Убить время

Мэрфи Уоррен

Римо снова склонился над солдатом. Он выглядел именно так, как о том свидетельствовал личный знак, – под шестьдесят. Как теперь объяснить Смиту, что Римо убил девятнадцатилетнего парня, а его тело за какие-нибудь пять минут превратилось в тело шестидесятилетнего старика? Он должен еще кое-что уточнить. Разорвав рукав форменной рубашки и фуфайки почти до подмышки, он обнаружил то, что искал: руки мужчины носили следы частых уколов.

Те же следы, что и у Пози Понзелли.

– Чиун, – позвал Римо.

Такие

же следы он обнаружил на всех трупах.

– Оставь их. Я слышу шум мотора.

Они что есть сил побежали догонять Райли.

Но не успели они добежать до сосновой чащи, как шум двигателя перерос в рев и над лесом показалась маленькая «цессна». Самолет летел низко, и в ярких лучах утреннего солнца Римо ясно разглядел лицо пилота. Фокс очертил над ними большой круг, а затем промчался у них над головой. Набирая высоту, он отсалютовал Римо двумя пальцами и ехидно ухмыльнулся. Затем сделал еще один круг и был таков.

Несколько минут Римо и Чиун хранили молчание. Римо, не отрываясь, смотрел в небеса, наблюдая, как протянувшаяся за самолетом белая полоска постепенно растаяла и исчезла. Они были так близки к успеху. Так чертовски близки.

На поляне перед взлетной полосой, которой только что воспользовался Фокс, Римо обнаружил остатки лагеря. Ох, Римо-Римо, сказал он себе. Лагерь, солдаты. Фокс, налаженное производство прокаина, – все это было так близко. И ты дал им уйти. Тоже мне, наемный убийца!

Он переходил от палатки к палатке – там царил безупречный порядок, вот только нигде не было ни души. Не было ни транспорта, ни следов шин или ног, – ничего. Складывалось впечатление, что расположившаяся здесь небольшая воинская часть просто дематериализовалась.

– Римо! – Высокий голос Чиуна резко прорезал тишину. Издали казалось, что старец танцует, притаптывая землю возле огромной сосны. С сосредоточенным видом он топал сначала одной ногой, а затем другой, будто пытался что-то нащупать. – Здесь пустота!

Римо ощупал отмеченный Чиуном участок размером четыре на четыре фута.

– Точно, – сказал он, очищая площадку от снега.

Под снегом пушистым ковром лежал мох.

– Ха! – воскликнул Чиун.

– Что – «ха»? Это мох.

– Это не мох, о темнота, – раздраженно произнес Чиун. – Это южная сторона дерева. – Он указал на сосну. – А мох всегда растет на северной стороне. Этот мох специально сюда пересажен. Для маскировки – одним движением он сорвал мох с земли, и их взорам открылась стальная дверь с кодовым замком.

Лицо Римо расплылось в ухмылке.

– Что ж, папочка, не так плохо!

– Ничего хорошего, – отозвался Чиун. – Берегись!

Солдаты прятались на деревьях. На этот раз их было гораздо больше и они были намного лучше вооружены – вплоть до огнемета. Он первым вступил в бой, выпустив струю пламени прямо в Римо.

Но Римо успел сорвать с петель стальную дверь

и держал ее перед собой, как щит. Пламя ударило в щит, не задев Римо, пули отскакивали от стали, не причиняя ему никакого вреда. Воздух наполнился запахом пороховых газов.

– Держи, – быстро сказал Римо, протягивая дверь Чиуну.

В сейфе он обнаружил кипы бумаг: оплаченные счета, отчеты о переговорах с европейскими фармацевтическими фирмами и медицинские карты. Сверху на каждой карте значилось имя и порядковый номер, напомнивший Римо о личных знаках. Возможно, это карты солдат, которые только что стреляли в него, солдат, которых Фокс по какой-то причине взял под свою опеку. Там содержались подробные результаты наблюдений, проводившихся в течение нескольких лет: пульс в состоянии покоя, реакция на стресс… Часть, озаглавленная «Анализ крови», имела множество подразделов. Первым в списке стоял прокаин. Уровень этого вещества в крови каждого солдата с каждым годом неуклонно возрастал.

Под медицинскими картами лежали четыре конверта из плотной бумаги. В первом хранились фотографии и биографическая справка о генерале Гомере Г. Ватсоне, ныне покойном командующем ВВС, к которой были прикреплены листки с подробным распорядком дня генерала, расписанием его встреч и списком любимых ресторанов. В правом верхнем углу конверта стоял маленький черный крестик. Второй конверт содержал информацию об адмирале Торнтоне Ивсе. На нем тоже стоял крестик, как и на третьем, принадлежащем Клайву Р.Доббинсу.

– Они все-таки добрались до командующего сухопутными войсками, – упавшим голосом проговорил Римо.

– Не нашел другого времени почитать сводку новостей? – оборвал Чиун. – Дурак, нас обстреливают. Надо поскорее убираться отсюда.

Но Римо не двинулся с места. Последнее досье принадлежало президенту США. Слава Богу, на нем не было рокового знака. Пока.

Римо вновь углубился в изучение сейфа. Там больше ничего не было, за исключением каких-то блестящих предметов на самом дне. Протянув руку, Римо вытащил один из них. Это была стеклянная колба дюймов десять в высоту, наполненная прозрачной жидкостью и закрытая пробкой. Эликсир Фокса, решил Римо, глядя колбу на свет. Вдруг пулеметная очередь разнесла колбу на куски. Больше ничего не произошло, только кто-то на дереве принялся выть.

Прямо плач по покойнику, пронеслось у Римо в голове, когда высокий горестный звук перекрыл шум стрельбы. Это не был предсмертный крик солдата. Это была жалоба, горестная и жуткая.

И тут пальба смолкла так же внезапно, как и началась.

– Вот, видишь! – воскликнул Чиун. – Ты столько времени провел в библиотеке, что у них кончились патроны.

– Не думаю, – с сомнением ответил Римо. – Скорее, их поведение как-то связано с этой дрянью. – Он вынул из сейфа ящик, где хранились остальные колбы.