканах, как с Украиной. Руководство все время нам талдычило, что нельзя допустить объединения славянских народов не столько политически, сколько экономически. Мы только избавились от одного монстра в виде СССР, нам еле-еле удалось свести угрозу от СНГ как политической силы и экономического конгломерата, как назревает новая угроза. Политика России все больше и больше становится непредсказуемой.

– А при чем тут террористы? Это ведь другая сфера, а ваш департамент…

– Наша сфера, Брайан, она и ваша тоже! На Востоке кое-кто очень не хочет, чтобы президент России подмял под себя половину мира. Он личность, Брайан, и очень сильная личность. И за ним сила. Тебе ли этого не знать. Мы почти контролируем Кавказ, мы прекрасно видим, как русские спецслужбы перекрыли все кавказские каналы. И теперь стало понятно, что это не чеченский след.

– Значит, вы выудили информацию, что откуда-то со стороны эмиратских шейхов готовится покушение на русского президента?

– По крайней мере, у нас есть основания полагать, что угроза очень реальна. Скажи, ты уверен, что предстоящий визит президента России имеет еще какие-то цели, кроме расширения экономического сотрудничества?

– Вряд ли, а что ты имеешь в виду? Что Россия с Беларусью хотят объединиться в новое государство? По-моему, это чистый бред. Не тот партнер!

– Вот и у нас так же думают. А кто-то на Востоке очень допускает такое развитие событий.

– И какова твоя задача?

– Попытаться выйти на террористов, если таковые найдутся, понять, откуда растут ноги. По нашим предположениям, серией терактов готовятся пошатнуть Россию в лице мировой общественности, подорвать ее авторитет. Помнишь недавнюю историю в Чехии? Сейчас там наши парни работают с местными властями. Каким-то чудом им удалось взять двоих террористов живыми. А вот этих, – Майкл ткнул пальцем в экран, – нужно взять под особый надзор. Это наемники, которые засветились в операциях в Ираке, Кувейте, кое-кто приложил руку к последним революциям на севере Африки. Настоящее местонахождение никого из них пока неизвестно.

– А этот скуластый, с европейским лицом?

– Иван Колесниченко. Интересная личность, советую запомнить в связке вот с этим – с Рашидом Керимовым.

– И чем они примечательны?

– Бывшие спецназовцы, попали в свое время в плен на Кавказе, не исключено, что по собственной инициативе. Оба завербованы террористами как хорошо знающие Россию. У обоих приличные счета в европейских банках. Имеют, как мы полагаем, отношение в терактам в Великобритании, Европе и самой России. В частности, к взрыву скоростного поезда Москва – Санкт-Петербург. По крайней мере, последние два года они могут работать вместе.

– Указания для меня из Лэнгли? – коротко спросил Эванс.

– Жди с дипломатической почтой. Думаю, что там тебе целую программу действий разработали. Все, засиделся я у тебя, а меня ждут мои «журналистские» дела. В каком отеле мне забронирован номер?

– Слушай, Майкл! – глаза Эванса вдруг хитро блеснули. – Скажи, если это не секретная информация, а что конкретно тебе предписано в случае, если ты выйдешь на реальных террористов? Предотвратить теракт, предупредить властей? Или молча наблюдать?